Чтение онлайн

– Ты чокнутая, Анорсель! – благоговейно сказала ее младшая подруга. – Как тебе такое пришло в голову?
– Анорсель только ухмыльнулась и приподняла бровь. Я старалась сдерживаться от того, чтобы выйти из-за угла и размазать мерзких девчонок по стенам и потолку, но, когда мне удалось чуток успокоиться, я поняла, что давно не слышу голосов. Выйдя из-за угла, я окончательно убедилась, что подружки испарились.

Теперь мне было стыдно идти на ужин. Негодование переполняло меня, а когда я представляла все эти осуждающие взгляды… такое тяжело пережить, даже если это и не в первый раз. Мелькор… подумать только! Он трясся бы от смеха так, что пол-Ангбанда бы развалилось, если бы услышал об этом. Хорошо хотя бы, что никто уже и не вспомнит, что в старые добрые времена Темный Вала был безумно привлекателен. В историю Мелькор вошел великаном, закованным в железо, но обычно, даже в конце правления, он выглядел намного лучше.

По дороге в обеденный зал я думала, что даже если никто ничего не знает, то нужно все равно намекнуть об этом Гил-Галаду. Так я покажу королю Нолдор, что ничего не скрываю и не хочу выносить того, что на меня возводят напраслину. Однако, попасть на ужин я так и не смогла.

– Еще раз здравствуй, Сильмариэн, - передо мной стоял король Орофер и как-то неприятно улыбался.

– Что вы хотите? – я остановилась и скрестила руки на груди. Мы стояли посреди коридора и неприязненно смотрели друг на друга.

– Только лишь поговорить с тобой. Мне нужно тебя поблагодарить, - отозвался король Зеленолесья.

Я пожала плечами и направилась обратно к себе, когда Орофер намекнул, что разговор должен быть серьезным и очень личным. Пусть Анорсель удавится об любопытства, размышляя, зачем ко мне по очереди ходило трое мужчин.

– Как я и сказал, я должен тебя поблагодарить, - начал Орофер, когда мы уселись на те же кресла, на которых мы только что сидели с Трандуилом.

– За что? – холодно спросила я.

– За то, что сделала именно то, чего я от тебя ожидал, - насмешливый взгляд Орофера словно пронизывал мою душу.

– Что? – спросила я. – О чем вы?

– Девочка, - вздохнул король, - и это обращение неприятно резануло меня, вызвал новый поток воспоминаний. Нет, это всего лишь слово, обычное слово, ему неоткуда знать, кто меня так называл, - милая девочка, я прекрасно знаю своего сына и не первый век слежу за твоей жизнью. Скажи мне, неужели я похож на того, кто будет лишать своего сына всего? Вовсе нет – Трандуил моя плоть и кровь и моя единственная слабость. Зато ты вполне похожа на ту, кто готов поступиться своим счастьем ради того, чтобы все сложилось как можно лучше. Знаешь, я даже не планировал всего этого. Просто пришло в голову, когда твой нуменорский тупоголовый дружок увязался за нами. Кстати, передай ему, что в Дориате на таком уровне творили магию малые дети, и его бы заметил даже самый тупоголовый тролль.

Я сидела, как громом пораженная.

– То есть, - не в силах поверить Ороферу, заключила я. – Вы не собирались отлучать Трандуила от трона? Вы хотели, чтобы я ушла - и от вашего государства, и от вашего сына? И чтобы я ушла сама?

– Именно, - почти весело сказал Орофер. – Кого я не хочу видеть принцессой, а в будущем, как знать, и королевой своего леса, так это тебя. Посуди сама, репутации хуже нет ни у одной женщины, а если уж добавить сюда репутацию всей твоей семьи…- он изобразил притворный ужас. – Все, что про вас говорили или писали, как бы это сказать, ужасно. Прибавь еще то, что мне не нравится, как ты обходилась с моим сыном все эти годы. То для меня тоже важно. На самом деле, ты мне и во времена вашей помолвки не очень нравилась, но я это терпел. Но все же жаль. Как бы то ни было, ты красивая, умная и знатная женщина. И, наверное, ты действительно добра. Только из-за этого обмануть тебя сможет не только Саурон, - подколол он меня.

– Саурон… – прошептала я. Да, меня задело, меня так задело то, что обманул меня не Саурон! Я не думала, что это могло бы получиться у кого-то, кроме него… Мелькор, Саурон, я… мы были лучшими лжецами! Только Орофер увидел во мне то, чего не было у них двоих – доброе сердце.

– Девочка, - словно прочитав это по моему ошарашенному лицу, сказал король Зеленолесья. – Видимо, ты слишком расслабилась, если стала думать, что обмануть тебя может только Саурон. На твоем месте я был бы вообще осторожнее. Про тебя снова ходят странные слухи.

– Про Моргота? Я даже знаю, кто их распускает, - поморщилась я. – Я с этим разберусь.

– Лучше оставь это, Сильмариэн, - предупредил Орофер. – Тебя и так многие недолюбливают или боятся. Ты мне не нравишься только как жена для сына. Без этого ты вполне приемлема, и я могу дать тебе совет. Не усугубляй свое положение.

– Эти слухи распустила девушка по имени Анорсель, которая очень хочет выйти замуж за вашего сына, - сказала я. – Думаю, с ней не так уж и тяжело справиться.

– Ох уж эта девчонка! – зло выругался Орофер. – Трандуил терпит ее приставания уже не первый век. Она так мне надоела! Настоящая вампирша! И, Сильмариэн, - уже спокойнее сказал он, - именно потому, что она легкая мишень, всего лишь бестолковая девица, не трогай ее. Я сам разберусь с этими сплетнями.

– И мне стоит вам верить? – недоверчиво спросила я. – Может, вы просто хотите украсить слух красочными подробностями?

– Молодец, - усмехнулся король Зеленого Леса. – Но сейчас стоит меня послушать. Такое клеймо на твоем имени – клеймо и на имени моего сына. Как бы меня это ни раздражало, ваши имена всегда будут идти рядом в чужих разговорах. Все будут еще долго помнить и говорить о том, что между вами произошло.

Я не могла не признать, что это разумно.

– А если я расскажу Трандуилу обо всем, о чем мы сегодня говорили? – спросила я, когда наш разговор подошел к концу.

– Но ты же не хочешь разбить его сердце, - глядя мне в глаза спокойно сказал Орофер.

В конце концов, на ужин я так и не пошла. Но Келебриан сказала, что позор Анорсель был ужасающим. Орофер передал Гил-Галаду, кто возвел на меня напраслину и выставил перед всеми интриганку настоящим чудовищем. Сплетню король все же чуток приукрасил. Видимо, и для собственного смеха, и для большего позора лгуньи. Все это Келебриан рассказала мне, когда мы сидели поздним вечером с чашами вина, смотрели на камин, который наконец смогли затопить, и слушали шум дождя. А потом этот ужасный день закончился.

Комментарий к 2.24. Ходят слухи

НАКОНЕЦ-ТО! :D Поздравьте меня - я дипломированный специалист!

П.С. Завтра выпускной, так что на комментарии отвечу не скоро.

========== 2.25. Наша великая война ==========

После всего произошедшего между мной, Трандуилом и его отцом, я сочла за лучшее уехать как можно дальше от их земель. Сбежать. Это было очень больно, но я понимала причину поступка Орофера, и, в общем-то, признавала его правоту. Неприязнь отца Трандуила ко мне была обоснованной, и я могла ее принять. Я даже была благодарна ему - не только за то, что он разделался со слухами про меня, но и за то, что он так печется о том, о ком я тоже хотела бы позаботиться.

Вместе с Гил-Галадом, значимо охладевшим ко мне, и своими нуменорскими приятелями, скачущими вокруг меня с щенячьим восторгом, я вернулась в Линдон. И это было прекрасным решением, потому что только там я смогла одной из первых узнать то, на что давно надеялась.

В ту пору мои кошмары изменились. Раньше больше всего я переживала бы из-за того, что мои отношения с Трандуилом опять были под угрозой, или из-за того, что омерзительные слухи обо мне, хотя и развеялись, но из моей же памяти совсем не стерлись. Теперь же большинство моих мыслей было посвящено Нуменору. Меня всю колотило от боли, когда я вспоминала безрассудного Исилдура и его прелестную жену, мудрого Элендила и даже Верную, но глупую королеву Тар-Мириэль. Кому было знать лучше, чем мне, то, как страшно утонуть? Я все помнила. Не смогла бы забыть тот день, даже если бы и хотела. Я помнила то, как глупо купилась на обман Тхурингветиль. То, как земля словно ушла из-под ног, а небольшая речка переросла неожиданно в бурный поток, который с легкостью подхватил меня, как тростинку, и понес. То, как что-то ударило меня по голове, но до конца не оглушило. И ту беспомощность перед стихией и, когда удар выбил остатки воздуха, раздирающую боль в груди. И ту агонию, и тот ужас. И из-за своей лжи я никогда не смогу ни с кем этим поделиться. Я вздрогнула. Не стоило вспоминать этот кошмар.