Погибель Империи. Наша история. 1941–1964. На пике
Шрифт:
«В огненном смерче даже мертвые не обретали покой. Вместе с живыми их швыряло взрывной волной, кромсало уже искореженные тела. Потом шли танки, за ними автоматчики. Рядом со мной поднялся незнакомый капитан с окровавленной повязкой на голове. В руке граната. „За мной!” – крикнул капитан. Те, кто мог подняться, устремились вперед. Мы шли во весь рост, собрав последние силы и волю, навстречу танкам и автоматчикам. Капитан упал, так и не успев метнуть свою гранату. К исходу 29 мая длина колонн пленных достигала нескольких километров. „Сколько же вас, родимых, – услышал я женский голос, – уже второй день мимо нас идете, а конца не видать”».
Пленных под Харьковом 240 тысяч.
Великая Отечественная война советского народа против немецко-фашистских захватчиков по должности превратила Сталина в Верховного главнокомандующего, но не могла превратить его в профессионального военачальника. Между тем привычка к неограниченной власти сделала неизбежным его вмешательство именно в профессиональные вопросы войны, вовлекшей в свою орбиту огромное число человеческих жизней. Сталин несет личную ответственность за котел под Харьковом, за окружение под Вязьмой, под Смоленском, под Киевом.
Миллионы пленных и погибших в окружении советских солдат и командиров – это кровавый сталинский опыт руководства войной в 1941 и 1942 годах. В 42-м, начиная со Сталинграда, война переходит в руки профессионалов.
После Харькова немцы ощущают полную свободу действий на юге СССР.
28 июля 1942 года появляется сталинский приказ № 227, известный как «Ни шагу назад». Сталин говорит:
«После своего зимнего отступления, когда в немецких войсках расшаталась дисциплина, немцы приняли суровые меры, приведшие к неплохим результатам».
То есть Сталин вспоминает гитлеровский стоп-приказ от декабря 1941 года. Сталин продолжает:
«Немцы сформировали 100 штрафных рот из провинившихся бойцов и приказали им искупить кровью свои грехи. Они сформировали штрафные батальоны из провинившихся командиров и приказали им искупить свои грехи. Они сформировали отряды заграждения, поставили их позади неустойчивых дивизий и велели им расстреливать на месте паникеров. Не следует ли нам поучиться в этом деле у наших врагов? Я думаю, что следует».
Приказом № 227 по аналогии с гитлеровским стоп-приказом вводятся штрафные роты для рядовых, штрафные батальоны для командиров и заградотряды в спину всем.
Родной город Клавдии Ивановны Шульженко Харьков оккупирован с октября 1941 года. Перед сдачей Харькова вывезено все оборудование заводов, все запасы хлеба, опустошены все производственные склады, взорваны электростанция и водокачка. В пустом городе осталось 700 тысяч населения. В начале декабря 1941 года на улицах вывешено объявление Харьковской городской управы на трех языках. Все население должно зарегистрироваться к 8 декабря. Пункт 8 гласит:
«Еврейское население проходит регистрацию по особым спискам. Запись евреев ведется на специальных желтых листах».
Город погружается в трясину доносов.
Всем художественным заведениям города Харькова. Предлагаю вторично провести тщательную проверку личного состава сотрудников и учащихся вашего заведения с целью выявления жидовских элементов или родственно связанных с жидами.
Руководитель подотдела искусств профессор Костенко
Не покладая рук работают управдомы. Даже директор детского дома. В детском доме № 3 по Губернаторской улице директор Митрофанов подал желтый лист на трех девочек двух и трех лет. Городское гетто располагается в 10-м районе, возле тракторного и станкостроительного заводов. В начале января 1942 года все население гетто расстреляно в Дробицком Яре.
На Чернышевской был парк автодушегубок. В гостинице «Харьков» – пыточные. В Харькове 100 тысяч убитых и казненных разных национальностей, 100 тысяч умерших от голода, 120 тысяч вывезено в Германию. 52 гражданина Харькова за спасение евреев во время оккупации впоследствии удостоены звания «Праведник народов мира».
Вспоминает актриса Людмила Гурченко:
«Главным местом всех событий в городе был наш Благовещенский базар. Здесь немцы устраивали показательные казни. Жителей города гнали на базар. Образовывался плотный круг. Впереди обязательно ставили детей, чтоб смотрели. Из машин выводили в нижнем белье мужчин с дощечками на груди. „Поджигатель”, „Партизан”. И вешали. Первый раз я не знала, что такое казнь через повешение. Я смотрела. Мне стало плохо. На следующий раз я уже все знала. Я уткнулась в мамин живот, но вдруг почувствовала, как что-то острое впивается мне в подбородок. Резким движением мое лицо было развернуто к виселице. Это орудовал немецкий офицер. Мне было тогда шесть лет, но я все помню».
Научная библиотека обслуживает читателей-офицеров. В Историческом музее немцы требуют в трехдневный срок открыть «Готский зал» для показа арийского влияния на Харьковщину. В июне 42-го аншлаг в Оперном театре: прямо с «Лебединого озера» немцы уходят в наступление на Сталинград.
1943
16 февраля 1943 года опубликован указ Президиума Верховного Совета СССР о присвоении звания Маршала Советского Союза Василевскому Александру Михайловичу. Для Василевского этот указ крайне неожиданный. Всего лишь месяцем ранее он получил звание генерала армии. Производство Василевского в маршалы происходит через 13 дней после ликвидации под Сталинградом группировки Паулюса и завершения Сталинградской битвы. Жуков стал маршалом на месяц раньше Василевского.
После войны, после смерти Сталина, уже при Хрущеве, вечером в машине едут два маршала – Жуков и Василевский. Жуков – министр обороны СССР. Василевский – его первый заместитель. Жуков говорит Василевскому: «Как, Саша, не думаешь ли ты, что тебе нужно заняться историей войны?» Василевский понял вопрос. «Что, Георгий, как это понять? Понять так, что надо уходить в отставку? Пора уходить?» Жуков ответил: «Да. Было обсуждение этого вопроса, и Хрущев настаивает на твоем уходе в отставку».
Василевский подает в отставку. Ему сохраняют все – полный оклад, адъютанта, машину. Вскоре у него случается первый инсульт. Когда он поправится, Жуков уже будет снят с должности министра. Василевский вернется из отставки на службу в группу инспекторов Министерства обороны, так называемую «райскую группу». В прошлом у Василевского, после войны, должность министра обороны. Во время войны, с 1942 года, он – глава Генерального штаба. Василевский в своих воспоминаниях пишет:
«Сталин неоднократно обращался ко мне от имени Ставки Верховного главнокомандующего с предложениями принять на себя обязанности начальника Генерального штаба. Я всякий раз при подобных разговорах просил этого не делать. Несмотря на все мои настойчивые и убедительные просьбы, 26 июня 1942 года приказом Ставки я был утвержден в должности начальника Генерального штаба».
Через месяц, 23 июля 1942 года, Василевский прибывает на Сталинградский фронт.
В тот день, 23 июля, оборону на правом берегу Дона держит командир 33-й гвардейской дивизии полковник Утвенко.