ЖАНРЫ

Поэтический форум. Антология современной петербургской поэзии. Том 1
Шрифт:

Померанье

Забрёл на полустанок,До утраМне оставалось ждать,А время годаБыла зима —Тяжёлые ветра,И минус двадцать пять была погода.Собаки выли, и стелился снег,Дороги заметая, а в сторожкеУ печки грелся старый человек,Сметая со стола ладонью крошки.И показалось мне, что это я —Уют найдя, найдя успокоенье,Вобрав в себя дороги бытия,В ладонь сметаю вечности мгновенья.

Юлия МОРОЗОВА

Крестный путь

По ступеням, по струнам, по нотам,По стопам, по камням, по откосам.Луч сверкнул – за седьмым поворотом.Город скорби. Виа Долороза.Километры изломанных сводов.Лабиринты распахнутых арок.Лавки мытарей, искариотовОсквернили святыню базаром.Сквозь врата замирающих улицГолос неба несётся с амвона.Три креста на вершину взметнулисьОт Голгофы к руинам Сиона.Склоны гор замурованы в мрамор.Ветер стонет в ладонях заката.Ночь. Бегу переулком, дворами —Напрямик, наугад, без возврата.Девять звеньев сплетаются в вечность.На губах – Триединое Имя.Остановка. Падение. Встреча —На ступенях Иерусалима.

На суде

Помню – пошатнулся потолок,Подкосились слабые колени.Женщина держалась за платок,По её лицу скользили тени.Стены уплывали под откос.Устрашали чёрные сутаны.Серый снег седеющих волос,Вместо глаз – слезящиеся раны.В пальцах дрожь, надорванная нить.Прогибался пол в судебном зале.Крикнула: «Как смеете судить!Вы – законники на пьедестале!»За решёткой дочка видит мать.Опустеет дом с лучами солнца.Камнем брошено: «Арестовать».На запястьях заблистали кольца.Женщину с надломленной судьбойЖдут Кресты, тюремные объятья.Дочь немеет, глядя на конвой,Уводящий маму на распятье.

СИЗО

На свиданку дают полчаса.Стук сапог по цементному полу.В коридоре слышны голоса.Запах курева и корвалола.В помещении тесном аншлаг.Передачки, продукты, пакеты.Трёхполосный кривляется флаг,Над тюрьмою крутя пируэты.Сигареты ссыпают в мешки.Туалетную режут бумагу.Тут развязаны все узелки.Тут не сделаешь лишнего шага.За окном завывает февраль.Заскрипели врезные засовы.Обнажилась острожная дальВ нецензурном ругательном слове.Каждый прячет во взгляде испуг.Рыщут люди, как звери в загоне.Здесь привычно дыханье разлук.Здесь у каждого кто-то на зоне…

На свидании

Между нами – немое стекло.Телефонная трубка на взводе.Сорок суток с ареста прошло.Под конвоем ты грезишь свободой.Вереница потерянных лиц.Ожидаешь – под номером «девять».Наши взгляды к стеклу приросли.Мне глазам своим трудно поверить.В голове – сотни тысяч дорог.В сердце стонет, срывается скрипка.В тонких пальцах – промокший платок.Прячешь слёзы в налёте улыбки.Не обнять. Не прижаться к груди.Мы бездушную стену целуем.Между нами – стальные дожди.Циферблат возгласил: «Аллилуйя!»Стрелки колют цыганской иглой.Застывают секунды в зените.Мне смотреть на тебя тяжело!Бесконечно страшней – не увидеть.

Прощальная симфония

Метро Новочеркасская. Дыхание апреля.Семь нот минорной гаммы у северных мостов.Последнее свидание под рёбрами туннеля.Нас ревность превратила в назойливых врагов.Ты щурился и лгал. Пальто – темнее бездны.Дрожали наши тени под сводом облаков.Чуть слышное: «Прощай», и ты исчез в подъезде —Как исчезает солнце за спинами домов.Гремел трамвайный хвост. Щетинились вагоны.Как много километров – в квадрате площадей!Как много глаз у стен! Как много рук у клёнов!Как много скользких масок на лицах у людей!Глаза впивались в ночь – в сиреневую копоть.Широкими зрачками смеялись фонари.Двенадцать лестниц в май и две ступеньки в пропастьНа стыке двух проспектов – в объятиях зари.

Загранщики

Нас нет в «сейчас». Мы просто отголоскиДруг друга, памяти, скользящих лет,Фигурки из расплавленного воска,Глядим не вдаль, а прошлому вослед.Сродни вещам, мы тянемся к покою,Марая безымянные листы,Чтоб, скомкав мысли, затыкать собоюПокатое пространство пустоты.Словами безначальность отражая,Используя творительный падеж,Мы жаждем невещественного рая,Переступая мысленный рубеж,Предчувствуя за смертью измеренье,Наполненное истиной до дна.Нас больше нет в условности мгновенья —Мы там, где захлебнулась глубина.

Ода окну

Моё краеугольное окноГлотает грязь, внезапный запах странствий.Уткнувшись вдаль, оно обреченоГорбатым носом вспарывать пространство.С безумным капитаном на бортуГолландец в двадцать семь квадратных метровВысотки задевает на лету,Придерживаясь курса – против ветра.В его владеньях – весь надлунный мир,Созвездия невидимой Вселенной,Среди обычных питерских квартирОн полон первобытных откровений.Крылатый призрак с каменным лицомСверкает светло-серыми глазами.Я подпираю запотевшим лбомОкно, граничащее с небесами.

Алекс НАДИР

Закат дотлел, спустилась ночь, сгустилась тьма

Закат дотлел, спустилась ночь, сгустилась тьма.Опять один, дым сигарет, зима-зима…Слова мертвы, горит торшер и горек чай,Моя любовь, мои мечты, моя печаль…И вновь курить, и мыслей нет, ещё виток —Тоски моей, любви моей… Зажгись, восток!Когда с домов, ворча, спадёт ночная тень,Душа вздохнёт, затем взгрустнёт… И новый день…

Кто не любил

Кто не любил, тот так и не поймёт,Как мир живёт.Как дождь, стеной надвинувшись с утра,Обильно поит землю.Как внемлютНебу облака.И как рекаВ ночи играет переплеском.Как озаряет алым блескомТвой дом мечтательный закат,Как звёзды говорятМежду собой – полночные подруги,И питерских мостов смурные дугиВдруг изменяют строгий вид…Как сердце – стонет и дрожит,Выстраивая вереницы планов,Как воздух – ароматом пряным —Надеждой тёплой напоён.И кажется: весь мир влюблёнВ того, кто здесь, сейчас, пока ещё живёт…Кто не любил, тот так и не поймёт.

Тебе

Ну вот, простуда на губе…А впрочем, это не летально,И я опять пишу тебе,Чтоб сообщить, что всё нормально.Пока не умер. Часть сомненийБыла вчера побеждена,Реальность вновь без искаженийВ бокале мутного вина.Здесь тихо. Сонный мой мирокУ ногУрчит, как кот иль кошка,И по проторенной дорожкеПолзут делишки и дела……Какая дурь меня гнала?Искать, любить, за что-то драться,На танки со штыком бросаться?«Достичь заоблачных вершин!»Чудак… Умнее всех – пингвин,Что дальновидно прячет тело,Когда на подступе гроза;Смотреть грозе глаза в глаза?Ну уж увольте, – глупость – дело!На редкость бесполезный труд.Те реки вспять не потекут.Не потекут.Как ты ни тужься!Я сыт по горло этой чушью:«Кто верит, тот не побеждён?!».Пусть так!Милей мне мой планктон.Размерен темп, тихи раздумья,Организован быт разумно.Нижайший мой поклон судьбе!Да жаль – простуда на губе…
Поделиться с друзьями: