Чтение онлайн

Райна вздрогнула — ее внезапно, без причины, обуял страх. Не боязнь, которую умеючи можно подавить, а леденящий ужас, предвестник скорой гибели.

— Разворачивай его! Домой! Быстро, домой!

— Да чтоб вас приподняло и заморозило!

Черные точки росли. Даллак вытащил из пояса Райны сырой кристалл. Лис растаял, оставив влагу на ладонях. Вокруг дракона начали собираться серые облака.

— Или спрячемся... нет, не вызову бурю, не разгоню... талисман нужен.

Даллак придавил Райну к шее дракона, прикрыл собой. Их кинуло вниз, потом резко подняло вверх — желудок подступил к горлу, заставляя давиться тошнотой. Дракон закричал, мир завертелся, как тележное колесо. Райна зажмурилась и полетела в неизвестность, продолжая прижиматься спиной к груди Даллака.

«Разобьемся!»

Удар принял на себя Даллак, спасибо, вода смягчила — то ли боги идущих-по-следу пожалели, заменили твердь рекой, то ли просто повезло. Райна чуть не захлебнулась, бестолково замолотила руками, вынырнула благодаря толчку в спину и жадно задышала. В небе продолжался бой — дракона атаковала стая каких-то крупных сильных птиц, побеждавших за счет слаженности и численности.

— Жива?

Даллак выплюнул воду, ошалело помотал головой. Дракон вырвался из кольца птиц и полетел прочь от реки, припадая на разорванное крыло.

— Жива... ты как?

— Шевелюсь, — стряхивая с носа водоросль, фыркнул Даллак. — Греби к берегу. Орланы все еще над нами. Да и... мало ли кто тут в воде промышляет... пообедают и спасибо не скажут.

Они выбрались на пологую песчаную отмель, тут же спрятались под кроны плакучих ив и притихли. Птицы продолжали кружить над рекой — как знать, не решат ли накинуться на легкую добычу?

Райне показалось, что орланы не улетали целый час. На деле, наверное, меньше — когда таишься и боишься вздохнуть, время тянется очень медленно. Наконец небо очистилось, и они осторожно зашевелились. Даллак снял и отжал рубашку. Райна тут же отвернулась, не желая смотреть на заманчивое тело, но услышала стон и вскинулась:

— Что?

— Спину ушиб. Глянь, синяк есть?

— Два, нет... три, — Райна не удержалась, провела рукой по лопаткам, спустилась к пояснице. — Больно?

— Не особо приятно, но переживу. Беда у нас другая.

— Какая?

— Я дракона позвать не могу. Он меня еще в драке слышать перестал. Я же без талисмана ему приказывал. Пока все спокойно было — он слушался. Как разозлился — перестал.

— То есть?..

— Нас будут искать. Может, найдут. Но лучше всего идти к Арке самим. Сколько у тебя кристаллов?

Райна поспешно проверила пояс:

— Три моих, заговоренных. Два сырых.

— Зелий нет, — утвердительно проговорил Даллак. — Негусто. У меня вообще ничего. Да... негусто.

— Сгинем по дороге, — всхлипнула Райна и уселась на обросшую мхом корягу. — Не дойдем. Мы далеко улетели.

— Не так уж и далеко. Дракон полукруг сделал. Если по прямой пойдем, к ночи у Арки будем. Здесь сидеть бессмысленно. По пути могут кристаллы попасться.

— Или нас кто-нибудь сожрет.

— Хочешь тут остаться?

Райна огляделась по сторонам. Прибрежные заросли выглядели мирно. А если идти через болота и солончак...

— Наверное. Здесь тихо. Можно подождать. Вдруг дракон успокоится и сам за нами вернется? Или отыщет по приказу отца.

— Давай подождем, — согласился Даллак. Встряхнул отжатую рубашку, попытался повесить на ветку и с криком отпрянул от ивы.

Деревья зашевелились. Ожили, перекликаясь ехидным шипением. По веткам заскользили тонкие юркие змеи, прежде скрывавшиеся среди листвы.

— Бежим!

Дорогу прокладывал Даллак. Сминал подлесок, придерживал колючие кусты, при этом ухитрялся ловить и отбрасывать особо проворных змей, норовивших нырнуть за шиворот Райне. Короткая пробежка вывела их на луг — ласкающий взор травянистыми волнами, шелковисто-гладкий, чутко отзывающийся на дуновение ветра.

— Это хватай-поле, — присмотревшись, сообщил Даллак. — Идем. Если не задерживаться, трава нас не сцапает.

— Я знаю. Я читала, — отозвалась Райна. — И папа рассказывал, что на таких лугах золотые грибы собирают.

— Ага. Если увидишь, наклоняйся и рви. Мало ли как сложится. А то при ужине будем.

Райна улыбнулась. Чтоб Даллак, да пропустил дармовую еду? Его аппетит не портят такие мелочи, как высадка на Пустошь без зелий и кристаллов. А с другой стороны, золотой гриб — особый деликатес. У деда на столе даже не раз в месяц появляется, реже. Мало желающих собирать грибочки в хватай-траве. Без нужды на такие луга никто не суется — трава может без причины взбеситься и сожрать, не дожидаясь, пока заклинание прочтешь.

Шипение за спиной напомнило — есть нужда. Даллак пошел вперед, быстро, приминая заволновавшиеся травинки. Райна двинулась за ним, стараясь идти след в след, глядя в траву, а не на сильную спину, разукрашенную наливающимися синяками.

Рубашка Даллака послужила мешком для грибов — вроде бы и не задерживались, а прилично набрали. В колючем перелеске оценили добычу, порадовались. Начали осматриваться и совещаться — идти-то теперь куда?

— Впереди солончак, — затеняя лицо ладонью от солнца, проговорил Даллак. — Попробуем пройти по краю? Справа что-то чернеется. Вроде лес. В лесу хоть на дерево забраться можно. А в этих кустах не спрячешься. Дойдем? Сильно устала?

— Не очень, — честно оценила свое состояние Райна. — Но растерла колено мокрыми штанами. И в туфлях хлюпает. Еще чуть-чуть, и ноги набью.

— Я тебя донесу, если ты идти не сможешь. Не хочу здесь задерживаться. Не знаю, почему, но не хочу.

— Я дойду, — Райна достала из пояса сырой кристалл. — Вызови лиса.

— Клад искать? — улыбнулся Даллак.

— Вызови. С ним спокойнее.

Появлению лиса предшествовало маленькое водяное облачко. Райна дотронулась до воплотившегося защитника, увидела настороженность в зеленых — как у хозяина — глазах. Лис принюхивался к ветру, ворчал, глядя в сторону солевой пустыни, и это доказывало — не зря волнуется Даллак. Сама Райна опасности не чувствовала, но помнила волну ужаса перед нападением орланов и верила — просто так ни защитник, ни хозяин беспокоиться не будут.

Они зашагали к виднеющимся на горизонте деревьям — деревьям ли? — маленьким отрядом. Впереди бежал лис, за ним, размашисто и неутомимо, как голем, топал Даллак, а следом тащилась Райна, старавшаяся не отставать. Со стороны пустыни доносились скрипы и шорохи, изредка поднимались и оседали маленькие солевые смерчи. Никто не крался, не подбирался, только казалось, что спину буравят пристальные взгляды. И лучи клонившегося к закату солнца не разгоняли противный озноб, порожденный вниманием наблюдателей.