Чтение онлайн

– Нет, стой!
– распорядился Конг.- Как это бомба? А ты куда смотрел, скотина?

– Так ведь... господин Конг... две бомбы вынули, пока машина заправлялась... Одну сикхскую, а вторую ирландскую...

– Так снимайте и третью!
– приказал Конг.

– Она не снимается!
– с ужасом прошептал толстяк.- Боюсь, это он, это Леонард!

– Черт!
– помрачнел Конг.- Этак мы опоздаем!

– Эй ты!
– вмешался Фухе.- Бомбу осмотрели? Какая она?

– На полцентнера, господин комиссар,- сообщил офицер.

– Не о том спрашиваю, дурак!
– прервал его Фухе.- С часовым механизмом?

– Да! Взрыв через четыре часа!

– А сколько лету до Парижа?

– Т-три часа...

– А там есть специалисты, которые бы эту дрянь обезвредили?

– К-конечно, господин комиссар, в Париже все есть!

– Гм... Тогда надо лететь и побыстрее,- решил Фухе.

– Вы, надеюсь, шутите?- побледнел страж безопасности.

– Ничуть,- ответил Фухе.- Эй, носильщик, грузи манатки!

– А что?
– сказал Конг.- Это мысль. Летим! А ты, болван,- это относилось к офицеру,- звони в Париж, пусть шлют специалистов прямо в Орли. Грузись, ребята!

– Но с вами его превосходительство господин фельдмаршал!
– упорствовал офицер.

– Не волнуйтесь, молодой человек!
– вступил в разговор Кальдер.- Я человек, хе-хе, привычный, не раз на бомбовозиках, хе-хе, рейсы делал. Пошли, мальчики!

Вскоре все трое заняли места. Соблазненные их примером, пассажиры вернулись в машину.

– Можно взлетать?
– спросил командир корабля у Кальдера.

– Можно, сынок, можно,- добродушно разрешил старикашка.- Только беда бомба полцентнера весит, лишний бензинчик, хе-хе, уйдет. Так ты уж, сынок, парашютик свой и товарищей своих оставь дома. Без этих, хе-хе, мешков полетим веселее. И соблазну меньше будет, когда ты в полете вдруг. хе-хе, о плохом подумаешь! А то что мы без тебя, хе-хе, делать будем?

Парашюты были оставлены, и вдохновленные этим пилоты уверенно подняли машину в небо.

– Слышь, шнурок,- обратился Конг к комиссару.- А ведь у нас уже однажды такое было. Помнишь, над Аппенинами?

3. ДВА ЧАСА НА ВОСПОМИНАНИЯ

– Это когда?
– начал вспоминать Фухе.- В сорок четвертом?

– Идиот беспамятный!
– возмутился Конг.- В сорок четвертом я был в Нарвике, а ты был в Нормандии. А это было в сорок третьем!

– Ну это ты врешь!
– уверенно заявил Фухе.- Тогда мы с тобой ни разу в воздух не поднимались!

– Вот болван! Кретин безмозглый! Ну вспомни: мы летели к Бадольо, а в самолете была установлена мина, но взорвалась она лишь после посадки. У тебя тогда штаны сгорели.

– Это какие?
– начал вспоминать комиссар.- Серые в полоску, которые я сшил в Лозанне в тридцать восьмом?

– Ну да! Вспомнил наконец?

– Постой постой... Я обвязался пледом и объяснял всем в аэропорту, что я шотландец...

– Точно!

– А итальянцы меня чуть не арестовали, поскольку с Англией они еще не заключили перемирие?

– Ну, слава Богу, вспомнил!

– Нет!
– решительно заявил Фухе.- Не помню! Не было такого! И штанов я себе никаких не шил в тридцать восьмом!

– Мемуарами занялись, молодые люди?
– хохотнул сидевший рядом Кальдер.Давайте, хе-хе, давайте, потешьте свой склерозик прогрессирующий! Только вот что, хе-хе, нас в Орли писаки всякие встречать будут, так надо все-таки решить, что мы им рассказывать станем. Все-таки мы редкость - единственные ветераны войны в нашей, хе-хе, нейтральной, но великой державе. Объяснить надо, как это мы в войну-то влипли!

– А действительно...- задумался Конг.- Вдруг спросят?

– Ну, мы им и ответим!
– бодро заявил Фухе.

– Что ответим, болван? Вот спросят тебя, с чего это все началось, что ты им скажешь?

– Как что? Я начну с того, что двадцать восьмого августа тридцать девятого года меня назначили младшим инспектором в отдел Дюмона...

– Кретин!
– прервал его Конг.- И всегда был кретином, только с годами память потерял! Надо начать не с твоего Дюмона, а с операции"Поплавок"...

– Раз ты такой умный,- обиделся Фухе,- сам все репортерам и рассказывай! А я послушаю.

Их оживленную перепалку прервало появление стюардессы, пригласившей Конга в пилотскую кабину. Через пару минут бывший начальник контрразведки в сопровождении второго пилота резво проследовал в хвост "Боинга". Вскоре, однако, он вернулся к своим спутникам и плюхнулся в кресло.

– Вся беда - в некомпетентных кадрах,- бодро заявил он, весело поглядывая то на Фухе, то на Кальдера.- Стоило мне уйти, и в госбезопасность стали брать кого попало...

– И?..- чуть слышно спросил Фухе, чуя беду.

– Этот болван в аэропорту ошибся. Наша бомбочка рванет не через час после посадки, а как раз при посадке.

Так что прощайся с брюками, мымрик!

– Стало быть, не попразднуем, хе-хе!
– оживился Кальдер.- Салютик им в аэропорту устроим, хе-хе, как раз к юбилею! Славно, славно!

– И что же дальше?
– рискнул спросить Фухе.

– А ничего. В Лионе гроза, аэропорт не принимает. В Бордо тоже. Остается идти прямо в орли на полном газу, авось успеем.

– И сколько это, хе-хе, осталось до геенны огненной?
– на всякий случай уточнил бравый фельдмаршал.

– Два с половиной часа,- сообщил Конг, взглянув на циферблат наручных часов.

– А что, хе-хе, времечко еще есть, будет часок-другой, чтобы воспоминаниям приятным, хе-хе, предаться. А там полчаса, чтобы с Богом, хе-хе, по душам побеседовать.

– Аксель,- все еще не веря, спросил Фухе.- может, покопаемся в этой