Поддаться
Шрифт:
Я не успеваю опомниться, как она целует меня от макушки до щек, глаз, ушей, шеи. Маленькие поцелуи и крики радости наполняют мои уши.
Я смеюсь:
— Думаю, тебе нравится эта идея, да, Репка?
Она оборачивает руки вокруг моей шеи и садится ко мне на колени. Ее улыбка такая яркая и сияющая, что мне приходится прищуриться.
— Это звучит как самая совершенная идея, которую я когда-либо слышала, — Харлоу смотрит на меня.
Я беру ее лицо, эти веснушки, которые сводят меня с ума, и взгляд этих глаз… Этот чертов любящий взгляд способен заставить меня умолять, заставить меня забыть все плохое в моей жизни. Когда она притягивает мои губы к себе и целует, я слышу звук внутреннего колокола, который гласит, что мы собираемся пойти на второй раунд.
Сделаю все возможное, чтобы моя девочка была счастлива. Я оставлю Сэнди Коув. Оставлю хорошую работу и найду другую, чтобы быть сХарлоу. Это облегчение, которое она чувствует так же, как и я. Я бы переехал на край земли, чтобы быть с ней. Настолько я ее люблю.
Глава 15
Доброе Старое Время
Харлоу
Круз сделал то, что обещал. Он подал заявление в Принстонский отдел полиции и в два других участка в соседних городах. Я буду молиться, чтобы он был нанят побыстрее.
До сих пор не могу поверить, что плакала по нему так много, но правда в том, что я не могу этого вынести. Ненавижу быть так далеко от него. Я никогда не чувствовала себя так, даже с Чадом. Я привыкла к нему приходить и уходить, но с Крузом это то, к чему я никогда не привыкну. Тепло, которое он дает мне, свет, который он дает моему сердцу, удовольствие, которое он дает моему телу, разуму и душе. Если бы я была женщиной, делающей ставки, то бросила бы все фишки на стол и сказала, что в прошлом месяце на моей кухне он собирался сказать, что любит меня. Я видела это в его глазах. Я чувствовала это каждой клеточкой своего существа. Я знаю, что влюблена в него, но для Круза — это вновь обретенные эмоции и конверт, который я не собираюсь открывать. Просто чувствую это в моем сердце, этого достаточно… пока.
Я слышала звуки, которые он издает, когда спит. Мягкое дыхание, стук сердца, когда он поворачивается, чтобы обнять меня рукой, притянуть меня ближе к себе, когда понимает, что я слишком далеко от него в этой постели. Хочу видеть это каждый день своей жизни. Хочу просыпаться рядом с ним, прикасаться к нему. Я знаю, что молода, и двадцать четыре стучат в мою дверь, но я могу видеть себя с ним всю оставшуюся жизнь. Это не так надуманно. Мои родители были женаты к тому времени, когда им было двадцать четыре года, и Грета была в пути. Против воли моей бабушки, но это уже другая история.
День благодарения пришел и ушел. Мы нормально покормили бездомных в приюте, потом ужинали у моих родителей. Круз работал, но провел утро с Беллой, Тони и ребенком, так что я рада, что он увидел их. Он упомянул, что его родители были в круизе на праздник.
Странно.
Кто оставляет своего первого внука на его первый праздник? Я не сомневалась, что он уже был расстроен из-за этого.
Рождество всегда было моим любимым праздником. Толпа и суета. Я люблю свет, музыку, людей, толкающих друг друга в торговых центрах. Это волшебно! В этом году все немного иначе. У меня в жизни есть Круз, но его не будет здесь на Рождество. Он работает. Я не увижу его до свадьбы Греты.
Дети в моей школе сумасшедшие во время праздников. Я думаю, что им нужно отдохнуть столько, сколько учителям, потому что они немного дерганые, как, в свою очередь, и я. Конец семестра утомителен.
Уиллоу врывается в мой класс после небольшого стука:
— Эй! Давай сходим в бар вечером? За мой счет.
Она плюхается за парту напротив меня и кладет ноги на стол.
Я сжимаю красную ручку на своем столе:
— Лучше бы ты их под парту поставила. Мой следующий класс будет здесь с минуты на минуту, а ты разве не должна быть на обеде?
Она выдыхает, делая так, что ее челка поднимается со лба:
— Я подумаю, но мне действительно нужно выбраться куда-нибудь сегодня вечером. Ну же … Что скажешь?
Ее нудный тон заставляет меня закатить глаза. Я знаю, что она будет заставлять меня, но все же попробую:
— Уиллс, я еще не купила подарок. Мне еще нужно забрать свои туфли, в которых я буду на свадьбе Греты, и у меня не было шанса купить елку или даже повесить венок на свою дверь. Остальные мои соседи украсили огнями свои дома и эти глупыми Сантами, а мой дом выглядит так, как будто там живет Скрудж.
Уиллоу морщит нос:
— О! Зачем тебе одна из этих вонючих вещей на твоем новом месте? Они грязные и липкие, и… ну грязные. Давай возьмем немного пива. Я поеду с тобой в выходные, чтобы купить елку, и мы можем сходить по магазинам. Пожалуйстаааа, Харлоу… — опять с нытьем.
Я кладу ручку, хотя должна закончить проставлять оценки к концу дня. Качаю головой, когда подруга сжимает руки, умоляя меня идти в этот чертовски счастливый час.
— Ты ведь не собираешься сдаваться?
— Нет.
— Я так и думала.
Складываю свои бумаги и встаю со стула:
— Ты уйдешь сейчас, если я скажу «да»?
Она вскакивает со своего места с огромной улыбкой на лице:
— Абсо-факин-лютно.
Я указываю на дверь, когда она ставит туфли на пол:
— Хорошо. Я буду ждать тебя в своей машине в четыре часа. А сейчас пойду в столовую и поем мяса.
Уиллоу чуть не выскакивает из-за двери после того, как целует меня.
***
Бар в Принстоне, куда мы приезжаем уже много лет. Портер работает здесь до сих пор, когда бывает дома на каникулах. Мы с Уиллоу устраиваемся в кабинке, скрытой от бара. Я не собираюсь задерживаться. Мне просто нужно расслабиться.
Глотаю пиво и делюсь с Уиллоу картошкой.
— Ну, как дела с большим парнем?
Очевидно, говоря о Крузе, я не могу не замечать ее.
— Потрясающе. Просто потрясающе.
— Я думаю, все вокруг. Ты знаешь, как бок о бок, вверх и вниз. Много вверх и вниз.
Она подмигивает мне, а я немного задыхаюсь и смеюсь над своей тупостью.
— Да ладно тебе, Хар. Это должно быть хорошо, верно? Я имею в виду то, как он выглядит, и то, как ты это делаешь. Прости, но я бы не возражала быть мухой на стене, чтобы увидеть какую-нибудь старую добрую хуйню.
— Уиллоу Тэйлор. Боже мой, тебе не стыдно?
Она обдумывает вопрос и заказывает жаркое:
— Хм… вообще-то, нет.
— Он фантастический. Но это все, что я скажу. Некоторые вещи должны быть оставлены на воображение.
Уиллоу закрывает глаза, вздыхает и опирается головой о руку:
— Да, воображение — это хорошо!
Она мечтательно смотрит на меня, и я краснею, когда думаю о Крузе и о том, что я чувствую, когда занимаюсь любовью с ним. Страсть — его второе имя. Это должно быть в его свидетельство о рождении или где-то еще.