Чтение онлайн

– (Сонно) Тащи меня… тащи…

– Кажись, – лбом упёрлась в дверь, – дошли… (раздражённо) болван. Хотя бы открой… У меня руки… отнялись… Я их не чувствую… Хана походу…

Этот раз стал последним, когда дармоед полностью отказался подчиняться. Застыл. Начала тормошить и тыкать за всё подряд. Укусила за нижнюю губу – нет реакции. Её почему-то не волновало, что его шея кровью замызгана. Терпеть свою боль гораздо хуже. Невыносимо. Оттёки и зуд. Мышцы, глядя на неё, кажется, оторвались. Начало конца. Лучшим вариантом было и вовсе скинуть ношу с себя. Без зазрений совести так и поступила. Подумала пару секунд и отпустила. Бревно с глухим грохотом повалилось вниз. Польза от него всё-таки была. Он задел своей дурной башкой ручку. Открылась дверь. Вторая половина зала вовсю шиковала.

Люди оживлённо сидели за столиками, празднуя выходной день на полную катушку. Кто-то явствует в три рта. Кто-то в поте лица пытается даму охмурить. В конечном счёте кто-то на живую музыку пришёл. Наслаждается небольшим оркестром. Всем в округе на голубков, честно, наплевать. Самый обычный номер запойных пьянчуг. Через минуту, а то и меньше, местная охрана выкинет их на мороз. Голова кружится. В глазах плывёт.

Глава 7. Сутки. Часть шестая

Прошло минут пять. Никто не появился. К этому времени Бургунд, кажется, изучил все названия напитков. Те, что покрепче, привлекали взгляд больше всего. Не из-за того, что вкус элитарного пойла откровенно на любителя, а из-за быстрой возможности догнаться в хламину. Четыре бутылки шампанского против одной полулитровой сококовочки. Выбор очевиден. Безусловно никто не ограничивал в таком узком, потребительском вопросе, но результаты войны и дефицит, оставили некоторый след. Здесь и рану чекушкой прочистишь и на грудь после примешь. Лучший выбор дезинфекции и профилактики за неимением подручных средств.

Воспоминания о шампанском закрепились чередой недельного праздника детства, который остался позади, но периодически о себе напоминает. Когда нечем особо заняться – считай долгожданный друг. Именно здесь чувствуется тот самый, блаженный вкус, когда на спор выпивается ящик полусухого. Отрадой становится долгожданный приз. Счастье наполняется. Приходит Новый год.

Всегда в такие моменты всплывает одно из ранних дней рождений, когда ввиду нехватки товаров, вместо детских напитков на праздничном столе внезапно появляются винные. Ручонка держит тост на ровне со взрослыми, хотя после одного бокала, приходит чувство насыщения. С того времени по сегодняшним меркам, доза увеличилась как минимум в 10 раз.

Бургунд сидит и ломается. Хочется того самого праздника, а не затянутся единожды. Жизненные реалии указывают на второе. Едва закрадываются такие мысли, как возле обещанной двери, намечается парочка. Один ведёт под руку другого. Нервное лицо каждого выдаёт. Дойдя до барной стойки, Бург медленно встаёт. Из двери выходит ещё один человек.

– Да не ужели, – помял ладонью шею. – Появились.

Девушка сильно нервничала, держась позади. Неловкие попытки скрыться за колонной, ещё больше выдавали страх. Её живо отдёрнули и сравняли с собой. Замерли. Никто не осмелился начать. Начал, как всегда, Бургунд:

– Такс, – присмотрелся, – значит ты поди… администратор? (Скептически) Непохож ты на него, – покачал головой. – Непохож-ж-ж…

– (Уверенно) А-а-а… я думаю, что похож. Вот она, – выпихнул вперёд, – та мерзавка. Она во всём виновата. Это её нужно пороть. Мы ни в чём не виноваты.

– Что значит ни в чём? По-моему, эта ваша первостепенная задача отвечать за порядок и контроль подчинёнными. Или я не прав?

– (Неуверенно) А-а-а… Ну да-а-а… Так и есть.

– Тогда… скажите мне на милость, какого чёрта, – посмотрел на беглянку, – она подсунула моему клиенту спиртное? (Скептически) Если это вообще… она…

– Ну же, – дёрнул за руку. – Отвечай! Это же была ты! Ты!!

«Управляющий» наглядно, ещё несколько раз подряд встряхнул, но выбить показания так и не сумел. Её глаза вонзились в пол, а фигура намертво застыла. Он обратно постарался мерзавку расшевелить.

– Тише, тише. Не надо так дёргать. Ты ей руку сейчас оторвёшь. Дай сперва нормально успокоиться. Она же вся дрожит.

– И что? Я не собираюсь с вами торчать до посинения. У меня дел, вообще-то, дохрена-а. Мне за этой паскудой, комнату надо убирать… (Нервно) Решайте, в общем, все свои проблемы, – отмахнулся, – а я пойду. У меня это… дела…

– Погоди начальник, – протянул руку. – Не спеши. Давай мы лучше (тихо) наедине в сторонке всё утрём. Ты же не хочешь проблем, верно?

– Нет, – боязливо пожал, – не хочу…

– (Тихо) Вот и я не хочу… Тут же публика рядом сидит. Все на нервах. Давай, – ближе подтащил к себе, – мы по мирному всё решим. Ну так, что, лады?

– (Нервно) А-а-а? Ну, давай… Лады.

Сотрудник неуверенно пошёл навстречу. Официантка так и осталась стоять вкопанная в пол. Бург положил руку на плечо, а другой жестикулировал речь.

– Молодец, что не побоялся. Видишь ли, какая ситуация сложилась… Тебе эт, – принюхался, – пиджачок-то не мнёт?.. А запах-то, – подогнал пару витков к лицу, – м-м-м… Наверняка пользуешься спросом у женщин. Давай-ка я тебе его…

Едва слушатель потерял бдительность – точный удар под дых. Юнец, будто поскользнулся на ровном месте, правда окончательно так и не упал. Скорчился. Схватился за живот. Медленно стал стекать, теребя его штанину. Когда голова оказалась в удобном положении на уровне барной стойки, Бургунд без зазрения совести, хлопнул его лобешником да так, что тот пружиной отскочил назад. Тело мёртвым грузом грохнулось на пол морской звездой. Зрители последних рядов подняли панику. Нужный эффект сработал за секунды.

– Всё нормально. Всё (медленно) нормально, – развёл руки по сторонам. – Человек споткнулся. Случайно. Не нужно паники. Сейчас он придёт в себя. Стой, где стоишь, – покосился, – мужик. Лучше не зли меня, – нахмурился. – Не надо…

Охранник остался стоять у двери персонала в углу. Ложиться на пару рядом точно не хотелось. Человек на его глазах как минимум получил сотрясение. Эта участь могла достаться и ему. Панический страх окончательно объял. Треск зубов разбавлялся тремором от холода. Роза готова была на месте умереть.

– Послушай сюда, – согнулся на одно колено, – мой мальчик. – Мне глубоко плевать, кого ты там защищаешь, но ты явно не тот, кто нужен… Ахереть, чуть ли не при всех плюнул в душу, а за такие дела, знаешь, и без рожи остаться можно. На будущее, вот что учти – бабские духи, пиздец, как выдают. Как навоняют, так в лифте не продохнуть. В следующий раз проси, чтобы кофтёнку дали впору, а то это, – потрогал бирку, – как-то несерьёзно… Фальшиво звучит.

Едва Бургунд потянулся к значку, паренёк тотчас же ожил. Ноги задрыгали, а руки в спешке прикрыли лицо. Голос заверещал:

– (Испуганно) Я не хотел! Правда, не хотел!! Не надо бить! Не надо…

– (Удивлённо) Ни хера себе… – легонько постучал по лбу, – какой кочан у тебя твёрдый. Вместо башки, кажись, чугунок. Обычно после моего удара лежишь в отключке, либо мямлишь себе под нос. Молодец, – хлопнул по плечу, – далеко пойдёшь. Я даже пощажу тебя. Так и быть, не стану особо мучить. Ты главное вот что, – наставил палец, – выслушай меня внимательно. Справишься?

Уборщик нервно помотал головой в знак согласия. Руки с лица не спали, но заметно ослабли в блоке. Бург продолжил: