Чтение онлайн

И Марк быстро зашагал к Графу, где наши охотники таскали в лодку продукты и охотничью амуницию.

Какой охотник не испытывал, как сладко щемит сердце в предвкушении нового сезона? Полгода терпеливых поисков и вот, невероятная удача: в полуподвальном магазинчике на окраине вы купили два десятка новеньких, густо смазанных солидолом капканов.

Теперь можно готовиться на охоту.

Первая задача — удалить с капканов смазку. Для решения ее используют ненужные в доме тряпки. Когда они закончатся, советуем ограничиться для дальнейшей работы двумя-тремя простынями и занавесками с окон. Если вы начнете вытирать капканы новым платьем жены, она может вас неверно понять и уехать к маме.

Затем капканы кипятят в нескольких водах. После этой процедуры вы неделю питаетесь в столовой. От домашних блинчиков несет таким ароматом, будто их жарили не на сливочном, а на машинном масле. К тому же жена все-таки уехала к маме, не очень точно указав дату своего возвращения.

На участке, где вы собираетесь расставить капканы, их следует еще раз прокипятить с пихтовой лапкой, подкоптить в смолистом дыму и повесить на недельку на мороз. Впрочем, если неподалеку от вашего участка рубили делянку, излишние предосторожности не нужны. Запах солидола столь же естественен для этих мест, как и запах хвои.

Ставят капканы на наклонных шестах. Считается, что так соболю легче добраться до капкана. Для приманки годится кусок мяса, копченый минтай, гречневая каша, хозяйственное мыло, скумбрия в масле (и не забудьте открыть банку), но ни в коем случае нельзя давать кильку в томатном соусе. Соус соболю противопоказан.

Когда прищемите палец, настораживая капкан, старайтесь выражаться деликатнее — вокруг вас не дети, прекрасно разбирающиеся во всех тонкостях человеческого языка, а неискушенные звери и птицы, которые могут понять некоторые ваши выражения в буквальном смысле.

Уходя, не оставляйте в капканах окурки. Звери знают, что курить вредно, хотя и не читали предупреждений Минздрава. Капканы проверяют раз в 2–3 дня, чтобы вытащить из них попавшихся кедровок и соек. Соболя вам, разумеется, не поймать, но зато в разговоре с друзьями вы вполне профессионально можете рассуждать про охоту с капканами, демонстрируя шапку жены, купленную на «толкучке».

Нежданное присоединение Парашкина к промысловикам задержало выезд часа на два. Прикупили продуктов, приодели его потеплее. Вместо ружья вручили верный «том-шинсон» и 22 капкана. Собак, на четверых охотников, набралось только три. Витим, опытная лайка, купленный Графом у уехавшего в город охотника-промысловика. Север, взятый им же у местных щенком, и Таран, одолженный Хомичом у друга-таксатора. Для Марка собаку решили взять по дороге, в Садках у лесника. В Садки приплыли через час, но задержаться пришлось часа на три. Лесник по имени Василий Иванович, а прозвище, любой догадается, конечно — Чапай, к тому же повоевавший в кавалерии, правда не комдивом, а ветеринаром, но это уже мелочи, не отпускал гостей, пока на столе стояла водка. А водки стояло четыре бутылки. Наконец, захмелевший Чапай вывел гостей во двор и широким жестом предложил:

— Вот, выбирайте любую.

Вся его свора сбежалась к дому в надежде на дармовое угощение. Чапай кормил собак раз в неделю, запаривая за раз ведро комбикорма.

— Собака летом сама себя должна кормить, а зимой еще и хозяина.

Выбор, честно говоря, был небольшой: старая сука и три десятимесячных щенка. Взяли щенка по кличке Руслан. С суками вечно проблемы, загуляет не вовремя, и сезон насмарку. Вместо соболей кобели за сучкой носятся.

Сердечно распрощались с хозяином и спустились к лодке. А от дома лесника доносился голос Чапая:

— Грушка! Ты как, зараза, стоишь? Сщас, шашку наголо и вжик, и голова в кустах.

Граф Люксембургский усмехнулся:

— Похоже, сегодня до скамеечки дело дойдет. У Чапая жена в два раза его больше, так он становиться на скамеечку, подзывает жену и хрясть ей фингал под глаз. А та и довольна. Бьет — значит, любит.

В Чайку приплыли затемно. Чудом не напоролись на шест, к которым привязывают бакены. Навигация закончилась, и речники поснимали бакены, а палки остались торчать, как пики. В темноте не разглядишь.

Последние полчаса шли по створам, их не убирают до самой весны. Весной батареи и лампочки поменяют, и снова горят весь год.

Чайка — вахтовый поселок геологоразведочной экспедиции, расположен в месте впадения одноименной речки в Лену. Экспедиция — предприятие богатое, имеет и контору в Маме, и гостиницу, и жилой фонд. Все это нужно ремонтировать, для чего нужен лес. Вот и организовали лесозаготовительный пункт. Небольшой, из восьми человек. Рядом жил егерь коопзверпромхоза. Через его охотничий участок и предстояло Графу и компании добираться до своего участка. Вдоль Чайки у егеря стояло три зимовья, а в 40 километрах от самого дальнего находилось то, в которое и стремились наши герои. Бригада лесорубов еще не заехала, в поселке был только мастер, поэтому расположились со всеми удобствами. Даже баня оказалась истопленной. Сходили в баню. А после бани, как говорил наш великий пьяница, т. е. полководец Суворов: «Штаны продай, но выпей». Штаны продавать не понадобилось, выпивки и так хватало. Пригласили егеря, и засели на всю ночь.

Егерь оказался из семьи спецпереселенцев и рассказал о забавных случаях во времена коллективизации и раскулачиваний.

— Вот так примерно и шло раскулачивание на Лене. Получат местные власти разнарядку сверху на кулаков, а куда их девать, не знают. Чай, не Урал, где на стройки социализма сотни тысяч кулаков пошло. Перевезут из одной деревни в другую и отчитались «о ликвидации кулачества как класса».

— На Урале, — вмешался уралец Хомич, — кулаков спасли от голода. Из тех, кто под раскулачивание попал, выжило гораздо больше, чем из тех, кто в деревнях остались. На стройках хоть не досыта, но кормили, а в деревне все до зернышка выгребали. Хуже, чем у нас, только на Украине мерли. Да там карьеристов и подхалимов всегда больше, чем в России было. Спустят сверху указание собрать в районе 1000 пудов зерна, а подхалимы 2000 пудов выгребут. Неправ был Герцен, не две беды в России, а одна — дураки у власти. Зато народ умный. Под дураком только самые умные и выживают. Естественный отбор.

Выпили за умный народ. Политическую тему подхватил Граф Люксембургский:

— Прочитал я недавно справочник «Народное хозяйство СССР». Все доходы расписаны, вплоть до спичек, а водки нет. Просмотрел расходы, а там на оборону всего 18 млр. руб., в десять раз меньше чем у Америки. И это притом, что у нас паритет, то есть равенство с Америкой по вооружению. Тут и вареной курице ясно, убрали из расходов на вооружение 100 млр., а чтобы баланс свести, убрали доходы с водки.

Выпили за пьяниц, крепящих своим трудовым рублем обороноспособность страны. Хомич опять вернулся к теме голода:

— А куда шло то зерно, что у голодающих крестьян забрали? В зажравшуюся Европу! Сейчас они в нас пальцем тычут, мол, погубили ради индустриализации миллионы людей. А зачем они хлеб у голодных скупали? Что, больше негде было? Вранье! В Америке такой кризис перепроизводства был, что зерно эшелонами в море топили. Для того и скупали, чтобы русские, украинцы да татары вымерли. Ненавидят нас европейцы, и я их ненавижу. Одних немцев простить могу. Тоже горя хлебнули, две войны проиграли.