Чтение онлайн

После Нахимовского училища — высшее Военно-морское. Через два года Игорь перевелся в училище подводного плавания, окончил его в 1953 году. Служил на подлодках различных типов. Был штурманом, командиром боевой части, старшим помощником. Два года назад ему предложили стать командиром «Челябинского комсомольца». Подумал о трудностях, но согласие дал.

Лодка в то время стояла у причала. Пришло пополнение с Урала. Надо было помочь новичками как можно лучше подготовиться к сдаче зачетов. Это оказалось нелегким делом. И все-таки Корнееву удалось организовать занятия в плавказарме. Пополнение распределил среди старослужащих матросов и старшин, которые служили последний год и отлично знали боевые посты. Посланцы Урала в короткое время изучили устройство подводной лодки.

Нельзя было терять ни одного дня, и Корнеев вместе с замполитом, старпомом и другими офицерами начал подбирать и готовить экипаж прямо у пирса. После, когда пойдут в плавание, поздно начинать эту большую и кропотливую работу.

Провели беседы о боевом пути «Челябинского комсомольца» в годы войны, организовали социалистическое соревнование за отличное несение службы, за глубокое знание боевой техники.

Корабль несколько раз выходил в море, отрабатывал различные задачи. Корнеев радовался: слаженность у моряков день ото дня становилась все заметнее.

Подводная лодка плавала подо льдом. Однако называть ее пионером подводного плавания было бы неверно. Советские моряки ходили под холодным покровом на «дизелях» еще ранее.

Вскоре «Челябинский комсомолец» отправился в автономное плавание в Атлантику. И этот экзамен экипаж выдержал с честью, оставив позади тысячи миль. Вернулась лодка с отметинами океана, волны там и тут слизали краску с корпуса.

Длительный поход помог поднять мастерство моряков, старшин и офицеров. Вдвое увеличилось количество специалистов первого и второго класса, отличников боевой и политической учебы. В океане ни один день не проходил без занятий. Офицеры учили старшин, а те учили матросов.

И опять молодое пополнение, и кропотливые занятия с новичками.

Тренировки, выходы на полигон. И опять автономное плавание.

Лодка отошла от причала. На мостике — командир, вахтенный офицер, сигнальщик. Море встретило штормом. Корнеев долго стоял на мостике, наблюдая, как накатывается волна. Наконец сказал:

— Ну, смотрите в оба.

И, не торопясь, стал спускаться по трапу.

На мостике остались помощник командира, капитан-лейтенант Евгений Коновалов и старший матрос-сигнальщик Владимир Тятюшин. Оба привязаны к ограждению мостика. Шатается море, качается небо, кидается из стороны в сторону рубка. Вахтенных бросает то вправо, то влево. Откуда-то сверху сердито заглядывает в рубку белый гребень волны, зло шипит и, потеряв силу, сползает.

Евгений Коновалов из семьи моряков. Отец его — Владимир Константинович — контр-адмирал, Герой Советского Союза. Брат — Марк — офицер-подводник. Кому, как не помощнику, доверить первую вахту. И дело не только в том, что за плечами Евгения опыт. На вахте он внимателен, собран. Вот увидел приближающиеся огни, спокойно скомандовал «право пятнадцать» и, дождавшись, когда покатившиеся влево огни встречного судна остались за кормой, лег на прежний курс.

Вахтенного офицера, несущего ходовую вахту, связывает со всеми постами переговорное устройство. Он обязан знать, что происходит вокруг и внутри корабля. Акустик доложил, что слышит шум винтов, назвал пеленг и дистанцию. Быстро проанализировать и принять решение — задача вахтенного офицера. Многими качествами должен он обладать. Тут и безупречное знание устройства корабля, и быстрая реакция, и хладнокровие.

На мостик доходят доклады с боевых постов. Коновалов следит за тем, чтобы личный состав смены нес службу бдительно и исправно. Офицер командует спокойно, будто в походе они уже давно, и он только тем и занимался, что стоял на вахте.

Удивительного тут, впрочем, ничего и нет, ему не раз приходилось ходить на подводном корабле в автономном плавании. Умеет самостоятельно всплыть и погрузиться, выйти в атаку. Команды отдает голосом твердым и решительным.

В полночь — смена вахты. Евгений Коновалов и штурман Михаил Коростышевский доложили о сдаче и приеме вахты, командир задал им по два-три вопроса, кивнул головой:

— Добро.

И сразу же по кораблю разнеслась команда Михаила Коростышевского: «Второй боевой смене заступить!»

Коростышевского называют бессменным штурманом. Давненько он на «Челябинском комсомольце». За это время почти все офицеры сменились. Прекрасно знает и несет службу. С ним можно поговорить о литературе, музыке, искусстве. Чувствует себя всюду как рыба в воде. Начитан, образован, воспитан. Окончил курсы иностранных языков. Одним словом, эрудит. Во внеслужебное время Корнеев нет-нет да и назовет Михаила умницей, и тот удивленно вскинет брови. Слово необидное, даже совсем наоборот, теплое, хорошее оно. Но вот что-то такое сердитое сверкнет во взгляде Коростышевского.

Не хочет, чтобы его называли умницей. Скромность ли тому причиной, нотка ли не та слышится, кто его знает.

Командир доволен экипажем: и матросами, и офицерами.

Старший помощник командира — капитан 3 ранга Юрий Николаевич Даньков. Подводник с большим стажем. Заместитель по политической части — капитан 3 ранга Леонид Александрович Толстов. Голос у него негромок, даже тих. На лодке Толстов уже два года. Лучшего заместителя, кажется, и желать не надо. В нем есть все, что необходимо политработнику: строгость и чуткость, принципиальность и отзывчивость, требовательность и доброта. Командир «БЧ-5» Виктор Иванович Науменко, инженер-капитан 3 ранга. Хочешь вытянуть из него слово — бери щипцы. Удивительный молчун. Технику знает великолепно. К тому же мастер на все руки. Любую небольшую деталь выточит. Отлично рисует, чертит. Окончил высшее Военно-морское инженерное училище имени Дзержинского.

Капитан-лейтенант Валерий Юртин — ленинградец. Влюблен в море. Командует подразделением «БЧ-3». С обязанностями справляется неплохо. Только, может быть, иногда слишком «накоротке» держит себя с подчиненными. Правда, подводная лодка — не учебное подразделение. Но в ней должна быть та же строгость, хотя в тесном отсеке не козырнешь, не вытянешься в струнку. Да и надо ли вытягиваться? И офицер, и матрос несут одинаковые тяготы. И обращаются друг с другом чуть проще. Но четкость… четкость необходима. Даже, может быть, больше, чем на берегу. И требовательность тоже. На борту ошибка, грубое упущение могут стать причиной непоправимого последствия.

В первый в своей жизни поход идет лейтенант Анатолий Козейко. Вскоре после того, как началась качка, его стало поташнивать. Прилег — еще хуже. Поднялся, нашел специально припасенную по такому случаю корочку черного хлеба, соль. Вошел командир. Взглянул, сочувственно спросил:

— Мутит?.. Да вы не стесняйтесь говорите.

— Мутит, товарищ капитан второго ранга, — признался Анатолий и неожиданно услышал:

— И меня тоже.

— Вас?

— А почему бы и нет… Но списываться из-за этого на берег не думаю. На диете сижу.

Насчет диеты Корнеев, видно, пошутил. Просто старается есть меньше. Вес в нем небольшой. Позже Анатолий убедился: действительно командир с трудом переносит качку. Другой бы на его месте давно подал рапорт о переводе на берег. Но Корнеев не из тех. Не может же он списываться с корабля из-за морской болезни!

Хотя ему и нет сорока, бороздит море уже пятнадцать лет. В походе он всегда на ногах: не только днем, но и ночью.

То обстоятельство, что ему доверено командовать именной лодкой, накладывает на Корнеева еще одну ответственность. Случись что — спросит не только командование, но и уральцы. Однако, если говорить откровенно, Корнеев доволен. Два года ни единого происшествия. Молодые челябинцы строго выполняют наказ земляков.