Чтение онлайн

Ты средь поля колос хилый.

По тебе твои родные

Не прольют слезы унылой.

По рукам-ногам свяжу я,

Уложу тебя в могилу,

Как удавленного волка,

Как змею, как все, что гнило.

Манана сказала:

Что с тобою, лихорадка?

Ну, чего ты захотела?

Оттого ли ты глумишься,

Что с лица я подурнела?

Но дана мне власть от бога:

Изгоню тебя из тела.

Песий лай — твои угрозы,

И до них мне нету дела.

Лихорадка сказала:

Эй, Манана, осторожней!

Ты меня стращаешь даром.

Отравлю и дни и ночи,

Иссушу палючим жаром.

Позову попов ко гробу —

Вот пожива будет старым...

Прекращу твое дыханье,

Душным задушу угаром.

Манапа сказала:

О, скажи мне, лихорадка,

Отчего ты рассердилась,

Разве ты не христианка,

Кто же ты, скажи на милость?

Словно Мурия собачка,

Вишь, тебе я полюбилась.

Коль убьешь, не стану плакать,—

Я на жизнь не так уж льстилась.

Лихорадка сказала:

Трое суток потеряла.

Что казню тебя — не диво;

Омрачив твой век недолгий,

Я была лишь справедлива.

Почему тебя жалеть мне,

Ты упряма и кичлива,

Разговором ядовита

И обличьем некрасива.

Манана сказала:

Прочь с очей моих! Довольно!

Мира злобная причуда,

Отнимающая силы

Дщерь презренная Иуды!

Черный саван скорой смерти

Сшей себе, души остуда.

Как меня ты смеешь мучить,

Ты, отрепьев рваных груда?!

Снова Манана сказала:

Горе мне, Манане бедной,

Никну слабой головою,

Я не выживу,— умру я,

Свяну чахлою травою.

Я и так уж невесома,

Таю свечкой восковою.

Чем я так ей полюбилась,

Что не выпустит живою?!

Лихорадка сказала:

Эй, Манана, если трону,

Рот замкну семью замками,

Перестанешь у меня ты

Разговаривать стихами.

Лишь начну людей пытать я —

Люди смерти просят сами.

Сиротою станет прялка

Пред закрытыми глазами.

Манана сказала:

Пусть твои глазища слепнут,

Что ты мучаешь, пугая,

Что еще ты можешь сделать?

Я лежу, изнемогая.

Зубом на зуб не попасть мне,

Пламя сердце рвет, сжигая,

Но меня ты не загубишь,

Бог поможет мне, дурная!

Лихорадка сказала:

Что ты, что с тобой, Манана?

Разве я была дурною,

Разве я вослед ознобу

Не давала места зною?

Я бессонницей поила —

Не водою ледяною,

Нет, тебя я не забуду,

Навещу порой ночною...

Манана сказала:

Для чего тебя мне видеть,

Гибельная огневица,

Чуть подступишь к изголовью,

Все дрожат и всем не спится,

На зуб зуб не попадает,

Ноют кости, пояснпца.

Нет больным тобой спасенья,

Впору им в слезах топиться.

Лихорадка сказала:

Умертвив тебя, не буду

Я виновной, без сомненья.

Если у тебя осталось

Хоть немножечко именья,

Обменяй его на саван,—

Вот его употребленье.

Ты уже мертва, Манана,

Ты уже добыча тленья.

Я скиталец, чужестранец.

Прохожу, пою, играю.

Мир пустой и вероломный

Укоряю, проклинаю.

Только Анне раб покорный,

На нее, горя, взираю.

Я сгораю, о царевна,

Я без рая умираю!

Кто прельщает, кто сражает

Красотой? Царевна Анна!

С ней луна, ночами споря,

Погасает постоянно.

Звезды полночи толпою

К ней стремятся неустанно.

Посмотри, одна над миром

Светит Анна необманно.

Мысли мне смешала Анна,

Полонив меня тоскою,

Стан являя, убивая

Тонкой прелестью такою.

Ах, нарцисс над розой плачет,

Не обняв ее рукою!

Не иметь бы вовсе милой!

Не лишаться бы покою!

Уст рубин твердит улыбкой:

Жемчуга дружны со мною.

Влага глаз пускает стрелы,

Обойдешь ли стороною?

Кинешь стрелы, тяжко ранит,—

И пойдешь бродить по зною.

Заблудился! Провинился

Я беспечности виною!

Больше не в силах

Петь я о милых!

Разума вовсе лишила меня,

Именем кратким,

Именем сладким,

Именем нежным и станом маня.

Сердцу подарок

Дорог да жарок.

Памятен будет: он жарче огня,

Древнее снова

Слышу я слово:

«Любишь — умрешь.

Так люби — не стеня».

Будь, о царевна,

К верным негневна!

В тканях укрывшись, прими договор.

До смерти — всюду! —

Верен пребуду.

Если ж измены увидишь позор,

Если с другою

Я под луною

Выйду, ей предан, забывши твой взор,—

Будь беспощадна!

Пусть безотрадно

Буду рыдать я в ответ на укор!

I

Я в сад вошел с предчувствием печали

И понял, что у розы я в опале.