Чтение онлайн

– Мама, как ты оказалась здесь? – спросила я со страхом.

– Я давно уже здесь, Сильмариэн, - ответила мама. – В Тирионе я получала вести о том, как погиб Феанор, о том, как Маэдрос попал в плен, о том, как моих детей раздирают противоречия и споры, и даже о том, что произошло между тобой и Келегормом, - я вздрогнула. Орлы Манвэ не дремали.

– В какой-то момент я этого всего не выдержала, - продолжила мама, - и решила уйти добровольно, как мать Феанора, Мириэль. Чертоги Мандоса дают успокоение даже самым мятущимся душам, Сильмариэн, пусть ты этого сейчас и не понимаешь. Здесь ты все видишь и все чувствуешь, но со временем все равно набираешься спокойствия и мудрости. Твое тело практически бесплотно, но душа и ум бодрствуют. У меня не хватило отваги уйти в сады Лориэна, где ты теряешь абсолютно всю связь с миром. Теперь все мои дети, кроме Маглора, здесь, в этих Чертогах, и я рада, что смогла увидеть вас всех снова, пусть только раз.

– Ты больше не придешь, мама?
– спросила я со страхом.

– Нет, дочка, - она покачала головой и поцеловала меня в лоб. – Можно лишь только раз. Так Владыка Намо решил.

– Побудь со мной еще немного, - попросила я, и она кивнула. Я положила голову маме на колени, и она стала гладить мои волосы. Я беззвучно плакала и до бесконечности шептала: «Прости меня, прости».

– Бедная моя девочка, - шептала мама. – Тебе столько всего пришлось перенести. Я так боялась за тебя, девочка моя. Что с нами сделала жизнь…

Прошло еще какое-то время, потом мама встала и, держа мою руку, сказала:

– Мне уже пора уходить, - она отпустила мою руку и стала отступать в темноту.

– Нет, мама! – я попыталась ее удержать. – Прошу тебя, не уходи! Я люблю тебя, мама, прошу, не бросай меня!

– Я люблю тебя, дочка! – прошелестело где-то вдали, и мама окончательно скрылась из виду. Нет! Я бросилась на пол и разрыдалась. Мамин визит был неожиданным, и что-то мне подсказывало, что последующие посетитель будут не столь приятны. И я не ошиблась.

– Дура Нерданель, что она говорила! Дочь, подойди! – раздался за мной раздраженный громовой голос, и я, вскочив, не оглядываясь, побежала со всех ног. Нет! Его я точно никогда не хотела видеть!

– Сильмариэн, вернись! – раздавался злой голос Феанора у меня за спиной, но я бежала и бежала вперед, пока хватало дыхания, и голос за мной стал затихать. Отец отступил. Я остановилась, и поняла, что, хотя и бежала довольно долго, ничего не чувствую – ни усталости в мышцах, ни покалывания в боку, ни нехватки дыхания. Мое тело словно стало совсем другим. Но долго об этом думать я не стала. Разберусь с собой потом, а сейчас мало ли кто еще может мне встретиться в Чертогах Мандоса. Мама, отец… Это еще не все, подумалось мне, и я не ошиблась. Я снова оказалась в той же комнате. Сзади раздался до боли знакомый мерзкий голос.

– Здравствуй, дорогая сестрица, - сказал он и выступил откуда-то из темноты.

Я была в ужасе.

– Что ты здесь делаешь? Тебе не стыдно приходить ко мне? Убирайся прочь!

– Не стоит, - сказал Келегорм, усаживаясь на одно из двух кресел у окна, которые составляли всю мебель в комнате. Я села на соседнее, испытывая острое желание выкинуть Келегорма из окна. Хотя здесь это ему бы не повредило. – Разве мы не квиты? Ты даже больше испортила мне жизнь, дорогая сестрица. Исчезла ты тогда, конечно, вовремя, спасибо большое, но кто натравил меня на эту дрянь Лютиэн?

– Сам виноват! – воскликнула я. – И Лютиэн не дрянь!

– Конечно, дрянь! – весело возразил Келегорм. – И настоящая стерва. А как она славно сделала тебя про Тол-ин-Гаурхоте! Разве после этого ты не считаешь ее дрянью?

Нет, я не считала Лютиэн дрянью. Я понимала причины ее поступков, хотя мне и пришлось за них заплатить.

– Мне интересно, - злобно сказала я. – Знает ли отец о том, что ты сделал со мной тогда?

Келегорм помрачнел.

– Тому, кто находится в Чертогах Мандоса, известно все, - откликнулся он. Это прозвучало зловеще.

– Надеюсь, тебе за это досталось, - удовлетворенно ответила я. – Если, ты, конечно, не убежал. Но как ты мог сделать со мной такое, Келегорм? Я всегда знала, что ты гад, но я все же твоя сестра!

– Да если бы ты не была моей сестрой, я женился бы на тебе! – воскликнул он. – Ты меня просто с ума сводила! Также, как потом сводила с ума Лютиэн! Только это было настоящее! Ты была так хороша, с виду мила и невинна, но я то знал, что ты не так уж проста! Связалась с самим Горхауром или как там его тогда звали! Ты же видела, как я смотрел на тебя тогда, все понимала! Я чувствовал, что в тебе есть та же порочность, что и во мне! – с жаром шептал он.
– Что ты терпеть не можешь нашего папашу, что тебе по сути наплевать на возвращение Сильмариллов и на исход войны! Ты была такая же, как и я, я чувствовал это. Ночами я проклинал Эру за то, что ты моя сестра и за то, что ты принадлежишь этому проклятому Гортхауру, а не мне! – он ударил кулаком по стене. – Здесь мое тело ничего не чувствует, но разумом я все еще желаю тебя, даже сильнее из-за того, что знаю, что ты там делала! Если бы мы могли отсюда выйти!

– Келегорм, – сказала я в ужасе, - ты же не в себе! Все то, что ты говоришь, ненормально! Эти мысли чувства еще более недостойны эльфа, чем мои поступки!

– А ты? – закричал он. Его лицо покраснело, а на лбу вздулись вены.
– Ты поступала нормально? Сначала Гортхаур Жестокий, потом твой женишок, потом опять Гортхаур! Ты самая настоящая маленькая дрянь! Я не удивился бы, если бы узнал, что война началась из-за тебя! Может, ты еще и с Морготом была? И я не жалею о том, что хоть раз в жизни попробовал тебя!

– Сволочь!
– воскликнула я, вскочив и двинувшись на Келегорма. – Я тебя убью!

Келегорм неожиданно исчез. Мой удар, довольно сильный, пришелся в пустоту. Через секунду передо мной снова возник Намо.

– Не убьешь, - сказал он. – Вы оба и так уже мертвы. Кажется, ты об этом забыла. Думаю, на этом все. Есть еще те, кто хотел бы тебя увидеть, но, думаю, они не так уж важны.

– Дайте мне увидеть братьев, прошу вас, - заплакала я.

– Каких братьев? – ухмыльнулся он. – Своего любимого брата ты увидела, остальные тоже хотели, но им я решил отказать.

– Амрода, Амроса, Финрода, - плакала я, не скрывая слез. – Тех, кого я люблю. Прошу вас. Я приму любые оскорбления от них. Пусть говорят, как низко я пала, я соглашусь. Только дайте мне их увидеть!

– Нет, Сильмариэн, больше ты никого не увидишь, - с долей торжественности в голосе сказал Вала.
– Только Эарендила тебе будет видно в окно, но это не так интересно. И мне надо уходить. А ты будешь здесь вечно, - он развернулся и пошел к двери. Я попыталась догнать его, но получалось только, что Намо отступал, а я словно бежала на месте, не приближаясь к нему ни на шаг.

– Пожалуйста, прошу вас, не оставляйте меня здесь! – кричала я, пытаясь догнать Намо, путаясь в полах своего длинного белого одеяния. – Я больше не причиню зла никому и никогда! – по моим щекам текли слезы. – Только не оставляйте меня здесь!

Он застыл в дверях и обернулся ко мне. Лицо его было суровым.

– Можно мне хотя бы задать еще один вопрос? – мой голос был похож на жалкий скулеж раненного щенка.

– Последний.

– Что стало с Мелькором и Гортхауром?

– Гортхаур у нас. Повезло тебе, что умерла и не пойдешь под суд вместе с ним. Ты в Чертогах Мандоса, а ему сюда не попасть. А Мелькор… Его судили и вышвырнули за край мира, где ему самое место. Оттуда он не вырвется. Смирись, Сильмариэн. Ты никогда больше не увидишь их обоих. Я думаю, они будут скучать. Хорошо тебе провести вечность, девочка, - закончил он и ушел.