Поэтому всё происходит так – как происходит
Шрифт:
Как я уже говорил, у моей бабушки не было братьев, но была у неё младшая сестра, которая, так же как и она, была просто очаровательна. Обладая, так же как и моя бабушка, прекрасным и своеобразным женским голосом, её сестра, помимо этого, уже с детства увлекалась игрой на гитаре. Благодаря этой внешности и таланту, эти две поистине очаровательные красавицы были желанными гостями, впрочем, так же как и мой дед, на всевозможных народных гуляниях, где под гитарные аккорды из уст этих двух красавиц лились народные баварские песни.
В свободное от работы время мой дед играл в духовом оркестре, а бабушка, также по вечерам и в праздники, вместе со своей сестрой пела песни, которые в то время были очень популярны в народе. На одном из таких праздников они и познакомились. Но если дед в своё время хоть как-то сопротивлялся перспективе стать фермером, то бабушка была воспитана так, что, наверное, даже и думать боялась о том, чтобы стать актрисой или певицей. А когда пришёл и её черёд, она точно так же, как и дед, переняла от своих родителей зажиточную крестьянскую усадьбу со всеми её хлопотами, заботами и проблемами.
Прошло несколько лет, и они поженились. Но, к сожалению, каждый из них жил лишь своей собственной жизнью. А если сказать точнее, то каждый жил ежедневными заботами и проблемами, которые были крепко связаны с благополучием и процветанием собственной усадьбы. Моя бабушка, благодаря воспитанию своих родителей и огромной ответственности, которая легла тогда на её женские плечи, по характеру стала больше походить на мужчину. Поэтому все проблемы и заботы, которые касались её поместья, не доверяя при этом вообще никому, она, как только могла, решала сама.
Ну а дед, в отместку за её неуступчивость, не давал ей права голоса в своём поместье. Проходили годы, и вполне естественно, что счастья от такой совместной семейной жизни у них отнюдь не прибавилось. Каждый из них чувствовал себя всё более и более одиноким. В поместье деда не хватало женщины, а на усадьбе его жены не хватало мужских рук. Но моя бабушка, благодаря привитому у неё с детства чувству долга и весьма сильному характеру, всё же смогла ещё хоть как-то в более или менее нормальном состоянии сохранить своё поместье. А дед, вконец разочаровавшись в супружеской жизни и нередко вспоминая в своих размышлениях о жизни не только железные аргументы своего отца, но и его увесистый кулак, потерял всякий интерес не только к тому, что ему было навязано силой, но и к окружающим его людям, жене, дочери и даже к музыке. Какое-то время он ещё пытался сопротивляться, и доказать, в первую очередь своей семье, что он, как настоящий мужчина и хороший фермер, чего-то стоит в этой жизни.
Поэтому для того, чтобы не только содержать свою усадьбу в приличном состоянии, но ещё и сделать что-то хорошее для её дальнейшего процветания, он попытался воплотить в жизнь несколько своих идей и проектов. Но так как его стремления основывались лишь на желании кому-то и что-то доказать, все его усилия закончились полным провалом.
Последствия того, что его когда-то буквально заставили заниматься тем, к чему у него просто не лежала душа, не заставили себя долго ждать. Потом, уже всё свободное от каких-либо оставшихся обязанностей время, он стал проводить наедине с бутылкой, почти не выходя из дома. Он очень редко виделся с семьёй и, полностью замкнувшись в себе, стал избегать вообще каких-либо встреч с людьми.
Прошло ещё какое-то время. И человек, что ещё в совсем недалёком прошлом всегда и везде был душой компании, и которого все когда-то считали добродушным и открытым, стал очень нервным и довольно агрессивным. Ведь дед в то время, впрочем, точно так же, как и большинство из нас сегодня, просто не знал, что любая идея, в основе которой лежит желание кому-то и что-то доказать, по сути обречена на провал. Хотя некоторым иногда и удаётся воплотить такую идею, радость от её воплощения весьма и весьма краткосрочна. Ну а пользы вообще никакой.
Дед стал всё больше и больше замыкаться в себе, и его дочь, то есть моя мама, была в его жизни, наверное, единственным человеком, с кем он, общаясь, не употреблял при этом отборных ругательных слов. Я думаю, что благодаря лишь своей дочери он не сгинул тогда в этой бездонной пропасти, настоящее имя которой – страх. Ведь многие из нас, что тогда, что сегодня, явно заблуждаясь при этом, путают этот страх с таким понятием как долг. А по сути, наш долг состоит в том, чтобы дарить себе и людям радость. Ну а каким путём? Это уже наш личный выбор, в который никто без исключения не имеет права вмешиваться.
Но как подарить то, чего сам не имеешь? Загадка, на которую ещё никто не нашёл ответа. Скорее всего, именно поэтому последствия того ошибочного заблуждения со стороны моих прародителей не заставили себя долго ждать. А всё то, ради чего была прожита жизнь многих поколений, обрушилось, причём в рекордные сроки.
Без хозяйской сильной руки прекрасный дом, ферма и хозяйственные постройки, где ещё совсем недавно кипела жизнь, сдали буквально на глазах. А огромная территория с когда-то ухоженным садом и прекрасными плодовыми деревьями довольно быстро заросла диким кустарником и травой в человеческий рост. Всего за несколько лет некогда процветающая усадьба превратилась в стыд, срам и позор всей округи. А все, кто ещё помнил о том времени, какой она когда-то была, ссылаясь на мистику, стали поговаривать между собой, что какое-то неведомое и страшное проклятие окутало своей чёрной мантией это поместье. И никто не знал, что же будет с ним дальше.
И только мама, моя милая добрая мама, будучи ещё совсем молоденькой девушкой в свои двадцать лет, не теряла надежды и веры, что всё ещё образуется.
Не многое изменилось с тех пор, размышлял я, находясь при этом уже в школе и сидя в удобном кресле в своём кабинете, где я обычно принимал посетителей. Конечно же, синяки и кровоподтёки, по большому счёту, ушли в прошлое, но давление на подрастающее поколение осталось почти таким же. Сегодня оно, скорее всего, изменило лишь свои формы и приняло другие очертания. Но так же, как и несколько поколений назад, основная причина этого давления не изменилась, и сейчас, точно так же, как и в далёком прошлом, корнем всех этих проблем, как был, так и остался страх.
Страх за будущее своих детей.
Этот страх посещает нас, пользуясь при этом самыми различными предлогами, и использует порой такие хитрости, о которых мы даже и не догадываемся. Ведь именно по этой причине родители, не доверяя своим детям, берут на себя право выбирать. Выбирать для своих детей, что лучше, а что хуже.
По роду своей деятельности мне нередко приходилось сталкиваться с такими ситуациями из реальной жизни, где молодые люди, уставшие и разбитые от чрезмерной опеки своих родителей, обращались к нам за помощью. А ещё чаще к нам приходили родители этих детей, которые не имели ни малейшего понятия о том, почему же это вдруг их любимое чадо стало таким нервным и агрессивным. В самом начале таких разговоров эти родители буквально наотрез отказывались понимать, почему это вдруг их любимый ребёнок, в которого они вложили почти все силы и средства, категорически, а иногда даже на языке ультиматумов, отказывается их не только слушать, но и вообще слышать? Почему на их просьбы и наставления, как выражались лично некоторые из них, их любимое чадо плюёт, просто-напросто, с большой башни?
Из многостороннего и без преувеличения многострадального опыта тех, кто обращался к нам за помощью, было довольно хорошо видно, сколько терпения, труда и выдержки требовалось как от детей, так и особенно от родителей, для того чтобы заново восстановить их разбитые отношения. Сколько мудрости и терпения требовалось родителям, чтобы наконец-то понять и принять простую истину, что жизнь их любимого ребёнка и его будущее вовсе не являются предметом их собственных иллюзий и желаний. Сколько им требовалось взрастить и воспитать в себе мужества, чтобы наконец-то отпустить ребёнка из своих цепких и удушающих объятий и, несмотря на свои собственные страхи, предоставить ему возможность решать и выбирать самому.