Чтение онлайн

Трандуил, как мне показалось, немного смущенно обнял меня, и я прижалась к нему, желая забыть обо всем произошедшем.

– Я не могу пойти к ним прямо сейчас, - прошептала я. – К Гил-Галаду, твоему отцу… Мне нужно еще немного поговорить, чуть успокоиться.

Уже вдвоем мы зашли в мою комнату и сели рядом со сломанной кроватью. И мы говорили так долго, что я потеряла счет времени. Я рассказывала Трандуилу о том, как я любила Нуменор, особенно в старые времена. О том, как там было хорошо и весело. О том, что в истории этого славного некогда королевства были и прекрасные, и ужасные времена. И о том, насколько люди похожи на нас, несмотря на то, как мы от них отличаемся.

– Раньше все было почти как в Дориате. Небольшая теплая зима и ранее прекрасное лето. И так было еще, когда я впервые приехала в Нуменор. Была весна, и такой прекрасной сирени я не видела ранее даже в Валиноре. Первое тысячелетие всегда оставалось лучшим, но какая же красота была тогда вокруг! – улыбалась я.

И тут же вспоминалось и плохое:

– Но в последние годы почти все время стоял ледяной холод, а по весне дули ветра, которые уносили множество человеческих жизней. Король говорил, что это из-за того, что кто-то еще лазает на Менельтарму и поклоняется злобным Валар. И это было даже до того, как вера в Мелькора переросла во всеобщее безумие. Хорошо, что я успела уехать до этого кошмара!

Хорошее и плохое переплетались в моем рассказе об Острове под Звездой. Я не знала, сколько прошло времени, и пора ли мне замолчать, но Трандуил меня слушал. Внимательно. Не отрываясь. Не произнося лишних слов, но все равно проявляя интерес вопросами и замечаниями.

– И когда Тар-Палантир стал королем,- почти весело вспомнила я, - я подумала: «О Эру, я остаюсь в Нуменоре! Только теперь мне за это платят!» - резкое чувство ностальгии по тем временам охватило меня, и смех снова сменился слезами. – А я думала, что придется вызволить этих двух бестолковых и возвращаться в Линдон. А мне так хотелось остаться! Но Ар-Гимильзор ненавидел эльфов чуть ли не сильнее, чем Фаразон. А при Тар-Палантире я отлично проводила время, хоть мне и пришлось иметь дело с огромным количеством злых людей.

Дверь распахнулась, и мы увидели Келебриан. Трандуил весь рассказ держал меня за руку, но теперь убрал ее.

– Извините, - смутилась подруга. – Вас все очень ждут, Сильмариэн, и уже давно, - она села с другой стороны от меня и обняла меня, - мне очень жаль. Это… ужас, что такое произошло.

Мы молча посидели втроем, глядя в разбитый потолок.

– Я опустошена, - внезапно произнесла Келебриан. – А ведь меня никогда не интересовали люди. Тяжело поверить, что Эру может допустить что-то настолько ужасное.

Я сжала руку подруги, и молчание продолжилось.

– Давайте никуда не пойдем,- чуть погодя, предложила я. – Давайте запремся и останемся здесь навсегда.

Никто не двинулся с места. Мы словно находились в каком-то странном оцепенении.

– Нужно идти, - Келебриан первой вышла из сна. Она вскочила и тряхнула головой.
– Я принесла тебе кувшин воды, умойся и пойдем, - подруга придвинулась ко мне вплотную и шепнула, - Поздравляю, - она вымученно улыбнулась. – За тебя я вправду рада.

– Сейчас не время, - прошептала я одними губами и покачала головой. Келебриан устало пожала плечами.

Когда мы втроем зашли в зал, где собирался совет, нас встретили не менее усталые Галадриэль, Элронд, Гил-Галад и Орофер. Мне стало совестно, что из-за меня всем пришлось столько ждать в бездействии.

– Наконец-то, - язвительно заметил Орофер. – Я уже думал, что Сильмариэн похитила моего единственного сына.

– Сейчас не время, Ваше Величество, - внезапно отрезала Келебриан. – Сегодня день огромного горя, и ваши замечания абсолютно неуместны. Никто из нашего народа не горюет сегодня больше, чем Сильмариэн.

Будь я в порядке, я бы развеселилась, увидев, каким изумленным, а потом оскорбленным стало лицо короля Зеленолесья. Однако пререкаться с такой высокой леди, как Келебриан было бы неуместно, и подруга, слегка улыбнувшись мне, села рядом с матерью. Заметив, по-видимому, эту улыбку, Орофер надулся еще больше.

Мы говорили долго. Говорили только о Нуменоре. И все были предельно серьезны и сосредоточены, пока шло обсуждение. В очередной раз я рассказывала обо всем, что пережила за годы жизни в Арменелосе и Роменне, вспоминая даже о своем первом давнем визите. Говорила о личности самого Ар-Фаразона, а также о королеве и его приближенных, высказывала догадки о том, как Саурону удалось совладать с некогда благословенным островом, и в тот раз, хвала Эру, никто не подколол меня при упоминании Темного Майа. Привели Менелтора и Айвендиль, и они тоже рассказывали о злоключениях, которые пережили за эти годы. И я, и Гил-Галад рассказали о том, что сказал нам вчера Вала Манвэ. Королю, в отличии от меня, он рассказал о крушении подробно. Манвэ рассказал обо всем – о мерзком почитании Мелькора, о мучившем короля желании бессмертия, о великой флотилии, погибшей у берегов Валинора, и о том, что Арда закруглилась, и Валинор теперь неприступен (это мне было осознать тяжелее всего). Немного смущенно, в конце я поведала совету и свою личную новость. Впервые за тот день собравшиеся улыбнулись. Трандуил смотрел на меня так, словно не верит собственным ушам. Владычицы Лориэна сияли теплыми улыбками.

– Ты уверена? – вдруг скучающе спросил Орофер. – Может, это тебе просто приснилось? Я заметил, что вчера ты налегала на красное, которое мы привезли с собой.

Келебриан кинула на Орофера испепеляющий взгляд, Трандуил слегка покраснел и сжал челюсти.

– Я это подтверждаю, - голос Гил-Галада звучал довольно раздраженным. – Вала Манвэ сообщил мне решение насчет Сильмариэн. На случай, если кто-нибудь не поверит, - эту фразу он сопроводил выразительным взглядом.

Все собравшиеся смотрели на Орофера с нескрываемым раздражением. И он пошел на попятную.

– Постойте, друзья! – его голос стал слишком расслабленным и не подходящим ситуации. – Я просто глупо пошутил! Я рад за нашу дорогую леди так же, как и все вы! – но его раздраженный взгляд принялся буравить меня, когда обсуждение переключилось на другой предмет. «Я с тобой поговорю», - словно подразумевал этот взгляд. «А я отвечу», - я посмотрела на Орофера еще более рассерженно, но сразу отвернулась, опасаясь, что все это заметит Трандуил.

– Трагично и ужасно, что с Нуменором случилось такое несчастье, - подвел итоги Гил-Галад, - но та угроза, ради которой мы собирались, разрушена. Средиземье в безопасности. Наши земли в безопасности. Мы не будем вмешиваться в дела жителей бывших колоний Нуменора. Я сообщу Кирдану, и он отправит в море корабли. Возможно, кто-то успел уплыть, и мы найдем выживших. Людям, сумевшим добраться до Средиземья, будет оказан достойный прием. Но это все, что могут сделать наши страны. Нам нужно жить дальше.

Все кивнули. Общее решение было мудрым. И единогласным. Не случись ничего с Нуменором, совет был бы долгим, а споры бурными. Сейчас же все закончилось довольно быстро. Вскоре все разъедутся. Наверняка, кто-нибудь из спутников эльфийских правителей скажет: «Морготов Нуменор, зря только тащились из-за этих людишек!»

Когда совет закончился, я выскользнула за дверь первой, пока все еще переговаривались. Я была уверена, что кто-нибудь точно захочет со мной поговорить, а я этого не хотела. Мне хотелось найти какую-нибудь наименее пострадавшую комнату, забраться там под одеяло и подумать.

– Сильмариэн, постой! – уйти не удалось. К мне со всех ног спешил Менелтор, которого с собрания давно попросили уйти. – Это правда? – но я не успела ответить.

– Сильмариэн! – из зала вышел Трандуил, и, если бы Менелтор меня не задержал, мне бы удалось скрыться. – Постой! Я хочу поговорить!

– Сын!
– за ним вышел и Орофер. – Думаю, Сильмариэн очень устала, день был долгим. А нам надо поговорить.

Трандуил застыл в нерешительности. Я заметила, что Менелтор наблюдает за происходящим во все глаза.