Чтение онлайн

— Нет.

Ложь сорвалась с её губ слишком быстро. Он ничего не сказал. Элоуэн вдохнула, потянувшись к более безопасной полуправде.

— Это лес, отец. Смена сезона. Теперь труднее находить то, что нам нужно. Я старалась, но…

— Ты лжёшь, — его голос ожесточился. — Ты каждый день ходишь в этот лес и возвращаешься едва ли с тем, чем можно вылечить кашель, и всё же стоишь здесь, пухлее всех женщин в городе.

— Я постараюсь лучше, — она опустила взгляд на свои руки.

Его взгляд стал острее, как всегда бывало, когда он собирался сказать что-то, что оставит след.

— Проследи за этим, — сказал он. — Иначе я буду вынужден доложить Совету.

— Ты сдашь меня? — у девушки перехватило дыхание.

Он отошёл, и огонь жестоко заплясал на краях его лица.

— Я не стану защищать предательницу. И не стану нести наказание за твои промахи.

Слова резанули. Она застыла, пока он поворачивался обратно к рабочему столу, и звон стеклянных флаконов и сухих стеблей возобновился с механической точностью. Пальцы Элоуэн впились в юбку, чтобы не задрожать.

— Я вернусь завтра, — прошептала она, — с достаточным количеством. Обещаю.

Элоуэн снова пришла к озеру, быстрая, запыхавшаяся, глаза её искали не Мидаса, а сканировали подлесок самым острым взглядом, какой только был у неё за последние недели.

Мидас медленно поднялся со своего места отдыха за густыми деревьями, стараясь не испугать её. Запах её страха ударил ему в нос, резкий и горький.

Что-то её напугало. Что-то причинило ей боль.

Она не посмотрела на него. Не заговорила. Даже не дала понять, что знает о его присутствии. Она опустилась на колени в покрытую мхом землю, её пальцы нырнули в почву. Она выдёргивала коренья. Срывала травы с их грядок. Теперь Элоуэн двигалась без изящества, только со странной срочностью.

Его грудь зарокотала, он шагнул ближе и издал тихий рокочущий звук. Но она всё равно не повернулась к нему.

Её сумка была открыта, наполовину наполненная листьями и стеблями. Она что-то бормотала себе под нос, слова, которых дракон не понимал. Слова, которые он пытался расслышать, но они проходили слишком быстро, слишком тихо.

Его хвост низко свернулся позади него, беспокойный, и он думал, не сделал ли что-то, что её расстроило, ведь почему ещё она не посмотрела на него?

Но он продолжал слушать. Сердце у неё больше не билось медленно и спокойно, как прежде. Оно было бешеным. Сдавленным. Девушка дрожала, когда наклонялась слишком далеко вперёд, и ловила себя руками. Её ногти были забиты землёй и дрожали. Она выглядела бледной от страха.

Мидас посмотрел в сторону деревьев. В сторону её деревни. Он зарычал, глубоко и гулко, и лес содрогнулся от этого звука.

Элоуэн вздрогнула. Наконец она повернулась к нему, глаза широкие и мокрые.

— Нет, нет, пожалуйста, — быстро сказала она, подползая к нему на коленях с поднятыми руками. — Пожалуйста, не злись.

Он замер. Девушка прижала ладонь к его груди, прямо туда, где чешуя встречалась с более мягкой плотью под ней.

— Я не их боюсь, — прошептала она, а затем обняла его маленькими руками, как только смогла. — Я боюсь, что они отнимут это.

Мидас моргнул. Медленно. Он не понимал, но она продолжила:

— Я была неосторожна. Возвращалась всё с меньшим и меньшим, лишь бы проводить время с тобой. Отец заметил. Он думает, что я прячу ингредиенты. Если я не принесу достаточно, он расскажет Совету. Они запретят мне возвращаться.

Мидас напрягся. Запретят ей? К нему?

Нет. Нет, он не мог этого допустить.

Она отпустила его, и он наклонился, мягко прижавшись мордой к её макушке, вдыхая её запах растолчённых трав и солёных слёз.

Затем он двинулся мимо неё, к краю деревьев, разъярённый одной лишь мыслью, что кто-то может отнять её у него.

Она бросилась наперерез, подняв маленькие руки, чтобы остановить его.

— Нет. Мидас. Пожалуйста… не уходи.

Он посмотрел на неё, и её голос задрожал.

— Мне просто нужно всё исправить. Я не могу это потерять. Не могу потерять тебя.

Боль, расцветшая в его груди, была новой. Незнакомой. Он снова опустился рядом с ней, складывая крылья внутрь, пока смотрел, как её руки возвращаются к земле, теперь мягче, но всё ещё отчаянно.

Через некоторое время, когда её сумка была почти полной, а дыхание успокоилось, девушка села рядом с ним на мшистом берегу и прошептала:

— Ты должен перестать меня кормить.

Мидас снова замер. Его золотые глаза медленно моргнули. Она подняла на него взгляд, с виной на лице.

— Отец заметил, что я выгляжу сильнее. Здоровее. Для них это неправильно. Подозрительно. Они думают, что я краду еду. Они обвинят меня в пропавшей козе.

Обвинят её? Обвинят её в том, что сделал Мидас?

Её голос сорвался, и она опустила взгляд на колени.

— Я не хочу голодать, но буду, если это значит, что всё ещё смогу тебя видеть. Поэтому… больше никакой еды. Пожалуйста.

На мгновение воцарилась только тишина. А потом лес содрогнулся. Крылья Мидаса широко распахнулись за спиной, ударив по ветвям. Хвост хлестнул по земле, вспарывая почву. Громовой рык выкатился из его глотки, яростный и раненый.

Элоуэн отпрянула, испуганная. Его вспышка потревожила всех существ леса и все деревья.

— Ш-ш-ш-ш, ш-ш-ш, пожалуйста! — взмолилась она, боясь, что кто-нибудь может его услышать. — Это единственный способ…

Мидас зарычал, не на неё, но достаточно, чтобы она поняла: он ей отказывает.

— Мидас…

Он прижался мордой к её голове и снова зарычал, дыхание было горячим и рваным от гнева. Но не направленным на неё. Никогда не на неё.

Руки Элоуэн медленно поднялись, чтобы провести по чешуе вдоль его челюсти, успокаивая его. Её глаза блестели от слёз.

— Хорошо. Всё будет хорошо.