Чтение онлайн

Оба молодых человека согласились. Последний месяц перед свадьбой Эльриан делил время между подготовкой к экзамену и невестой. Та, в свою очередь помогала и поддерживала жениха. Мысль о том, что она исполнит высказанную бывшему другу детства задумку доказать, что аборигены равны им, а может, в чем-то и лучше, воодушевляла ее. Экзамен на знание языка был сдан на отлично, причем, комиссия отметила красивый, четкий почерк молодого человека, не приученного с детства к печатанью текста. Тест на аттестат о среднем образовании он тоже прошел легко, география Земли была заменена на географию Элланы. Оставалось военное дело. Тут тоже проблем не было. В отличие от колонистов, изучавших его, как второстепенную специальность, Кадетский Корпус давал начальное военное образование, выпускники его выпускались армейскими лейтенантами. Так что освоить пришлось только огнестрельное оружие, вождение квадроцикла и бронированного автомобиля. Это было интересно, и Эльриан освоил его быстро. Со стрельбой проблем не было, привыкшему к мушкету и пищалям молодому человеку не составило труда освоить и пистолет с обоймой, и легкую винтовку, и автомат. Сложность была только с отдачей, разворачивающей оружие при стрельбе очередями, но с опытом это удалось преодолеть. Так что к моменту свадьбы Эльриан Эдмонд Этерлинг стал полноценным гражданином колонии Землян. Илларий, вместе с ним втянувшийся в учебу отставал, ему просто не хватило времени, но была надежда, что через месяц и он сдаст все необходимое. Пока же он получил статус гражданина условно, сдав язык и военное дело. Оставался общий экзамен, но тут еще следовало подтянуть гуманитарные предметы, которым в школе Гардемаринов уделяли мало внимания.

Так что, стоя перед алтарем в ожидании невесты Эльриан усмехался про себя, вспоминая свою первую свадьбу, сравнивая и свое отношение, и антураж. Единственное, что роднила оба торжества, так это то, что на обои жених согласился вынужденно, но невесты разнились, как день и ночь, так что, отвечая традиционное — «Да»! перед алтарем, принц поймал себя на мысли, что сказал он с большой долей собственного желания. И невесту целовал тоже не из-под палки. Большую роль в его примирении с участью мужа и будущего отца сыграло и то, что его назвали его собственным именем, а не каким-нибудь «Васко, избранником госпожи такой-то» как было принято. Иллария тоже именовали по имени и роду. Дальше требовалось сделать трех детей, и путь к высшему образованию был открыт. Далее шла регистрация в городской ратуше, потом банкет с танцами. Во всей бочке меда, правда, оказалась одна ложка дегтя. В момент проводов молодых в их покои с пожеланиями счастья и много детей, на дорожку перед ними выскочил, а скорее вывалился пьяный в драбадан бывший жених Розалинды, и с криком: — «На кого ты меня променяла»! — Попытался ухватить невесту за руку. Нарвался на синхронный ответ молодых супругов — разряд шокера от невесты, предупрежденной подружками о готовящейся пакости со стороны Сью. И оскорбления действием от жениха, который просто взял бывшего конкурента за шиворот и зашвырнул в кусты роз, цветущие вдоль дорожки, к великому огорчению садовников.

Мюрреи с трудом извлекли отпрыска из колючих кустов и рассыпались в извинениях перед родителями двух пар, удаляющихся под звуки свадебного марша, в сторону двух домиков, где им предстояло провести брачную ночь. Артур, по настоянию жены приказал усилить охрану вокруг, во избежание повторения инцидента.

Так, взявшись за руки, молодая пара вошла в богато убранный холл их временного прибежища. Оба ощущали неловкость.

— Эрли. Ты не думай, это просто старый друг, родители с детства хотели нас поженить, а потом оказалось, что мы не совместимы!

— Ты любила его? — тихо спросил жених, стаскивая, наконец, узкие праздничные туфли.

— Нет, не любила, да и он меня тоже, просто сила привычки. Обрадовалась, что теперь могу выбрать сама! Выбрала…

Эльриан внимательно посмотрел в лицо молодой жены, глаза которой подозрительно блеснули, готовыми пролиться слезами.

— Эй, ты что? — Эльриан подошел к ней, приобнял, и спросил: — отчего слезы? Жалеешь о своем выборе? Боишься?

— Нет, — помотала головой она, — скажи правду, я тебе хоть сколько-нибудь нравлюсь?

— Что за вопросы в день свадьбы?- удивленно спросил муж.

— Ты думаешь, я не знаю?

— О чем?

— О твоей договоренности с отцом!

— Договоренности?

— Ну да, он отпускает твоего брата, а ты делаешь вид, что я тебе нравлюсь! Не ври, я все знаю!

Окресности Хоупа.

— Хочешь устроить вечер откровений? Давай сядем, не выяснять же отношения стоя. — Эльриан усадил жену на диван, присел перед ней и стал расстегивать пряжки на ее нарядных туфельках.

— Ты что делаешь, — спросила она.

— Избавляю тебя от этих пыточных устройств, по ошибке названных туфлями. Я в своих с трудом весь вечер отходил, а эти еще на каблуке! Разговор будет серьезный, так что отвлекаться на боль в ногах не следует.

— Серьезный? — спросила девушка с убитым видом.

— Серьезный. Я думаю, следует расставить все точки в наших отношениях, пока постоянные разборки не сделали их невозможными. А это может произойти, особенно при активном вмешательстве извне.

— Ты имеешь ввиду этого недоумка Сью?

— Нет, Линда, извини, но я имею в виду твою мать. Я не знаю почему, но она меня терпеть не может. То ли это классическое отношение тещи к зятю, как к человеку, который украл ее кровиночку и собирается превратить милого ребенка в женщину, или еще какие-нибудь причины, но это так. Она уже вмешалась в наши отношения в самый неподходящий момент, испортила свадьбу, и дальше будет пытаться нас ссорить. — Эльриан сел рядом с Розалиндой, потер руками лицо и продолжил.

— Сейчас мы должны были предаваться радостям первой брачной ночи, а вместо этого сидим здесь, и обсуждаем черт знает что. Я думал переговорить с тобой, но позже, но теперь ты вынуждена будешь выслушать мою исповедь и сама решить, как нам жить дальше. Готова?

Линда судорожно кивнула. В ее голове промелькнули самые черные мысли. Эльриан сидел, опершись локтями на колени, и опустив голову. Молчание длилось недолго.

— Видишь ли, ты же с самого начала знала, что я второй принц северного королевства. Причем это не абстрактное, звание, как в сказках, этот титул означает определенные обязанности. Привилегии, да, но и обязанности. Как ты думаешь, я с радостью согласился жениться на старой деве на 11 лет меня старше, страшной, как смертный грех, всю жизнь мечтающей о монастыре? Мы с отцом ругались дней десять. Он пригрозил даже запереть меня в крепость за непослушание, но, наконец, эмоции схлынули, и я понял всю проблему. Жениться, кроме меня некому, иначе герцогство может отойти Югу, если на девице женится Илларий, которому тоже приказал его дядя. И я согласился. Помог Эрнест, он придумал схему, как потом избавиться законным путём от женушки, никого не убивая. Причем, я законно получал свободу, отец — герцогство, женушка — монастырь и все довольны. Речь не об этом несостоявшимся браке. Речь о том, что произошло, после того, как нас похитили. Первое время меня еще поддерживал Эрнест, уговаривал терпеть все те унизительные процедуры, сути которых никто не понимал, а объяснять что-то, какой то биомассе никто не собирался. В общем, на момент той самой процедуры выбора, я был на грани самоубийства. Помогало только последнее напутствие Эрнеста. — «Наша задача, выжить». И я держался. Даже после хамского обращения твоей матери. Извини, в подробности вдаваться не буду. Спроси ее сама. Теперь — о нас. Честно, ты мне понравилась с первой встречи, только я не позволял себе даже намека на сближение. Намеренно ожесточал себя, придирался к каждому твоему слову, выискивал во всем второй смысл. Не обольщался, как другие коллеги по несчастью, типа — «Ах, меня выбрали, все будет в шоколаде». Как будет, наглядно показал твой отец, выставив нас с Илларием в качестве живой мишени. Потом у меня появилось время и возможность изучить общество и ситуацию, которую мы попали. И я понял, что если у меня еще есть шанс выкарабкаться, то у Эрнеста всего пять лет, не больше. Его надо спасать. Как, непонятно. Я даже не знал, где его держат. Следом, скандал с твоей матерью. Да, я ее оскорбил, намеренно, хоть немного душу отвел. Твой отец, у нас с ним был долгий разговор, предложил отпустить меня к отцу. Я не успел обрадоваться, вспомнил об Эрнесте. И пока он сокрушался, что не знает, как ты будешь без меня, подал ему мысль. Я меняю свое поведение в обмен на свободу Эрнеста. Да, такой договор был. Только мне не пришлось прилагать особых усилий для его исполнения. Ты, как я говорил, мне нравилась с самого начала, так что изменить поведение не стоило никаких усилий. Больше усилий бы стоило вести себя по-прежнему, стараться вырвать тебя с корнем из сердца, где ты пускала все более глубокие корни. Да, твой отец считал, что я исполняю договор, о чем, видимо и проговорился твоей матери. Но я не исполнял, я просто позволил себе идти на поводу у своих чувств. И чем дальше, тем сильнее меня угнетало наше неравенство. Не хотел оставаться каким-нибудь «Васькой, выбранным девицей такой-то»! И тут, изучая физику, я понял, что программы наших предметов почти совпадают. Значит, у меня есть шанс сдать экзамен на гражданство. Оставалось подтянуть язык, в этом мне очень помогли твой брат, Эндрю и ты, и сдать военное дело. Твой отец поручился, и меня допустили к оружию. Стрелял я и раньше неплохо, водить автомобиль и квадроцикл меня научили, строевая подготовка у меня была на уровне, так что я все сдал. Принес присягу. Видимо, это и не понравилось твоей матери, и она решила испортить нам жизнь с первого дня. Вот так. Ты мне не просто нравилась, я все это сделал, что бы стать равным тебе в этом обществе. Что бы ты не стыдилась своего «неполноценного» мужа. А теперь делай выводы о моем к тебе отношении сама.

Розалинда замерла. Искренняя исповедь поразила ее. — «Дура, какая же я была дура! Поверила матери. Интересно, почему у нее такое негативное отношение к Эльриану? Только потому, что она мечтала получить в зятья послушного, слабого мальчика, почти раба, а получила… И только в этом причина, может еще в нереализованных тайных желаниях? Нет, хватит, так она додумается черт знает до чего! Господи, она и впрямь дура! Он ей можно сказать душу излил, а она сидит, кукла куклой»!

— Эльри, — она повернулась к нему всем телом, — прости за дурацкие вопросы и недоверие, с этого момента, клянусь, между нами никого не будет! Только мы, ты и я, и больше никого! Наша жизнь начинается с этого момента!

Она развернула его лицом к себе, нежно коснулась губами его губ и почувствовала его отклик. Очень нежный, почти невесомый. Она ответила. Поцелуи продолжались минут пять, после чего Линду подхватил и поднял вверх какой-то вихрь, она вскрикнула.

Тс-с, — прошептал муж, поднимаясь вместе с ней по лестнице, — не в холле же любовью заниматься! Поднимаемся в спальню.

— Эльри, я боюсь.

— Я тоже!

— Ты же мужчина! Мужчины не боятся! Это у меня первый раз!

— А у меня пятый!

Она недоверчиво посмотрела на него. — Смеешься?

— Нет, у нас же вечер откровений. Ты хоть представление имеешь, что происходит в постели?

— Чисто теоретически. Девочкам преподавали «Основы интимной жизни» в последний учебный год Мальчикам тоже, но отдельно!

— Еще бы додумались преподавать вместе! Думаю, девочек у вас бы не осталось! Что же, будем тихо продвигаться вперед.

В спальне Эльриан не бросил ее на кровать, как она воображала себе, наслушавшись рассказов подруг и начитавшись любовных романов, а аккуратно посадил на вращающийся стул возле трюмо.