Чтение онлайн

— Рон мертв? — дрогнувшим голосом спросил владыка Леонтий, с трудом опираясь на свой посох, чтобы встать с кресла.

— Мертвее некуда, — криво усмехнулся Таубен, направляясь к ним с Фенеллой. — И только не надо изображать, что вас сильно заботит участь этой пешки.

По морщинистому лицу владыки покатились слезы. Он мгновенно превратился из моложавого, подтянутого Старца в беспомощного, очень старого деда.

— Или он был вашим незаконным сыном? — насмешливо поинтересовался прогрессор, легким движением набрасывая на попытавшуюся встать Фенеллу странную сеть, тут же сковавшую ее по рукам и ногам. — Некоторые ваши до смешного привязаны к собственным детям.

И Таубен, отодвинув в сторону столик с угощениями, разделявший его и епископа, остановился прямо перед владыкой.

А Фенелла, став после замужества обычной женщиной, ничего не могла исправить. Только сидела в ужасе, скованная, не способная даже шевелиться.

Дверь сотрясли гулкие удары. Но король был прав. Запертые двери архиепископского дворца снаружи открыть было практически невозможно, только если взрывать. Причем покои владыки Леонтия находились на третьем этаже. Это Таубен с легкостью влетел в окно на флаере, для остальных путь до окон по гладким стенам с наклоном вперед был крайне затруднен.

— Но ведь у вас, наверняка, множество незаконных детей, — саркастично продолжил прогрессор, наслаждаясь беспомощностью и горем стоящего перед ним человека. — С учетом-то вашей любвеобильности и неспособностью ваших женщин избавиться от плодов связи с мужчиной. Одним больше — одним меньше… Да вы и сейчас, несмотря на возраст, неплохо проводите время, и именно с женщинами, — он бросил на Фенеллу быстрый взгляд и снова с ледяной ненавистью посмотрел в глаза владыке.

А Фенелла никак не могла вмешаться, потеряв все свои исключительные способности в браке с Сидом. Таубена было бесполезно просто просить, умолять. В остекленевшем взгляде прогрессора читалась непреклонная решимость — решимость убить.

— Это ведь ваше колдовство, неуважаемый мной владыка, стоит за провалом всех моих начинаний, — процедил он сквозь зубы, — не так ли? Ну так вот. Я освобождаю человечество от мрази, тормозящей его развитие. Освобождаю от мерзкого паука, чьи липкие сети мешают прогрессу.

Он еле уловимым, мгновенным движением выхватил пистолет.

— Не мстите, — успел прошептать владыка Леонтий, повернув голову к Фенелле.

Одновременно прозвучал выстрел.

Епископ пошатнулся, затем тяжело, боком, рухнул на пол и перекатился на спину. Беспомощная Фенелла застонала. Выстрел с близкого расстояния разнес часть черепа, но лицо владыки осталось неповрежденным. Печать странного, неземного спокойствия коснулась черт дорогого для любого из остарийцев лица.

И внезапно острая боль пронзила все тело пленницы прогрессора. Она медленно встала, удерживающая ее сеть сползла к ее ногам. Золотистый свет рассеял сумрак покоев, золотистые отблески лизнули мраморную крышку столика.

— А тебя, принцесса, я заберу с собой, — пробормотал Таубен, глядя на мертвое тело у своих ног. — Очень удачно получилось. Твой Сид сам явится за тобой…

И в этот момент он обернулся.

— Стоять и не шевелиться! — негромко приказала Странница.

И прогрессор замер без движения. В его светлых глазах, растопив недавний лед ненависти, плескалось сильнейшей потрясение.

Подчиняясь легкому движению женской ручки, массивная щеколда в другом конце покоев сама отползла в сторону.

В следующую секунду в помещение ворвались вооруженные люди.

Дон Цезар лично связал несопротивляющегося прогрессора. Король схватился за голову и опустился на колени перед мертвым архиепископом. Сид, подхватив падающую Фенеллу, распорол ей рукав и положил ее ладонь на открывшийся браслет в виде спирали.

— Срочно вызывай Дайэна, — прошептал он бессильно повисшей в его объятиях вроде бы обычной молодой женщине.

Боэланд стремительным движением поднялся с колен и рванулся к Таубену, на ходу выхватывая кинжал из ножен. Он метил не в сердце, учел, наверное, что металлопластик, надетый на прогрессора, никакая сталь не пробьет. Боэланд метил в глаз.

— Стойте! Владыка завещал не мстить, — из последних сил сказала Фенелла, борясь с черно-зеленой пеленой, поглощающей ее сознание. — Его последняя воля.

Король замер, как если бы налетел на стену. Кинжал выпал из его рук, и король обеими руками разорвал ворот парчовой туники, точно он его душил.

— Воля Старца, — эхом повторил Боэланд, медленно поворачиваясь к мертвому телу архиепископа, — Я исполню вашу волю, отец мой. Все, что вы завещали, будет выполнено.

— Нель, ты умираешь, — настойчиво произнес Сид, — подумай о Дайэне.

Услышав эти слова, Боэланд отвел взгляд от умершего владыки, чтобы с ужасом посмотреть на сестренку. Та и сама видела, что пальцы руки начали синеть. Ну да, потоки энергии путей Странников в Остарии перекрыты…

— Фенелла сосредоточься! — простонал Сид, — Дайэн — веснушчатый веселый парень с длинным носом и желто-зелеными глазами…

Странник мгновенно возник рядом, потрясенно огляделся, молча забрал Фенеллу из рук ее мужа и крепко обнял. Перед глазами у той несколько прояснилось, посиневшие ногти порозовели.

— Граф, действуйте, — твердо сказал его величество чуть хриплым голосом, пристально глядя Сиду в глаза. — Сколько вам потребуется времени, чтобы все закончить?

— Часа за два управлюсь.

— Я дам прогрессорам ровно сутки, чтобы убраться с нашей планеты. Завтра, в это же время порталы должны быть закрыты, — ледяным тоном приказал король.

Сид склонил голову в знак повиновения.

— Странники в Остарии, — потрясенно сказал Таубен, которому никто не запрещал говорить. — Ах, вот оно что…

В этот момент в покой вбежал Айвен Рудич. Огляделся. Рванулся к телу епископа.

— Он мертв, Айвен, — тихо и с сожалением сказал Дайэн. — Уже душа отлетела.

— Вижу, — хрипло ответил врач, опускаясь на колени рядом с телом. Поднял еще теплую руку умершего владыки и прижался лбом к узловатым пальцам.

— Рудич, что ты наделал?! — устало сказал Таубен.

— Я наделал?! — переспросил Айвен с нехарактерной для него злостью. Гибким движением поднялся с колен.

— Ты знал о Странниках, не отрицай. Знал и ничего не сказал. Ты виноват, что порталы будут закрыты.

— Я виноват?! Да если бы не жадность землян и не твоя, Генрих, патологическая упертость, остарийцы никогда не стали бы закрывать порталы.

— Фейнейэ, нам надо на Ирион, — прошептал Дайэн. — Моей энергии не хватает, чтобы поддержать твою жизнь.

— Да, — согласилась Фенелла, чувствуя, что сознание снова уплывает.