Чтение онлайн

Глава восьмая

ПАРИЖ. ПЕРВАЯ ВСТРЕЧА С ПОЛЕМ ДЕ КАССАНЬЯКОМ

Мария Башкирцева уехала из России, когда ей было всего одиннадцать лет, и не была там

шесть лет. Теперь, когда на ее замужестве поставлен жирный крест, она поедет в Россию.

Она едет одна, до границы ее провожает тетя, а мать остается в Ницце, не может же она

поехать к отцу, с которым в разводе.

Мария записывает в дневник следующую логическую цепочку, доказывающую, почему ей

необходимо ехать в Россию:

“Почему я не “урожденная...”? Безусловно, это не имеет значения, ведь истинный гений

проявляется всегда и везде. Будь я личностью необыкновенной, я бы стала знамени-той, но

благодаря чему? Пению и живописи! Ведь этого достаточно, не правда ли? Первое - это

успех сегодня, второе - вечная слава. И для одного, и для другого нужно ехать в Рим

учиться, а чтобы учиться, нужно иметь покой в сердце, а чтобы иметь покой в сердце, нужно жить более прилично, а чтобы жить более прилично, нужно ехать в Россию.

Тогда я еду в Россию, Господи!”

(Неизданное, запись от 3 июля 1876 года.)

Понятно, почему выкинуты из дневника эти ее слова, семья не хочет, чтобы дума-ли, будто

они жили за границей неприлично, но ничего не попишешь - жили они именно так.

Марии приходится оставить за границей свой дневник, чтобы его не отобрали на границе с

Россией при досмотре. Все говорят, что полиция в России строга. А она так привыкла его

листать и перечитывать вечерами.

“Оставить здесь мой дневник, вот истинное горе! Этот бедный дневник, содержа-щий в

себе все эти порывы к свету - порывы, к которым отнесутся с уважением, как к по-рывам

гения, если конец будет увенчан успехом, и которые назовут тщеславным бредом

заурядного существа, если я буду вечно коснеть.

Выйти замуж и иметь детей? Но это может сделать каждая прачка!

Но чего же я хочу? О! Вы отлично знаете. Я хочу славы!”

(Запись от 3 июля 1876 года.)

Запись, как говорится, без комментариев. Все это мы уже знаем про нее, каждая новая

подобная запись ничего не добавляет к образу.

Путь в Россию русского путешественника лежит, разумеется, через Париж.

“ Вчера, в два часа я уехала из Ниццы с тетей и Амалией (моей горничной); Шоко-лада, у

которого болят ноги, пришлют нам только через два дня.

Мама уже три дня оплакивает мое будущее отсутствие, поэтому я очень нежна и кротка с

ней...

...Мать - единственное существо, которому можно довериться вполне, любовь ко-торого

бескорыстна, преданна и вечна. И как мне кажется смешна любовь к Г., Л. и А.! И как они

все кажутся мне ничтожны! (Запись от 5 июля 1876 года.)

Под буквами скрываются соответственно герцог Гамильтон, граф Лардерель и граф

Пьетро Антонелли. Она еще не знает, что с одним из них, графом Александром Лардере-

лем ей еще предстоит встретиться и напрасно она так рано вычеркивает его из своей жиз-

ни.

В Париже они с тетей пробудут с 5 по 27 июля, почти все время проводя со старой

приятельницей семьи графиней Музэй, скрывающейся в дневнике под литерой “М”. По-

сещает их и беспутный Жорж Бабанин, не без надежды разжиться франками у сердоболь-

ной сестры.

С графиней Музэй Мария откровенна, она рассказывает ей о романе с Пьетро Ан-тонелли, та приходит в полный восторг и предрекает девушке, что выйдя замуж, она смо-жет влиять

на политику Ватикана. Мария и сама прежде об этом думала, но теперь она не заносится в

мечтах так высоко. Она признается графине, что уже не любит Антонелли. Она хочет

учиться пению, а для этого надо отвести ее к лучшему в Париже профессору. По ее плану, ее должны будут представить, как бедную итальянскую девушку, в судьбе которой графиня

принимает участие.

На следующий день после разговора графиня и тетя едут с ней к первой парижской

величине, профессору Вартелю. Мария надела старенькое платьице, подходящее к этому

случаю. По стенам профессорской гостиной развешаны портреты известнейших артистов, с самыми сердечными посвящениями.

Старому профессору ее пение понравилось, он даже подпевал, когда она пела арию

Миньоны. Хотя она считала, что у нее контральто, Вартель определил у нее меццо-

сопрано, голос, который со временем будет увеличиваться. Под конец женщины призна-

лись, кто она есть на самом деле, и объяснили, что весь маскарад был нужен, чтобы узнать

его откровенное мнение. Профессор на это только повторил то, что он уже сказал “бедной

итальяночке”:

– Я уже сказал вам, сударыня! Голос есть; нужно только, чтобы был талант.

Муся довольна собой, а графиня Музэй не оставляет планов относительно ее заму-жества, она хочет представить ей тридцатидвухлетнего депутата Поля де Кассаньяка. Он

бонапартист и Мария уже слышала о нем от дяди Жоржа. Он знает Поля де Кассаньяка, и

тоже хотел представить его Марии.

Однако Марии хочется сначала доиграть историю с Пьетро, и она посещает извест-ного

сомнамбулиста Alexis. Сомнабулист подробно рассказывает ей о ее римских похож-

дениях, о кардинале Антонелли, который против брака своего племянника с Марией, рас-

сказывает столь подробно, что это можно посчитать за шарлатанство. “Но если это и шар-

латанство, то оно дает удивительные результаты!” - записывает она в свою тетрадь. Кста-

ти, сомнабулист сообщает ей, что кардинал очень болен и скоро умрет, что и случится в

конце этого года.

Теперь после встречи с сомнабулистом, она окончательно решает, что не любит Пьетро.

Теперь она внутренне свободна и может переключиться на другой объект. Она всегда

мечтала о собственном политическом салоне, а быть бонапартистом, как Поль де

Кассаньяк, о котором теперь только и ведутся разговоры в их доме, когда сейчас респуб-

лика - это так поэтично, она уже согласна познакомиться с ним, более того, она мечтает об

этом и строит планы на будущее, в которых Кассаньяк занимает далеко не последнее ме-