Чтение онлайн

Я надела рубашку с гримасой и повернулась вовремя, чтобы увидеть приоткрытые глаза Скувреля. Мой рот раскрылся в гневе, когда начался его тихий смех.

— Ты хуже всех, — прошептала я, но он подвинулся, открывая для меня место на кровати, хотя все еще посмеивался. — Хуже всех, — буркнула я, занимая место на мягкой кровати.

Я почти расслабилась в мягкости перины. Я погрузилась в нее, словно была на облаке из гусиного пуха.

— Одежда тебе идет, — прошептал Скуврель. — Ты всегда наполовину цветок, наполовину змея.

— А ты — яд и хитрость, — парировала я, но не так едко, как могла. Я наслаждалась мягкостью перины.

Я уснула раньше, чем поняла это.

Я проснулась от тихого шепота. Не пения. Звучало как стихотворение.

— Мягко изгибаются тени,

Мягко завершаются сны,

Все спокойно,

Все как бальзам,

Темны ресницы на ее лице,

Темно пышное кружево,

Все красиво, все светло,

Она такая, она — это радость.

Я зевнула, и голос резко оборвался.

— Проснулась, мой Кошмарик?

Я поняла, что он был свернут вокруг меня, моя голова была на его плече, его другая рука обвивала меня властно.

— Думаю, я еще злюсь на тебя, — я пыталась вспомнить, почему, ведь он ощущался приятно.

— Твоя способность обижаться забавляет, Кошмарик. А я думал, что ты могла только прощать и выражать сострадание. Если бы я знал, что ты можешь так сильно ненавидеть, я влюбился бы в тебя месяцы назад.

— И теперь ты знаешь, — сухо сказала я. — Что теперь?

— Способность слышать от меня правду? — дразнил он.

— Пять.

Он рассмеялся.

— Я бы сказал правду. Но ты не веришь, даже когда я открываю тебе всю глубину своего сердца. Даже когда я говорю, что очарован тобой, ты все равно не веришь.

— Я поверю, когда мы узнаем то, что нужно, у Убийцы родни.

— Да? — спросил он, прикрыв глаза, скрывая эмоции.

— Тогда я дам тебе то, что ты хочешь.

Его глаза засияли желанием. Было сложно не хотеть дать ему все, когда он так на меня смотрел.

— Я дам тебе обещание — завершу брак с тобой — и дам другое обещание, которое ты тоже хочешь. Я пообещаю не мстить за сестру, хотя я не подниму на нее руку, и ты не сможешь вытащить ее из клетки без моей помощи, которую я не предоставлю.

Его резкий вдох удивил меня. Он приподнялся на локте и смотрел на меня. Свет в ракушке угасал, но белки его глаз почти сияли в тусклом свете.

— Ты все еще думаешь, что я работаю против тебя, Кошмарик. Ты все еще веришь, что я — твой враг. Я могу тебя убить, но даже так я — твой друг, твой союзник, твой муж.

— Правда или ложь, — сухо сказала я, — ты не знаешь, что означает быть хоть чем-то из этого.

— Ложь.

Я фыркнула, отодвинулась от него и поднялась, чтобы взять книгу.

Я открыла ее, яркое сияние озарило меня.

— Доверяй ненадежному.

Следуй за слепым.

Отдай самое ценное.

Добрым будь и храбрым.

— Я не искала бессмысленное вдохновение, — буркнула я, листая книгу, но другие слова не появились.

Тряхнув головой, я сунула ее в карман. Она стала теперь еще меньше — размером с половину моей ладони.

— Не пойму, почему ты уменьшаешься, — буркнула я, взяла лук и стрелы.

— У нее нет четкого размера. И у нее, похоже, свой разум, — сказал Скуврель. — Они зовут ее Свитком Истины. Но это не свиток и не вещь Истины.

Я повернулась к нему, он бросил мне камзол. Я поймала его, осмотрела синюю вещь. Это был шелк, расшитый перьями, с вставками изумрудного сатина, пышными плечами и высоким воротником. Я не буду выделяться в таком напыщенном наряде в Фейвальде. Я поспешила надеть камзол, пристегнула колчан, вытащила из него лук и закрепила тетиву.

— Спасибо, — сказала я.

Я подняла голову, увидела его восхищенный взгляд, пока он надевал свой камзол. Он скрывал поразительное количество кинжалов в полночных рукавах.

— И ты говоришь, что ты не красивая. Никто из говорящих так не видел, как ты пронзаешь меня убийственным взглядом. Это выделяет цвет твоих глаз.

— Мне благодарить тебя за такие слова?

— Можешь поблагодарить за то, что вызываю ненависть так, что ты краснеешь при виде меня. Некоторые женщины заплатили бы за такой румянец.

— Другие пронзили бы тебя мечом и покончили с этим, — буркнула я.

Он оказался рядом раньше, чем я смогла вдохнуть.

— Я был бы не против такого от тебя, Кошмарик.

Я закатила глаза.

— Обувай сапоги, которые ты куда-то спрятал, и приготовимся. Уже почти стемнело.

— Твое желание — приказ для меня… по крайней мере, пока ты не вернешь мое имя, — его тон был спокойным. — Есть шансы на это?

— Один, — заявила я. Я не отдам единственную власть над ним.

— Как и я думал. Теперь выгляни наружу, Кошмарик. Кровавая луна взошла?

Я выглянула из ракушки. Край луны было видно над горизонтом. Когда я оглянулась и кивнула. Он передал мне мягкие сапоги до колен.

— Тут каблуки, — возмутилась я. — Они непрактичные.

Он окинул меня взглядом, когда я надела их.

— Я бы сказал, что они идеально исполняют свою цель.

Я покачала головой, зашнуровывая их. Он явно не понимал, чем была практичность. Я собрала свои дикие волосы в практичную косу, пока желудок трепыхался, как свежепойманная рыба.

Вот так.

Пора было пробраться в логово Убийцы родни, пока его не было там.