Чтение онлайн

Даллак попросил:

— Пойдем в дом. Твои телохранители волнуются, топчутся возле моста. Пойдем.

— А мне нельзя было сказать, что ты дом покупаешь? — нашла крайнего Райна. — К отцу побежал занимать, а мне ни слова!

— Хотел подарок сделать, — спокойно ответил Даллак. — Да и не до писем в ваши подземелья было. Промедлишь — цену перебьют.

Град укоризненно тявкнул. Райна умерила пыл, встала, перехватывая шкатулку, пошла к главным воротам. Камень Предела, пропитанный разномастной магией, был немножечко тугодумом, и отреагировал на ее растерянность и злость, когда они уже вступили в поселение. Каменный забор перекорежило, мостовая взбугрилась, словно сквозь булыжник пробились сотни кротов. И только голем отца, стоявший возле драконьего луга, ни на что не обратил внимания. Райна вздохнула — опять придется платить Совету Старейшин за причиненный ущерб — и решительно взяла себя в руки.

Дом Эльвига она знала. Внутри не была, но кое-что и снаружи оценить можно. Крепкий двухэтажный особняк из дикого камня, огороженный внутренний двор с источником. Наверняка просторные погреба. А, может, и нет — складское здание рядом.

Войдя внутрь, Райна осмотрелась, признала — Даллаку повезло. Сама она не единожды вела переговоры со домовладельцами, и каждый раз получала отказ в ответ на предложение о покупке. Совет Старейшин Предела запретил постройку новых домов, решив, что поселение и так слишком сильно разрослось. Недвижимость тут же взлетела в цене и начала передаваться по наследству. Идущий-по-следу никогда бы не продал дом скальнице. Хорошо, что с Эльвигом говорил именно Даллак.

— Вот! — Даллак гордо обвел рукой гостиную. — Камин! Кресла! Кресла нам оставили, я выторговал. Наверху три комнаты, спальня с большим балконом, весь Предел и Пустошь видно. Как тебе?

— Прекрасно! — Райна поставила шкатулку на столик, обняла Даллака, утыкаясь носом в плечо, пробормотала. — Извини, что я на тебя сорвалась. Это так здорово... дом.

— Я продал нашим скупщикам отлично сохранившийся жемчужный венец водяников. Обещал приносить все редкости тебе, но деньги были нужны срочно. Но мы с Градом там еще не всю топь прочесали. Я для тебя другой найду.

— Гебл с ним, с венцом. Не надо ничего. И так хорошо.

В дверь постучали., тут же открыли и Райна встретилась взглядом с отцом. Даллак погладил ее по щеке, отодвинулся, проговорил.

— Пойду, доем свой кусок оленины. Не ссорьтесь.

— Осторожнее там, Людвар уже перебрал, ко всем подряд цепляется.

— Выкинем, когда совсем надоест, — пообещал Даллак и ушел, оставив в комнате Града.

Райна не знала, как начать разговор, даже поздороваться не могла — слова застряли. Отец заговорил без малейшей заминки, как будто не пять лет назад на поляне то ли попрощались, то ли не попрощались:

— Если хочешь, прикажу, чтобы сюда принесли вина. В таверну не зову. Две драки уже было, еще три назревают. Скорее всего, выйдет масштабное побоище.

— Нет, — отказалась Райна. — Вино я не буду.

— Как знаешь. Насчет еды Даллак потом распорядится, лучше знает, что вам нравится.

Райна решилась, подтолкнула шкатулку.

— Это не подарок. Возьми. Они по тебе скучают.

Отец открыл украшенную резьбой крышку. Мраморные медведи завертели головами, увидели хозяина и дружно полезли через деревянный бортик. Ладонь приняла сначала флейтиста, потом певца и рассказчика, а последним — замешкавшегося медведя с арфой. Троица расселась на столике. Музыканты заиграли, солист встал на задние лапы и затянул поздравительную песню.

Они дослушали концерт в молчании. Отец погладил всех медведей по очереди и с заметным удивлением сказал:

— Я думал, ты их упрятала в какой-нибудь дальний угол.

— Почему? — изумилась Райна. — Они всегда жили в моей спальне. Но они не нравились деду, и я их прятала и доставала по вечерам. В последние годы они перебрались на мой письменный стол, но быстро затосковали. Им не по душе разговоры о делах. Недавно певец сказал, что хочет тебя увидеть. Что они мне больше не нужны, им не место в базальтовых подземельях. Я поняла — пора вернуть их тебе.

Медведи дружно свесились с края стола, позволяя Граду себя понюхать. Лис выглядел озадаченным, нервно шевелил настороженными ушами и явно не мог решить, как относиться к такой диковине — рычать или смириться и слушать песни?

Райна опасалась, что на этом разговор и закончится, но отец, как ни в чем не бывало, спросил о здоровье двоюродной бабушки. Родни было много, Райна охотно доложила подробности, которые не могли просочиться из подземелий в Предел, и постепенно растеряла скованность. От родни перекинулись на клановые дела. Райна неожиданно получила совет — мелочь, но сама бы никогда не додумалась. А потом, словно в обмен на совет — вопрос:

— Ты ведешь переговоры о дополнительных соглашениях. Камень неукоснительно выполняет мирный договор. Прошло пять лет. Я не видел ни одной горящей чаши, не слышал ни об одном нападении саламандр на следопытов или скальников. Почему ты настаиваешь на сохранении договора? Что-то знаешь? Уверена, что саламандры соберутся с силами и вернутся?

— Нет, — покачала головой Райна. — Прошу тебя ни с кем это не обсуждать — если выплывет правда, мне не справиться с кланами. Саламандры не вернутся. Никогда. Это сказал камень Замка-на-Оси-Миров и подтвердила Пустошь. Я им верю. Но знаю, что без призрачной угрозы мы снова начнем воевать. Боюсь, что мы или перебьем друг друга, или разгневаем Пустошь, которая закроет нам двери, ведущие к кристаллам. Ну и... эгоизм. Пока выполняется договор, я могу открыто встречаться с Даллаком.

Отец кивнул и погрозил пальцем Граду. Тот надулся, словно его безосновательно обвинили в каком-то непотребном деянии.

— Я записала, — призналась Райна. — Записала все, что с нами случилось. Камень будет хранить конверт, пока я жива. Захочет отдать следующему главе клана после моей смерти — отдаст. Нет — похоронит в толще базальта.

— Разумно. От первого до последнего слова. Я рад, что ты можешь видеться с Даллаком. Возможность жить, не прогибаясь под чьи-то прихоти — бесценна.

— Дед умер. Тебе никто не мешает вернуться домой и уходить, когда захочется, — осторожно, словно ступая на тонкий лед, проговорила Райна. — Я не собираюсь объявлять тебя сумасшедшим или удерживать.

— Я знаю. Но не хочу. Незачем. Ты справляешься. Мне хватает базальта Пустоши. У нас есть необследованные пещеры Песчаного Лабиринта. И два сундука неразгаданных артефактов у Коробейника.

— Ты счастлив?

— Да. Я сделал правильный выбор.

Медведи оживились и заиграли походный марш.

— Между прочим, Эльвиг предлагал Даллаку сбросить четверть цены дома, если он отдаст твой браслет. Что было! — отец развеселился. — Обида! Оскорбление! Единственная ценность-драгоценность, подарок на наречение Града. Да как он посмел!..

Слова согрели душу. Райна отдала Даллаку браслет с янтарной руной, когда Ултан, трое идущих-по-следу и трое скальников конвоировали их в Предел. Отдала без надежды на встречи в будущем. С упованием, что оставит о себе добрую память. Что пустынный янтарь подарит Даллаку везение. Помогал ли подарок, Пустошь ли Даллака баловала — не угадаешь. Но удача его не оставляла, выкуп и залог за вольный выход каждый год платил, не охая, дракона пока брал гильдейского, со временем собирался купить своего.