Чтение онлайн

В большинстве случаев мой природный оптимизм помогал не скатываться в эти чувства. Я просто натягивала улыбку и верила, что всё будет хорошо.

И это было не просто вера. Это была истина. Неизбежность. Я выросла благодаря тяжёлым годам. Я узнала много нового о себе и о том, чего действительно хочу. Уроки, которые я усвоила в самые трудные времена, и человек, которым я стала благодаря им — и несмотря на них, — были ценнее любого диплома, любой работы, любых денег.

Мне понадобилось много времени, чтобы примириться с пройденным путём и полюбить это путешествие. Но сейчас, всего в нескольких месяцах от аспирантуры, от настоящей карьеры, от возможности действительно повлиять на этот мир — я была готова.

Всего пару лет назад я была на пути стать совершенно другим человеком. Красивой куклой на чьей-то руке. Женщиной на содержании, которая всю жизнь из кожи вон лезет, чтобы всем угодить. Я уменьшала себя, отступала в сторону, чтобы освободить место для чужих желаний и потребностей, пока совсем перестала себя узнавать. А теперь я занимала своё место. То, которого заслуживала. Я просыпалась каждый день и показывала миру свою настоящую себя — с каштановыми волосами, в удобных туфлях на плоской подошве. Мне понадобилось время, чтобы дойти до этого момента, и впереди ещё был путь, но теперь я шла по нему сама. Я заработала свою степень, и когда получу её — я добьюсь многого.

У меня был банковский счёт, полный чаевых из дешёвой закусочной и денег от репетиторства, и я была готова к следующему шагу.

Я улыбнулась пожилой компании, энергично прошагавшей мимо, и запрокинула голову, позволяя солнцу согреть лицо.

Вот она я. Настоящая. Упорная, настойчивая. Женщина, которой по плечу всё, если она приложит усилия и не забудет улыбнуться.

Верно?

Я вставила наушники и включила плейлист «для хорошего настроения».

Жизнь была прекрасна. День — идеален. Этот момент — чистое блаженство.

А потом мои мысли свернули туда, куда не надо. А что, если я останусь здесь? Университет Бостона — красивый, престижный. Я даже подала на несколько стипендий. По крайней мере, кажется, подала. Я же подавала почти на всё, что находила — гранты, дотации, субсидии. Трудно уже вспомнить, куда именно.

Город ближе к дому, и жить здесь дешевле, чем в Нью-Йорке. И Оуэн — здесь.

Я выдохнула и откинула голову назад. Да что ж такое… Я снова вернулась к тому, с чего начинала. Чёрт бы побрал мой глупый, вечно мечтающий, романтичный мозг. Он уже не раз втягивал меня в неприятности.

Господи, ну и дурочка же я. Планировать свою жизнь вокруг парня, которого я поцеловала один раз.

Я знала, как правильно. У меня были планы, цели — и каждый день я старалась быть той женщиной, которая не станет перекраивать свою жизнь из-за мужчины.

Особенно если этот самый мужчина, возможно, вообще не заинтересован в том, чтобы я таскалась за ним в его город и его жизнь, как влюблённая старшеклассница.

Я не была влюблённой старшеклассницей. Это был всего лишь крошечный, почти незаметный краш. Пустяки. И кто бы меня за это упрекнул? Он красивее любого героя из фильмов Hallmark, на которых мама вечно вздыхала. И говорит такие добрые, умные вещи, от которых у меня сердце сжимается.

А потом был тот поцелуй.

Оуэн целовал как мужчина, который знал: поцелуй не должен быть поспешным. Это не лёгкая закуска, а полноценное, насыщающее блюдо.

Его губы, его руки, как он прижал меня к стене… Я сжала бёдра, пытаясь унять разгорающееся внизу живота тепло и одновременно отругала себя. Сижу посреди парка на скамейке — и ловлю флешбэк эротического характера.

Но, в свою защиту, сложно было не фантазировать о нём. Особенно когда ночуешь у него дома, в окружении его вещей, окутанная его запахом. Он вёл себя как настоящий джентльмен — и я не сомневалась, что так будет до конца выходных. Мы здесь по работе, и уже сегодня вечером должны были разбирать новое предложение от покупателей и готовиться к встрече с новыми юристами.

Но, чёрт возьми, как же мне хотелось, чтобы он был чуть-чуть менее джентльменом.

DiLuca Construction располагалась в огромном здании в районе Сифорт в Бостоне — всего в десяти минутах ходьбы от впечатляющей, но предельно минималистичной квартиры Оуэна.

Мы должны были встретиться с новыми юристами в пятницу утром. Когда я пришла, меня направили в большую переговорную с окнами, выходившими на Бостонскую гавань. Я должна была просматривать цифры и разбираться с вопросами по Deimos, пока не начнётся встреча, но вместо этого не могла оторвать взгляд от самого офиса.

Он был огромный. Повсюду сновали люди — кто в строгих костюмах, а кто, судя по виду, только что вернулся со стройплощадки. Всё — от мебели до техники — было ультрасовременным, и каждый сотрудник, кого я встречала, знал Оуэна и, кажется, восхищался им.

Во время прогулок по городу я видела вывески DiLuca Construction на каждом шагу. А сам Оуэн был уверенным, знающим и справедливым. Наблюдать за ним в его стихии было захватывающе. Энергия офиса заряжала. Неудивительно, что они были так успешны. Все здесь работали с полной отдачей — и с удовольствием.

Дверь в переговорную открылась, и в комнату вошёл широкоплечий мужчина в джинсах. Он расплылся в широкой улыбке и протянул мне руку:

— Энцо ДиЛука. Должно быть, ты та самая знаменитая Лайла.

Я вложила ладонь в его и не могла не отметить: он был чертовски хорош собой — густые тёмные волосы, аккуратная борода. Вместо скучного костюма на нём была рубашка, джинсы и рабочие ботинки.

Но больше всего удивило, как он сел — перевернул стул и уселся на него верхом, положив локти на спинку.

— Я столько о тебе слышал. Прости, у нас тут сегодня суматоха. Вчера приезжал самый крупный клиент, и мы до сих пор не отошли от этого.

Я выровняла стопку бумаг рядом с ноутбуком и кивнула.

— Тут потрясающе.

— Спасибо. Как всегда, твой Оуэн пришёл на выручку. Думаю, он не спал всю ночь, но принёс все новые расчёты. — Он почесал бороду. — Многие говорят, что работать с друзьями — плохая идея, но я не знаю никого, кому доверяю больше. Без него я бы тут и недели не протянул.

Я знала этого человека всего пару минут, но уже поняла — он умён, но при этом абсолютно приземлён. Неудивительно, что они с Оуэном так близки.

— Он действительно гениальный, — вырвалось у меня прежде, чем я успела подумать. Щёки вспыхнули жаром.

Энцо кивнул в знак согласия, но прищурился, будто приглядывался ко мне. И вместо того чтобы почувствовать тревогу от его изучающего взгляда, я испытала гордость. Пусть оценивает. Мне нечего было стыдиться.

— Слышал, ты собираешься изучать управление в некоммерческой сфере. Верно?