Чтение онлайн

Мысль о неизвестной невесте, ожидающей Алларда на Альфе, все еще маячила на периферии сознания, будто призрак. Но Инга сознательно гнала ее от себя. Если по их дурацким законам должна быть невеста - пусть будет. Она готова смириться с ней, ведь им делить будет нечего.

Инга понимала, что никто никогда не свяжет себя узами брака с клоном. Зачем? Ведь клоны, как бы они не были похожи на естественнорожденных, не могут оставить потомства. А это одна из основ супружеской жизни.

Но ей было на это плевать. Она уже все решила.

Сердце Алларда, его любовь и все его ночи будут принадлежать только ей. А невесте... Невеста пусть утешается статусом законной жены, потому что ей самой об этом остается только мечтать.

Оторвавшись от стены, Инга направилась к спальному кокону. Но стоило сделать пару шагов, как головокружение вновь дало себя знать. А через секунду к нему присоединилась и неприятная резь в животе. Между ног стало тепло и мокро...

Охваченная дурным предчувствием, девушка замерла посреди каюты.

Дрожащими руками она расстегнула фибулу и скинула на пол схети. Боль, которая скрутила ее, была так знакома...

Растерявшись, Инга запустила ладонь под подол. Коснулась обнаженной ноги и вздрогнула. Собственные пальцы показались ей холоднее ледышек.

До боли закусив губу, она повела рукой вверх, к развилке, соединяющей бедра. И коснулась чего-то липкого, покрывавшего внутреннюю сторону бедер.

Перед глазами все поплыло.

Медленно, очень медленно, подсознательно боясь узнать правду, боясь, что эта правда разрушит ее хрупкий мир, с которым она только-только смирилась, Инга достала руку и опустила подол.

А потом посмотрела.

Ее пальцы были в крови.

Диагноз Инга поставила сразу и безошибочно: месячные.

Еще секунда - и она без звука рухнула на пол.

***

Сознание возвращалось медленно и неохотно. А вместе с ним возвращались воспоминания, несущие боль. Будто маленькие молоточки, стучащие по вискам. Каждый удар - это мысль. Каждый удар - это боль.

Аллард.

Он ее обманул.

Он все время лгал.

Все было ложью.

С самой первой минуты.

Открыв глаза, Инга попыталась сфокусировать взгляд на потолке, который смотрел ей прямо в лицо. Она не знала, сколько времени провела в отключке, но, судя по всему, не больше пары минут.

Живот снова скрутил неприятный спазм, возвращая в реальность. Нужно было собраться с силами, встать и что-то сделать.

Но что?

Для начала хотя бы привести себя в порядок, потом подумать об остальном.

Об Алларде...

Нет, она не будет думать о нем. Слишком больно.

Она подумает о себе.

О сыне.

Ее сыне.

Инга пыталась держаться, пыталась быть сильной даже сейчас, когда крупные как горох слезы вдруг без всякого предупреждения покатились из глаз.

Но стоило вспомнить о Тимке - и все! Тяжелое, сдавленное рыдание вырвалось из нее, обдирая горло, будто горсть битого стекла.

Скрутившись в комок, Инга изо всех сил вцепилась зубами кулак, обхватила себя за живот свободной рукой и завыла. Глухо. Протяжно. На одной ноте. Словно раненое животное. Все сильнее впиваясь зубами в костяшки пальцев, в надежде, что эта боль перебьет, перекроет душевную.

Рот наполнил металлический привкус крови. Смешался со слюной. Инга глотала его, точно расплавленный свинец, давилась рыданиями и ненавидела себя.

Ненавидела за то, что поверила лжи. За то, что сама хотела в нее поверить.

Ведь так же намного проще: просто не видеть правду, не желать ее знать и с радостью принимать любой суррогат, лишь бы он не нарушил душевный покой.

Да, так было проще.

За спиной раздался шорох открываемой двери.

Инга проглотила рыдания. Насторожилась.

– Госпожа?
– встревоженный голос Стеллы заставил ее моментально собраться и вытереть слезы.
– Вам плохо?

Быстрые шаги - и вот уже андроид сжала ее запястье, проверяя давление.

Инга до боли стиснула зубы. Так сильно, что челюсть на секунду свело.

Нет, блондинка не должна ни о чем догадаться. Никто не должен догадаться, что она знает правду...

Натянув на лицо улыбку и надеясь, что та не напоминает оскал, Инга медленно обернулась.

– Все нормально, - с трудом вытолкнула из себя. Собственный голос показался сухим и хриплым, как на старых видео-носителях, оставшихся еще с позапрошлого века.
– Переволновалась, наверно.

Стелла пробежалась по ее лицу внимательным взглядом.

– Давайте, я помогу вам подняться.

– Не надо.
– Инга медленно поднялась. Во всем теле чувствовалась неприятная слабость, но сознание было ясным.
– Лучше приготовь мне одежду, пока я приму душ. Мне нужно поесть.

Блондинка нахмурилась, но отступила, освобождая дорогу.

– Да, госпожа. Ужин ждет вас в секторе релаксации. Амон адмирал предупредил, что вернется не скоро.

Уже в душевой Ингу снова накрыло.

Включив воду на полную мощность, она вновь разрыдалась. Но на этот раз в ее рыданиях не было жалости к самой себе и отчаяния. В них была злость. На себя, на Алларда. А еще ненависть.

И желание отомстить.

Глядя на себя в зеркальную стену, Инга насухо вытерла щеки.

Вот так, никаких следов слез. Она сможет поплакать потом, когда поставит точку в этом кошмаре. А сейчас ей нужен холодный рассудок, чтобы сделать то, что должна.

План возник в голове сам собой. Инге даже не пришлось делать усилий.

Что ж, амон адмирал, вы хотели земную наложницу? Экзотический экземпляр, который бы стал украшением вашего Дома? Видимо, как и принц, не смогли отказать себе в маленьком удовольствии?

Придется вам немного пересмотреть свои планы.

Потому что она не вещь. Не имущество. Она - человек. И у нее есть прошлое, которое она хочет вернуть!

На лице Инги не было ни единой эмоции, когда она вышла из душа. Молча натянула предложенные шальвары и уже полюбившуюся рубашку с длинными рукавами. Застегивая последние пуговицы, искоса глянула на адмиральский стол.