Чтение онлайн

А утром вновь решил туда пойти.

Ее отцу не пожалел он платы

И девочку увел в свои палаты.

Владыке не дал дочери, господь,

И шах удочерил чужую плоть.

Ту девочку в тайник души впустил он,

Ее в довольстве, в роскоши растил он.

Вот наконец-то выросла она,

Подобно древу райскому, стройна;

Мир не видал ей равных красотою,

Был взгляд ее для юношей бедою,

А родинка, улыбка уст живых

С ума сводили всех, кто видел их.

Печалями терзался шах великий,

Когда хоть миг он был без луноликой.

«На рубеже четырнадцати лет

Ее настигнет рок. Спасенья нет!»

Шах ведал сам предначертанье это

И принял меры в роковое лето.

Собрал он мастеров со всех концов —

Искуснейших строителей дворцов,

Особый дом создать повелевая;

И вот растет дворец, достойный рая.

Внутри покрыт он золотым литьем,

Запас воды и пищи сложен в нем,

Запор его с мудреными ключами

И днем и ночью освещен свечами.

Промолвил шах: «О дочь, живи здесь год.

Записано, что волк тебя сожрет.

Но если через год еще живою

Ты будешь — смерть отступит пред тобою.

Тогда скажу: твой светлый день пришел,

Дарю тебе корону и престол!»

И в том чертоге поселили пери,

Скрепили камнем и железом двери,

Решив, что здесь ей не грозит беда,

Решив — откуда волк придет сюда?

Спустя неделю шах сказал про дочку:

«Зачем ей там томиться в одиночку?»

И девушку, простую дочь земли,

К царевне в золотой дворец ввели.

И вновь, изгнав ее из сердца страх потери,

Свинцом и камнем укрепили двери.

Согласно жили девушки вдвоем,

Едою наслаждаясь и питьем,

Душа с душой — играли без опаски,

Рассказывали, забавляясь, сказки.

Но ту, чей разум жалостью согрет,

Терзал подружки царственный секрет.

Спросила дочку шаха дочь народа:

«Зачем тобою презрена свобода?

Зачем, порвав с роскошной жизнью связь,

Ты здесь в уединенье заперлась?

Что даст тебе приют необычайный?

Откройся, поделись со мною тайной!»

Ответила царевна: «Знай, подруга,

Участница невольного досуга:

Решил аллах в судилище своем,

Что волк меня внезапно съест живьем.

Поэтому меня здесь поместили,

Сказав, что волк сюда пролезть не в силе.

Когда меня оставит бог в живых,—

Я помогу тебе в мечтах твоих».

И возопила девушка простая:

«О царь небесный, пред тобой чиста я,

Что, если б волком сделалась бы я?»

И внял мольбе всевышний судия.

Став хищником, она царевну съела,

Лишь косточки остались кучкой белой.

Когда истек судьбой клейменный год,

Явились к шаху знать и весь народ.

Открыли двери во дворец-темницу,

И... разбежались, увидав волчицу.

Деяньем божьим изумленный шах,

К всевышнему воззвал, упав во прах:

«Всесильный! Я твоей покорен воле,

Прости меня, грешить не буду боле!»

Смелей твори добро,— придет пора,

И ты узнаешь тоже вкус добра.

Торгуя, не зовн саман зерном.

Кто зло творит — тому воздастся злом.

Ты совершай добро — в нем польза есть.

Кто зло творит — того постигнет месть.

Тому дай руку, кто устал в борьбе,

Когда-нибудь он руку даст тебе.

Не говори: «Не сделает добра

Мой старый враг»,— ведь завтра не вчера!

Когда увидишь в клетках певчих птиц,

Освободи бедняжек из темниц.

Они оценят доброты порыв,

За все добром посильным отплатив.

Я в комнате своей сидел однажды,

Из чаши горя пил, дрожа от жажды.

Я был сердечным устрашен огнем,

И, пленник скорби, трепетал я в нем.

«Эй, сердце, не дразни меня, живое,—

Воскликнул я,— оставь меня в покое!»

А сердце мне в ответ: «Запомни впредь,

Что бог мне повелел тобой владеть.

Поскольку нахожусь я в середине,

То я хочу твой ум наставить ныне.

Ярмухаммед, есть у тебя язык,

Язык твой — соловей, а мир — цветник.

Мы знаем: трудно говорить стихами,—

Труднее спрятать внутреннее пламя.

Как много тех, чья речь нам дорога,

Ушли, речей рассыпав жемчуга!

Ушли и те, чья ныла боль немая,

Ушли, бесценных слов не понимая».

«О сердце,— молвил я,— позволь сперва

Мне тоже высказать свои слова.

Есть в этом городе бедняга скромный,

В глазах людей — безвестный, жалкий, темный.

<