Чтение онлайн

Завидя издали судно, лодка выходила на него в атаку и, в случае обнаружения артиллерийского вооружения, топила его торпедным выстрелом; при отсутствии же вооружения, всплывала и действовала уже согласно призового права. Другим методом обнаружения средств защиты у противника служил артиллерийский обстрел его с дальних дистанций; однако, недостаток такого метода заключался в слабом вооружении самих лодок, которое (до «U30») состояло из одной 50 мм или 88 мм пушки и только последующие стали снабжаться 105 мм орудием. С дальнейшим развитием подводного плавания в начале неограниченной войны обычное артиллерийское вооружение состояло уже из двух 105 мм орудий. Артиллерия пароходов фактически ограничивалась не весом и размерами пушек, а наличием в данный момент того или иного калибра и в среднем состояло из 120 мм пушек. Слабая сторона коммерческих судов — большие размеры цели, компенсировались, с другой стороны, большей устойчивостью артиллерийской платформы и меньшей уязвимостью, нежели лодки.

Известны многие случаи, когда последним приходилось прекращать артиллерийскую дуэль и отступать, ввиду опасности быть утопленными. Наиболее выгодным для лодок было артиллерийское нападение в сумерки, но такие случаи представлялись относительно редко и были также небезопасны для лодок, вследствие их недостаточно сильного артиллерийского вооружения.

Особую опасность для лодок приобрел огневой бой с вводом в строй судов-ловушек. Тактика этих судов заключалась в подманивании различными способами лодок на близкие дистанции для их верного уничтожения внезапным сильным артиллерийским огнем. Защитой против торпед ловушкам служила их малая осадка и надлежаще обеспеченная непотопляемость.

Из вышеприведенного явствует с совершенной очевидностью, что с вооружением коммерческих судов, злоупотреблением нейтральными флагами, появлением судов-ловушек и т. п., методы борьбы подводных лодок должны были соответственно измениться, несмотря на все протесты германской дипломатии. До того, как переходить к оценке новых методов борьбы, приведем несколько примеров боевой тактики лодок, применявшейся ими до начала неограниченной подводной войны [16] .

В августе 1917 г. английское судно-ловушка «Dunraven», шедшее под видом тяжело груженного купца, под командованием офицера военного флота, вооруженное несколькими пушками среднего калибра и двумя торпедными аппаратами, было атаковано в Бискайском заливе подводной лодкой «UC71» артиллерийским огнем. Как полагалось купцу, «Дунравен» стал уходить, отстреливаясь кормовой пушкой, давая намеренно недолеты для подманивания лодки.

Видя, что противник не желает приближаться, на ловушке, после полуторачасового безрезультатного боя, маскировали попадание в котельное отделение. Для этой цели из специально устроенного вокруг машинного люка паропровода был вытравлен пар и судно застопорило машины. Партия паники покинула его, предварительно устроив аварию шлюпки на талях при ее спуске. Однако и теперь надежды командира ловушки не оправдались, лодка не приблизилась на нужную дистанцию, а продолжала держать своего противника под дальним артиллерийским обстрелом и достигла, к своему счастью, трех последовательных попаданий в корму «Дунравен», вызвавших пожар и взрыв одной глубинной бомбы. Для ловушки наступил теперь, действительно, момент аварии, так как в кормовой части находились не только замаскированные пушки, но и бомбовый погреб. Тушить пожар было нельзя, выдерживая роль покинутого командой купца; да, кроме того, командир ни за что не согласился бы на это, так как к тому времени лодка стала приближаться. Наконец-то настало время открытия огня (400 метров), но в этот момент ветер нагнал дым от пожара между кораблем и целью, закрыв совершенно последнюю. Эта оттяжка времени спасла лодку, ввиду того что еще до того, как разошелся дым, последовал взрыв боеприпасов, подбросивший на воздух не только одно орудие, но и многих людей прислуги. Лодка, поняв в чем дело, ушла под воду. Только теперь командир ловушки отдал приказание ликвидировать пожар и позаботиться о раненых, не отказываясь, однако, от продолжения борьбы. Вторая паническая партия покинула судно, оставив на нем только прислугу двух орудий. Через несколько минут последовало ожидаемое попадание торпедой, силой которого были сорваны полупортики, скрывавшие пушки; люди, однако, остались скрытыми.

Как и следовало ожидать, лодка вновь всплыла, но не в углу обстрела бортовой артиллерии, а за кормой, открыв по тонущему и горящему противнику артиллерийский огонь.

Выдержку, которую показала команда «Дунравена» в этих тяжелых условиях на раскаленной палубе, следует признать выше всяких похвал. Судну-ловушке оставалась, однако, еще и теперь надежда на успех, если бы представилась возможность удачно использовать свое торпедное вооружение. И такая возможность была дана судьбою, так как лодка погрузилась и стала описывать циркуляцию вокруг неприятеля, высматривая его в перископ с ближайшей дистанции.

С «Дунравена» удалось выпустить из обоих аппаратов по торпеде, но обе они миновали цели.

Командир лодки видел вторую торпеду и мог теперь окончательно убедиться в назначении находящегося перед ним судна.

Исчерпав все средства нападения и считая игру проигранной, командир ловушки только теперь вызвал поджидавшую вблизи помощь, которая и подобрала остатки команды. Подводная лодка скрылась, а «Дунравен» затонул.

В данном случае командир ловушки, претендовавший на уничтожение четырех лодок, нашел своего мастера, но надо сознаться, что лодка неоднократно попадала в самые рискованные положения и, только благодаря счастливой судьбе, вышла из них невредимой.

Имя командира судна-ловушки Gordon Campbell, командира лодки Saltzwedel (впоследствии погибший).

Последний в своем военном дневнике описывает этот бой значительно более проще, нежели его английский соперник. То, что перед ним была ловушка, командиру стало ясно лишь под самый конец боя; а его осторожные действия объясняются привычкой командиров лодок остерегаться всякого парохода. Лодка обнаружила ловушку в 12 часов пополудни 8 августа 1917 г. и командир определил в нем грузовой пароход Blue-Funnel линии в 5000 т с 6 грузовым люками.

Не имея возможности выйти на дистанцию торпедного выстрела, командир всплыл в 1 ч. 40 м. и открыл артиллерийский огонь из своей 88 мм пушки с дистанции 3000 м. Вскоре были отмечены два попадания в машинное отделение и одно в корму. Травление пара командир лодки считал результатом попадания, когда на самом деле только попадание в корму с последующим пожаром было реально, а все остальные повреждения маскировкой. При последовавшем в 2 ч. 50 м. взрыве отдельные подробности не были замечены из-за дальности расстояния (2000 м). По дальнейшим записям дневника оказывается, что в 2 ч. 52 м. противник открыл огонь из 120 мм пушки (расхождение с английскими данными), после чего лодка ушла под воду и выпустила по пароходу свою последнюю торпеду, которая и попала под машину. Далее командир наблюдал спуск, и отход от горящего судна 5 шлюпок и плота примерно с 57 людьми и спуск до половины английского военного флага.

Очевидно к этому времени он уже отдавал себе отчет о действительном характере противника, хотя особо не упоминает об этом.

Всплыв непосредственно под кормой противника, лодка выпустила по нему еще 10 снарядов-попаданий и затем обошла его под перископом (4 ч. 55 м.), не обнаружив признаков жизни на тонущем остове. Проходя по борту, командир лодки слышал шум винтов торпеды и увидел ее проходящей вблизи перископа, но, не имея сам торпед и видя, что противник тонет, решил обождать последующих событий, держась вблизи под водою.

В 6 ч. 10 м. подошли к месту боя 2 эсминца и американская яхта, после чего команда «Дунравена» вернулась на свой корабль и занялась тушением пожара.

Примерно около 9 часов один из эсминцев взял на буксир тонущее судно, однако, через час его вновь бросил. Наступление темноты помешало лодке производство дальнейших наблюдений.

Действия германского командира доказывают, что к этому времени (август 1917 г.) роль судов-ловушек была уже не та, как раньше, так как, не узнав даже особенности противника, лодка вела себя во время боя, как бы имея перед собой ловушку.

Примером чисто артиллерийской дуэли может служить бой подводного крейсера «U152» (Franz) с американским вспомогательным крейсером «Ticonderoga».

Встреча кораблей произошла на рассвете 30 сентября 1918 г. в Атлантике. «U152» первая обнаружила во мгле противника с расстояния 3000 м, между тем как он ее увидел лишь с 200 м. Это обстоятельство решило весь ход последующего боя в пользу лодки, так как она имела выгоду применить принцип внезапности, в то время как орудия «Тикондерога» были покрыты чехлами вследствие сырой погоды. «Тикондерога», бывший германский пароход «Camilla Rickmers» в 5130 т принадлежал американскому правительству, имел воинскую команду и числился вспомогательным крейсером. Груз его состоял из военного снаряжения и войск.