Чтение онлайн

Стоит отметить, что и настоящая U 96, ставшая всемирно известной благодаря творчеству Буххайма и Петерсена, также несла на своей рубке эмблему Прина, так как принадлежала 7-й флотилии. Когда на её борт поднялся военный корреспондент лейтенант Буххайм, он попросту не мог видеть на рубке «смеющуюся рыбу-пилу», так как ранее до этого командир флотилии приказал убрать все индивидуальные эмблемы и оставить только общую. Поэтому Буххайма на U 96 встретил именно «Бык Скапа-Флоу».

В самом появлении эмблемы на U 47 нет ничего удивительного, но слова Гюнтера Прина, что она символизировала подлодку и экипаж, можно счесть справедливыми. В конце концов, именно они сделали свою эмблему знаменитой.

В истории Второй мировой войны было немало катастроф, когда причиной гибели тысяч людей стала атака подводной лодки. Однако широко известные трагедии «Вильгельма Густлофа», «Гойи» и «Лаконии» оставили в тени первый подобный случай. Сейчас не многие помнят, что первая такая катастрофа, повлекшая за собой гибель почти тысячи человек, случилась в далеком 1940 году, когда один из самых известных подводных асов Германии стал причиной гибели сотен своих же соотечественников.

«…Едва ли я мог ожидать, что буду сражаться деревянной винтовкой!» – заявил взбешённый Гюнтер Прин своему командующему Карлу Деницу (Karl D"onitz) после возвращения U 47 из норвежских фьордов в апреле 1940 года. Впрочем, Дениц прекрасно понимал эмоции своего офицера по поводу его промахов, вызванных неисправными торпедами: «торпедный кризис» больно ударил по вере немецких подводников в своё оружие. Поэтому командующий подводными силами старался в кратчайшие сроки вернуть эту веру, сделав торпеды более надёжными. Принятые меры дали определённый результат, и в мае-июне 1940 года смертоносные «сигары» снова стали топить торговые суда в Атлантике.

Вечером 3 июня 1940 года U 47 оставила Киль, выйдя в свой шестой боевой поход. Для амбициозного «Быка Скапа-Флоу» это была возможность забыть свои норвежские неудачи. Но прежде чем начать побеждать, лодке пришлось принять участие в спасении экипажа немецкого бомбардировщика, который был сбит английским истребителем и упал в море. Утром 6 июня U 47 обнаружила надувную лодку с тремя лётчиками, которые были приняты на борт.

Подводный ас и его экипаж были полны решимости добиться успеха. Поэтому, когда утром 14 июня первая выпущенная торпеда прошла мимо цели, боевой дух подводников не пострадал. На U 47 все жаждали победы, и она не заставила себя ждать. К вечеру того же дня Прин открыл счет в этом походе, когда выстрелом из кормового торпедного аппарата потопил британское судно «Бэлморалвуд», отставшее от конвоя. Благодаря исправной торпеде англичане лишились ценного груза: на дно ушли почти 9000 тонн пшеницы и четыре самолёта.

Вечером 21 июня к югу от Ирландии U 47 атаковала конвой НХ-49. На перископной глубине Прин прокрался внутрь его ордера и выпустил три торпеды по двум танкерам, идущим в середине центральной колонны. Он успел заметить попадание в цель первой торпеды, но затем был вынужден срочно уйти на глубину, чтобы избежать столкновения с судном, которое шло прямо на него.

Решив, что остальные торпеды тоже поразили цель, Прин записал на свой счет два танкера по 7000 брт каждый. Однако подводный ас ошибся – первая торпеда попала в огромный норвежский танкер «Сан Фернандо», который затонул на следующий день при буксировке в порт. Любопытно, что тоннаж «норвежца» равнялся 13 056 брт, что было не намного меньше заявленных Прином 14 000 брт.

К этому времени произошло событие, которое сыграло важную роль в дальнейшем. 16 июня на U 47 перехватили радиограмму с U 46, которая доложила в штаб, что потопила 53 000 брт. Последней теперь командовал бывший вахтенный офицер Прина обер-лейтенант цур зее Энгельберт Эндрасс, который в первом же походе сначала потопил британский вспомогательный крейсер «Каринтия», а затем несколько судов. Реальные успехи Эндрасса по результатам похода оставили четыре судна и один корабль на 35 347 брт, ещё одно крупное судно на 8782 брт было повреждено.

Как писал в своих мемуарах Прин, радиограмма U 46 подстегнула самолюбие команды U 47, которая была рада успехам бывшего сослуживца, но уступать ему не собиралась. В результате необъявленного «соцсоревнования», кроме упомянутых выше двух судов, с 22 по 30 июня U 47 отправила на дно ещё пять, доложив в штаб о потоплении 51 086 брт. Однако этого явно не хватало, чтобы обогнать Эндрасса.

К этому моменту на лодке осталось всего шесть снарядов и одна неисправная торпеда. Прин поручил торпедистам сделать всё, чтобы её можно было использовать. Приказ командира был выполнен, и такой шанс представился утром 2 июля 1940 года, когда с лодки был замечен пассажирский лайнер. Согласно мемуарам Прина, дальше ситуация развивалась следующим образом:

«Огромный корпус с двумя дымовыми трубами. Идёт на нас со стороны солнца, маневрируя в дикой пляске зигзага. Против солнечного света его окраска не видна, но по силуэту я определяю, что мы имеем дело с грузовым пароходом класса «Ормонд». Это значит, что его водоизмещение составляет более пятнадцати тысяч тонн. Мы находимся в позиции по борту судна на слишком большой дистанции, но нужно стрелять, иначе судно начнёт удаляться. Ия обращаюсь к своим помощникам:

– Друзья, – волнение перехватывает моё горло, – зажмите большой палец! Удастся ли нам это сделать при таких неблагоприятных условиях? – Затем подаю команду: – Пли!

Ожидание… Мучительно медленно отсчитываются секунды. Судно очень далеко. Я думаю, слишком далеко… Тут я вижу в перископ, что как раз посередине судна высоко, на уровень мачт, поднимается столб воды, и сразу после этого грохот взрыва достигает нашей лодки. Огромный пароход медленно заваливается на правый борт.

Со всей поспешностью за борт спускаются спасательные лодки. Много лодок. В то же время в воде плавают сотни голов. Но им невозможно оказать помощь. Побережье слишком близко, и судно ещё на плаву. На баке отчётливо видны стволы орудий.

Я опускаю перископ, и мы отходим под водой. Когда через несколько минут я снова смотрю в перископ, то вижу лишь спасательные лодки да спокойную гладь моря. Я спускаюсь из боевой рубки и иду в свою выгородку, чтобы сделать очередную запись в журнал боевых действий. У сферической переборки центрального поста я невольно останавливаюсь. На ней висит плакат, на котором большими буквами написано: «66 587 т. Выучить наизусть».

Самолюбие Прина и его экипажа было удовлетворено. В то утро жертвой последней торпеды U 47 стал британский лайнер «Арандора Стар» на 15 501 брт. Результат Эндрасса был превышен, лодка взяла курс на базу, прибыв в Киль 6 июля. Однако подводники с U 47 не были бы так рады своему успеху, если бы узнали, что стали причиной большой трагедии.

С началом войны граждане Германии, находившиеся на территории Великобритании, подлежали интернированию, впоследствии это правило распространилось и на граждан Италии. Юридически эти люди были беззащитны перед такими действиями, так как их права, в отличие от военнопленных, не были оговорены ни Гаагской, ни Женевской конвенциями.

Майский разгром во Франции и капитуляция последней поставили Великобританию перед угрозой вторжения вермахта. Не удивительно, что враждебность англичан к немцам и итальянцам, возросла. К содержавшимся в концентрационных лагерях иностранным гражданам присоединились подданные Соединённого Королевства немецкого и итальянского происхождения, и даже беженцы из Германии, спасавшиеся в Англии от преследования нацистов. Опираясь на опыт Первой мировой войны, к лету 1940 года англичане собрали в таких лагерях около 8000 интернированных лиц, которые подлежали дальнейшей высылке в доминионы.