Чтение онлайн

— Леночка… — проговорил он. — Зачем мы приехали?! Из-за нас…

Он даже не мог к ней прикоснуться сейчас — это были азы оперативно-следственной работы.

Калинин подошел к нему.

Широко раскрытыми глазами Леночка смотрела в небо — и ничего уже не видела.

Дверь в квартиру Леночки была закрыта, и пришлось воспользоваться услугами дворника. Тот пришел с топором, бормоча непонятные татарские слова, и с ходу, как будто только этим и занимался все время, без труда открыл ее.

— Английский замок, — сказал он Калинину и вздохнул. — Эх, худо!

Ударение он сделал на последнем слоге. Калинин машинально это отметил и вошел в квартиру.

Стрельцов пока оставался около Леночки, никого не подпуская к телу невесты. Люди гурьбой столпились в отдалении и, слава Богу, не решались подойти поближе.

Калинин сразу прошел в ту комнату, окна которой были распахнуты настежь. На подоконнике стоял тазик с мыльной водой, Леночка мыла окна, и это почему-то бесило Калинина.

Он просто не мог совладать с собой от ярости и изо всех сил сдерживался.

— Постойте пока здесь, — попросил он дворника, — когда вы мне понадобитесь, я вас позову.

Тот часто-часто закивал головой и остался в прихожей. Калинин прошелся по квартире. Нормальная однокомнатная квартира одинокой молодой женщины. На столах — календари с портретами популярных артистов, кошечки какие-то с собачками. Все аккуратно прибрано. На полках в строгом порядке стояли книжки, большинство из которых были обычными дамскими романами. По тому, что читает женщина, подумал Калинин, нельзя определить ее наклонности и внутренний мир в отличие от мужчин. Парадоксально, но факт.

О чем это я думаю, размышлял Калинин, оглядываясь по сторонам. Что это я здесь ищу? Что я надеюсь найти? Предсмертную записку? Она собиралась нам со Стрельцовым что-то сообщить, написала послание, а потом решила помыть окна — так, что ли? Кажется, ты стареешь, Калинин, безнадежно теряешь квалификацию. Что ты все-таки надеешься здесь найти, придурок ты наш гэбэшный?

Как много сделано ошибок, подумал он, как мало в этом деле пройдено дорог. Какие-то дороги в никуда. Ты слишком увлекся безумием в своих версиях. А может, и нет никаких преступлений, нет никакого организатора зрелищных ублюдочных деяний, а есть глупые сотрудники спецотдела «А», которым в голову ударила моча неизвестного происхождения, и они с жиру бесятся, отыскивая преступления там, где ими и не пахнет. Может, так все и есть?

Леночка, Леночка, что же ты натворила, милая, на кого же ты оставила и Юру Стрельцова, и меня, и…

Внезапно он одернул себя. Не о том думаешь, Олег, сказал он себе, совсем не о том ты думаешь. Не о том надо думать.

Что-то его смущало. Он никак не мог понять, что конкретно смущало его во всей этой обстановке в квартире Леночки, в которой он был впервые Что-то такое неуловимое, а что — он никак, никак не мог понять. Но что-то было определенно.

Поискать капсулу? Да, надо поискать. Понятые нужны. Или не нужны? Совсем у тебя что-то с головой, Калинин.

Оперативно-следственная группа, которая должна была зафиксировать факт несчастного случая, уже прибыла, и Стрельцов, поднявшись в квартиру, появился перед Калининым как привидение. Лицо его было белым как мел.

— Приехали, — сказал он. — Сейчас поднимутся и снимут показания. Допрашивать нас будут.

Калинин внимательно смотрел на своего заместителя. Стрельцов разговаривал, как механический робот, да и двигался он словно зомби.

Нужно было хоть как-то отвлечь его, и поэтому Калинин попросил майора:

— Посмотри вокруг, Юра. Ты бывал здесь когда-нибудь?

— Конечно, — так же механически ответил ему Стрельцов и осмотрелся по сторонам.

Лицо его, к удивлению Калинина, стало приобретать осмысленное выражение.

— Что с тобой? — внимательно наблюдал за ним Калинин.

Тот явно приходил в себя. Было нечто такое, что потрясало его воображение, на время заслонив своей важностью воспоминание о Леночке.

— Не понимаю, — пробормотал Стрельцов.

— Что ты не понимаешь? — быстро спросил его Калинин.

— Черт знает что! — Стрельцов оглядывался по сторонам, и Калинин видел, как удивление его заместителя все растет.

Калинин понял, что должен говорить с ним чуть жестче, и требовательно спросил:

— Что такое, майор? Что вы видите такого, что могло бы стоить нашего внимании?

Стрельцов сглотнул слюну и потрясенно заговорил. Правда, вымолвил он только одно слово:

— Порядок…

— Что порядок? — переспросил Калинин и замолчал, сраженный внезапной догадкой.

Вот что его мучило, вот что не давало ему покоя, когда он один тут ходил по квартире.

Он вспомнил, что говорил Стрельцов: что Леночка принадлежала к той не такой уж редкой категории женщин, которая органически не переносит нормальный домашний порядок. Леночка принадлежала к тем безалаберным женщинам, для которых строгий академический стиль невыносим и которые убираются только по очень большим праздникам, и то так, для видимости, чтобы потом сказать: «Я убиралась». Бывают такие женщины, надо признаться, и Леночка была именно из них. Совершенно точно.

А сейчас в квартире был наведен идеальный порядок, никто бы не смог заподозрить ее хозяев в том, что они убираются в ней нечасто.

Ну просто сияло все чистотой вокруг Калинина и Стрельцова!

— Она никогда не убирала, — подтвердил Стрельцов мысли Калинина. — Здесь постоянно царил бардак. Книги никогда не стояли на полках, они просто лежали на полу, по всей квартире. Пыль вытиралась не чаще одного раза в месяц. Она не была неряхой, вы не подумайте, Олег Романович, все это в ней как-то очень уживалось, это так шло ей, понимаете? Это придавало ей… — Он запнулся, подбирая слова, пытаясь поточнее высказать свою мысль.

— Понимаю, понимаю, — успокоил его Калинин. — Я прекрасно знаю, что она была кем угодно, только не неряхой. Ты не волнуйся, дальше рассказывай.

— Ну вот, — кивнул Стрельцов. — А эти окна? Глупость какая-то, нелепость полная! Она никогда бы их не стала мыть по доброй воле, а тут, когда она знает, что я волнуюсь, когда она не позвонила даже, не предупредила, когда, в конце концов, на работу надо элементарно идти, она решает мыть окна! Идиотизм какой-то! Бред! Бред, бред, бред сивой кобылы! Я ничего не понимаю, Олег Романович!