Чтение онлайн

– Там нужен голосовой код.

От волнения сердце беглянки пропустило один удар.

Подчиняясь неосознанному порыву, Инга тихо произнесла:

– Так скажи.

За ее спиной Стелла медленно поднялась, опираясь на кресло.

– Арайя.

– Что?
– не сдержавшись, девушка обернулась.

– «Любовь» по-тариански.

Отреагировав на голос блондинки, дверь медленно поползла в сторону. Все еще пребывая в шоке, Инга смотрела, как увеличивается проход, не в силах сделать и шагу. Словно все силы, все стремления, все эмоции оставили ее в этот момент.

Арайя...

Так называл ее Аллард.

Так вот, что значило это слово...

– Почему?
– прошептала она, вновь поворачиваясь к Стелле.
– Почему ты мне помогаешь?

Та стояла у адмиральского стола, совершенно не стесняясь своей наготы.

– Это не помощь. Ты же не успокоишься, пока не поймешь, что бежать некуда?

Инга нахмурилась, оглядывая блондинку подозрительным взглядом. На ее лице и груди виднелись розовые разводы. И девушке на секунду стало стыдно за свои действия, но она усилием воли задушила в себе это чувство.

– Кто сейчас говорит со мной? Аллард?
– процедила она, сжимая маленькие кулачки.

– Не важно, - андроид покачала головой.
– У вас, у землян, есть поговорка: чтобы удержать, надо отпустить. Иди. Путь открыт. Когда ты вернешься, твой амон будет ждать.

***

В рабочем кабинете Лоранда Лест Маррока царила мертвая тишина. Не было слышно ни гула двигателей, ни шума систем жизнеобеспечения. И в этой тишине двое мужчин склонились над экто-экраном, наблюдая за беглянкой, несущейся по коридорам «Аламаута».

Девушка в сером схети с надвинутым на глаза капюшоном почти не скрывалась. Не жалась к стенам, не замирала при каждом шорохе. Нет, она целенаправленно бежала вперед, оставляя за спиной поворот за поворотом. И было похоже, что она отлично знает, куда бежит, и знает дорогу. Незаметный чип в ее руках открывал нужные двери, и она почти не задерживалась, чтобы проверить, нет ли погони.

Нет. Погони она не боялась. Она даже не думала о ней. Потому что все ее существо занимала лишь одна цель: добраться до шлюзового отсека, вскрыть одну из спасательных капсул и убраться с этого корабля. Все равно куда, лишь бы подальше.

– У вашей ливарри отличная память, - хмыкнул канцлер, откидываясь на спинку кресла и бросая на адмирала Сорн Дайлера проницательный взгляд.
– А настойчивость и упрямство достойны восхищения. Я бы с удовольствием понаблюдал, что будет дальше, но у нас есть дела поважнее.

Аллард продолжал сидеть, глядя в экто-экран. На его лице не отразилось ни единой эмоции, только линии амуэ слегка потемнели, да плечи напряглись еще больше. Здесь, в кабинете канцлера, он не мог позволить себе спрятаться за защитным экраном. Таковы были правила.

– Она с первого дня думала о побеге, - пробормотал он, чувствуя, как болезненная судорога сжимает горло. Пришлось приложить усилия, чтобы взять себя в руки. Сейчас не время было терять хладнокровие, и не место.
– Я должен ее остановить, пока она не навредила себе.

Тонкие губы канцлера дрогнули в полуулыбке. Он покачал головой:

– Боюсь, это невозможно. Я не могу разрешить вам покинуть пост.

– Вам давно об этом известно?
– Аллард медленно перевел на него непроницаемый взгляд.

– О чем именно, адмирал? О вашей пагубной страсти или о том, что вы сознательно пошли на преступление ради собственной выгоды?

– Обо всем.

– Скажем так, я догадывался, а сегодня на приеме мои подозрения подтвердились. Но мне и в голову не могло прийти, что адмирал Тарианского флота похитит землянку. И, как я понимаю, без молчаливого согласия наследника здесь не обошлось.

Аллард сжал челюсти так, что на скулах обозначились желваки.

– И... что теперь?
– произнес он одними губами.
– Стабилизация? Вы именно для этого приказали явиться?

– Нет, вынужден вас огорчить, но к вашим личным делам наш разговор не имеет ни малейшего отношения, адмирал. Вы слишком зациклены на себе.

Девушка на экто-экране уже добралась до шлюзового отсека и теперь, задыхаясь от быстрого бега, ждала, пока он откроется. Но на это требовалось определенное время.

Аллард видел, как с убийственной медлительностью отъезжает тяжелая дверь, как беглянка, согнувшись и упершись ладонями в колени, пытается отдышаться. Но здесь, в стенах этого кабинета, он не мог прочитать ее чувств. Канцлер Маррок заботился о своей безопасности едва ли не с большей паранойей, чем о безопасности принца. И защита, вшитая в эти стены, глушила все проявления амуэ.

Но вот девушка вскинула голову, глядя куда-то поверх двери, и капюшон упал ей на плечи, открывая лицо.

Аллард увидел дорожки слез. Увидел взгляд, полный боли. И вздрогнул, будто прошитый ударом молнии.

Ему пришлось на секунду прикрыть глаза, чтобы справиться с собственными эмоциями. Но они были слишком сильны, а действие препарата, который вколол Лертис, постепенно ослабевало.

Пальцы адмирала медленно сжались в кулаки, оставляя на гладкой поверхности стола глубокие царапины.

– Я должен вернуть ее, - глухо повторил он, глядя прямо перед собой.

– Если вы самовольно покинете пост, это будет конец вашей карьеры. И не только карьеры, позволю заметить.

Аллард медленно перевел взгляд на канцлера. В холодных глазах Лоранда Лест Маррока царило спокойствие истинного амона.

– Вы знаете все, но не собираетесь доносить на меня?
– догадался Аллард.

– Нет.

– Могу я узнать, почему?

Канцлер пару секунд смотрел на него, пытаясь прочитать скрытые мысли, потом внезапно подался вперед.

– Я не хочу потерять последнего из Дома Сорн Дайлер, - произнес он ледяным тоном.
– Вы нужны здесь. Хватит той ямы, которую вы уже вырыли для себя, адмирал, не стоит ее углублять. С вашей ливарри ничего не случится. Пошлите за ней кого-нибудь из экипажа, а у нас с вами проблемы есть поважнее.

Адмирал все еще пребывал в задумчивости, не зная, как интерпретировать слова канцлера, когда тот снова заговорил:

– Сегодня я получил последние новости с Альфы от своего поверенного. Как вы знаете, некоторое время назад император начал угасать. Именно поэтому Его Высочество приказали изменить курс и возвращаться на Альфу. Но мы не успели. Этой ночью император умер.