Чтение онлайн

— Мы можем обсудить сегодняшнее расписание во время завтрака. И пожалуйста, зовите меня Джетт. Нам придется работать вместе сутки напролет, поэтому мы могли бы опустить формальности и начать лучше узнавать друг друга во всех отношениях.

Опять двойной смысл? Или всё это было только в моей голове?

Прекрати воображать то, чего нет, Стюарт.

— Замечательно. Я Брук. — Я улыбнулась и пошла за ним в ресторан вниз по лестнице, замечая завистливые взгляды каждой встречной женщины. Когда Джетт начал говорить о моей работе и о том, что он ждет от меня, своим нормальным голосом, который, как я поняла, был его деловым тоном, я немного расслабилась и смогла проглотить пару кусочков самого вкусного круассана с маслом, который я когда-либо ела.

Это была просто работа. Он был просто симпатичный парень (выходящий за рамки обычных стандартов), которому посчастливилось унаследовать ген сексуальности. Мы с ним сработаемся.

Я рассматривала вазоны, переполненные распустившимися цветами, вдоль тротуара под нашим окном, и вдыхала свежий утренний воздух, доносящийся из открытой двери. Беладжио был красивым и спокойным; казалось, я могу справиться с чем угодно… до тех пор, пока Джетт не улыбнулся своей коронной ухмылкой, которая сулила проблемы. Я улыбнулась. Почему его взгляд задерживался на мне дольше, чем было принято? Его взгляд медленно перешел от моих глаз к моим губам и затем на мою рубашку, или я надеялась, что на рубашку, а не на мою грудь, а затем снова на мои глаза. Моё сердце забилось чаще.

— Вам понравилась ваша комната?

Я кивнула, не понимая неожиданную смену темы разговора.

— Она прекрасна.

— Я хотел, чтобы вы собрали свои вещи, — он встал и протянул свою руку, чтобы помочь мне встать. Я проигнорировала его жест.

— Почему? Куда я еду?

— Нет необходимости тратить деньги компании на отель, когда у меня есть своя недвижимости на озере Комо. Там частная территория. Тихое и приватное местечко. Уверен, вам там понравится даже больше, чем здесь.

Он подписал чек на столе и положил ручку сверху, затем повернулся ко мне. Е го глаза опасно сверкнули, и на мгновение он напомнил мне орла, приближающегося к своей добыче. Я чувствовала себя маслом, тающим под его сексуальным взглядом, полного тёмных, похотливых и запретных обещаний.

— У вас есть полчаса. Вы успеете? — спросил Джетт, разорвав наш зрительный контакт.

— Вы могли бы мне об этом сказать прошлым вечером, — сказала я, стараясь звучать строго. Всё, о чем я могла думать — это я и Джетт, одни, в укромном месте и никого больше, кто бы мог побеспокоить нас. Никого, кто бы мог задавать вопросы. Никого, кто бы мог наблюдать за тем, чем мы занимаемся. Почему эта перспектива выглядела так эротично заманчивой?

— Я мог бы вам это сказать, — он впился в меня взглядом, и на его лице мелькнуло удивление. — Но я не сделал этого.

Мои губы пересохли, когда я пыталась разгадать это таинственное выражение лица. Внутренний голос подсказывал, что он не был таким непредсказуемым, каким хотел казаться. Это просто игра. Но в нём было что-то, что держало меня на взводе — желая знать его последующие действия, реакции, слова, что — то, что могло выдать, что же, черт побери, происходило у него в голове. Он любит держать своих подчиненных в напряжении, и это было не что иное, как эксперимент, чтобы проверить мое терпение, преданность и, как следствие, мою профпригодность.

Я подняла свой подбородок и посмотрела на него снизу. Он мог протестировать всё, что хотел. Я была рождена, чтобы делать эту работу, и ничего из того, чтобы он сказал или сделал, не могло помешать моей цели. Я сдержалась.

Он посмотрел на часы, показывая, что я трачу его время.

— Я буду через двадцать минут, — поспешила я, сердце билось у меня в горле. Приватная и частная — этих двух прилагательных я бы предпочла избежать в общении с Джеттом Мэйфилдом, и вот я здесь, бегу выполнять его предложение вместо того, чтобы протестовать и настаивать на том, чтобы остаться, даже если мне придется оплачивать мою комнату из собственного кармана.

Ты могла бы себе это позволить?

Я усмехнулась. Вряд ли.

Когда я проходила мимо зеркала в холле, я заметила, насколько нелепо я выглядела с этой усмешкой на лице.

Тут нечему удивляться, Стюарт. Это просто работа. Работа, за которую ты получаешь деньги.

По какой-то причине меня не покидало чувство, что за время, проведенное с Джеттом, придется дорого заплатить, и рано или поздно мне придется решать, стоит оно того или нет.

***

Нежелание Джетта вести деловой разговор, когда он сконцентрировался на дороге, было понятно, учитывая, что мы ехали в его Феррари с откидным верхом по самой узкой, обдуваемой сильным ветром, мощеной дороге, которую я когда-либо видела. Я бы обделалась, если бы сидела на месте водителя, и я была благодарна, что вождение не входило в мои обязанности.

После получасовой поездки он завел деловой разговор, акцентируя внимание на моих обязанностях в качестве его личного ассистента. Когда я задавала вопросы, он сказал, что здесь нас ждет работа на миллионы, не вдаваясь в детали. Он назвал мне небольшой перечень важных имен, которые я должна была запомнить, и более длинный перечень имен, с которыми ему не хотелось бы возиться. Его глубокий тембр продолжал вызывать неправильные картинки в моей голове, но я оставалась спокойной, так как пыталась сконцентрироваться на его инструкциях.

Время приближалось к полудню, когда он, наконец, резко свернул и припарковал машину, затем открыл дверь. Я осторожно вышла, обдумывая каждый свой шаг на гравийной щебенке.

— Что вы думаете? — спросил Джетт.

Вдыхая воздух, наполненный ароматами деревьев, воды и солнечного света, я медленно окинула вокруг взглядом, чтобы полюбоваться живописным пейзажем, простирающимся перед нами. Профессионализм для меня означал не показывать свои эмоции. Но как я могла сохранять хладнокровие, при виде горных пиков, покрытых сверкающим снегом и возвышающихся на заднем плане мерцающего озера Комо; зеленого плюща, взбирающегося по стене к балкону, и распустившихся цветов у моих ног?

— Мне нравится, — прошептала я, потому что ни одно другое слово не могло передать того, что я чувствовала. Казалось, мой ответ порадовал его, потому что он улыбнулся. Когда он открыл дверь, помогая мне войти, мне показалось, что я уловила проблеск похоти в его зеленых глазах.

— После вас, — сказал Джетт, всё еще смотря на меня.

Я кивнула, не способная под его взглядом произнести банальное «спасибо».

То, что Джетт называл «его местом» в действительности представляло собой трехэтажную виллу, расположенную на возвышенности в укромном уголке, с видом на озеро и пляж, которые находились ниже. Когда я шла из одной безупречно обставленной комнаты в другую, я чувствовала знойный аромат лаванды, роз и другие запахи, которые обычно встречаются только в шлейфах дорогих парфюмов. В конце концов, мы остановились на патио с видом на озеро Комо.

— Это мой самый любимый вид, — прошептал мне на ухо Джетт. Я повернулась, чтобы посмотреть на него, ожидая, что он рассматривает пейзаж перед нами, и к своему удивлению обнаружила, что он смотрит на меня. Его горячий взгляд словно прожигал ткань моего костюма, отправляя мурашки по позвоночнику. Я застыла на месте, словно вкопанная. Мир вокруг замер. Его губы приоткрылись, а язык оставил мокрый след, когда он облизал их. Я уставилась на них, представляя, каковы они на вкус. Какова его кожа на вкус.