Чтение онлайн

— А полицейские могут тебя переубедить? У них-то аргументы всегда найдутся.

— А у меня для них всегда найдутся контраргументы. Не так страшен черт, как его величают.

— Ты настоящего черта еще и не видал, — пробормотала Вероника и поглядела на убийцу из-под насупленных бровей.

— Зачем мне черт, если у меня есть ты, — засмеялся Родриго, — благодаря тебе у меня выработался иммунитет.

— Ты не спеши расслабляться, дорогой, — лукаво ухмыльнулась Вероника, глядя в затылок своему любовнику, — змеиный яд в малых дозах способен лечить, а в больших убивает.

— Твой яд, лапонька, для меня, как вино — опьяняет, но не убивает. Даже когда в больших количествах, — конспиратор стрельнул косым взглядом в сторону собеседницы и загадочно улыбнулся.

— Говоришь так, словно не боишься смерти. Должен же ты хоть чего-то в жизни бояться.

— А зачем мне бояться смерти-то? — вздохнул Родриго и стал созерцать потолок, — мертвецы не боятся завтрашнего дня, им ведь все равно, какой он будет. Считаешь, что я должен бояться конца? Смерть в отличие от жизни предсказуема: бац! — и темнота. А вот жизнь наоборот. От нее можно ждать какие угодно сюрпризы. Слишком она какая-то непонятная…

— А если загробная жизнь существует? Что тогда?

— Ну, — пожал плечами убийца и зажмурился, — тогда меня, наверное, или в чан с кипящим маслом посадят, или придется объясняться лично с Мидасом.

— А что для тебя хуже? — прищурилась Вероника.

— Хуже всего будет, если и там так же накурено, как у тебя в комнате, — засмеялся Родриго, — это будет настоящим наказанием.

— Может, это я твое наказание… — задумчиво произнесла вдова и прокашлялась, — …посланное свыше.

— Если в небесах водятся такие херувимы, как ты, мне тогда трудно представить, кто же в преисподней, — хихикнул убийца, — нет, Вероника, мы не наказание друг для друга, мы — зеркало. Я всматриваюсь в тебя и узнаю себя лучше. Ты смотришь на меня и понимаешь, кто ты на самом деле.

— На этот раз, кажется, ты угадал, — кивнула молодая женщина, глядя отрешенно на занавеску, раздуваемую легким сквозняком, — раньше я надевала маску, чтобы угодить другим, а сейчас, по твоей милости, мне приходится ее надевать, чтобы самой себе угодить. Оказывается, другим угодить легче, чем самому себе.

— В этом твоя главная ошибка, лапонька, что без конца меняешь маски. Надень ты одну маску, слейся с ней, и она сама станет подстраиваться под окружающих. И под тебя легко и незаметно подстроится. Тогда перестанешь испытывать неудобство.

— Ты так делаешь?

— Конечно. Поэтому я не конфликтую сам с собой.

— И когда же ты успел маску надеть? Каких-то полгода назад совсем другой был, не такой… неоднозначный.

— Стареем, дорогая моя, становимся мудрее, — развел руками молодой мужчина и ухмыльнулся, по-видимому, гордый от того, что в нем признали неоднозначность, — полгода назад маска была еще слишком хрупкой и плохо сглаживала шероховатости моей натуры, поэтому ты считала меня заурядным.

— И за полгода ты так хорошо научился врать и притворяться?

— Совсем нет, лапонька, — цокнул языком конспиратор, — за это время я научился подстраиваться под ситуацию так, чтобы без сожаления принимать любые последствия.

— Разве за такое короткое время можно этому научиться?

— Пока никаких неприятных сюрпризов не было. Видать, я кое-чему научился.

— А как мы будем жить с тобой в будущем, Родриго? Ты, наверное, строишь свои планы какие-то на этот счет.

— О! не ожидал я такого вопроса, но вопрос интересный, — оживился убийца и приподнялся, опираясь на локти, — ну пока будем жить, как обычно… пока не наступят какие-нибудь неожиданные перемены. Да и тебе не мешало бы определиться с твоим воздыхателем.

— А если, например, он мне сделает предложение, кольцо подарит и так далее?

— Вот это уже серьезный вопрос, — нахмурил брови Родриго, — я третьим лишним быть не собираюсь, а если вы надумаете жениться, это создаст некоторые неудобства… для меня. Разве тебе нужен брак, чтобы тянуть из него деньги?

— Я не за кошелек держусь, не в этом дело. Если он мне сделает предложение, я ведь должна буду ему дать ответ.

— Ну чего из-за этого так париться? Просто сразу отвечать да или нет, не будешь и все. Потянешь какое-то время резину, а там видно будет. Но это хорошо, что ты со мной советуешься, это добрый знак — начинаешь меняться к лучшему.

— А что для тебя значит «к лучшему»? — Вероника посмотрела на собеседника чуть недоуменным взглядом.

— Когда уже не будет необходимости постоянно подталкивать тебя в спину, чтобы ты шла вперед. Это и будет лучшим для меня… и для тебя.

— Ой, боюсь, это еще не скоро случится. Дожить бы до этого дня… — задумчиво изрекла молодая женщина, не отрывая глаз от Родриго.

— Доживем, не бойся, — осклабился убийца, — главное, чтобы моя благоверная не решила свернуть с пути исправления.

— А разве ты мне позволишь это сделать? Ты ведь у меня за спиной будешь.

— Я тебе буду всего лишь указывать правильную дорогу. Разве это плохо?

— Одно дело, когда сам выбираешь правильную дорогу, другое дело, когда кто-то выбирает ее за тебя.

— В нашем с тобой случае дороги чудеснейшим образом совпадают, — лукаво улыбнулся конспиратор.

Зазвонивший через пару минут мобильный телефон, лежавший на столе рядом с диваном, вклинился в диалог и прервал его, давая собеседникам передышку, особенно Веронике. Она тут же воспользовалась наступившей паузой и отправилась на кухню, а Родриго, проводив ее взглядом, подхватил мобильник и проверил, кто ему звонит — на экране высветился номер Дианы Отис. Это слегка озадачило убийцу, так как «клиентка» предупреждала его, что будет весь день занята, но после короткого колебания он все-таки взял трубку.

— К сожалению, планы немного меняются, — откладывая телефон на стеклянную столешницу и вскакивая с дивана, воскликнул молодой мужчина и расправил плечи.

— Поступил заказ от клиентки? — спросила Вероника, только что вернувшаяся из соседней комнаты, и отпила глоток воды из стакана, который она принесла с собой.

— Ну, типа того, — не стесняясь, кивнул Родриго, — видать, наскучило сидеть дома одной, вот и вспомнила про меня. А вчера она вроде говорила, что будет работать до поздней ночи. Жаль, я хотел, чтобы мы с тобой провели вечер вдвоем. Что поделаешь, дела.

— Ты сам себе выбрал такую профессию, так что не жалуйся, — добавила вдова, удовлетворенная тем, что ночь она проведет без лишней компании.

— А зачем же мне жаловаться? — хмыкнул конспиратор, уловив реакцию молодой женщины, — не вагоны иду разгружать, да и тебе лучше пораньше в постель лечь, чтобы и завтра была в таком же миролюбивом настроении. Ты настоящая прелесть, когда не злишься.

— И ты иди, потрать на Диану лишнюю энергию, — губы Вероники скривились в едва заметную ухмылку, — ночной тариф у тебя, наверное, на порядок дороже.