Чтение онлайн

Я: И дураку понятно. Я уже почту списала, создала анонимную на телефоне. Пусть теперь ищет.

Наташка: Ооооо! Мне чур всю переписку скринами кидай! Я умру от любопытства!

Я: Договорились ?

Я отложила телефон и улыбнулась. Ну что, хозяин. Ты хотел поиграть? Давай поиграем.

Остаток дня я просидела как на иголках. Каждый раз, когда Демид проходил мимо моего стола, я чувствовала, как внутри всё сжимается. Но лицо держала — ледяная глыба, статуя, секретарь-робот. Ни одной лишней эмоции. Он смотрел на меня пару раз — изучающе, пристально. Я выдерживала взгляд, не отводила глаза, не краснела. Только внутри всё кипело. Ищи, папочка. Ищи.

Вечером, когда все разошлись, я вышла из офиса, села в метро и только там позволила себе выдохнуть. Достала телефон, открыла свежесозданный почтовый ящик с ником «neznakomka» и начала писать.

Пальцы дрожали, но от предвкушения, а не от страха.

«Малышке понравилось, когда ты её шлепал по попке, папочка. Или может… хозяин?»

Я перечитала. Улыбнулась. И нажала «отправить». Сердце колотилось где-то в ушах, когда письмо ушло в пустоту. Теперь оставалось только ждать. Поезд мчался сквозь тоннели, а я смотрела в чёрное окно и улыбалась как дура.

— Ищи, хозяин, — прошептала я своему отражению. — Я здесь. Я играю.

Дома я заварила чай, забралась с ногами на диван и уставилась в телефон. Через полчаса пришло уведомление. Новое письмо. От него. Я открыла, затаив дыхание.

«Хозяин — это мне нравится ещё больше. Продолжим игру, малышка?»

У меня внутри всё оборвалось и снова встало на место. Я закусила губу, чувствуя, как между ног становится влажно от одного только слова «хозяин». Господи, во что я ввязываюсь? Но отступать было поздно. Да и не хотелось

Пальцы сами забегали по экрану.

«Продолжим.»

Отправила и замерла. Через минуту — ответ.

«Намеки будут?»

Я усмехнулась. Намеки? Не дождёшься.

«Никогда, папочка.»

Ответ пришел мгновенно:

«Ты дерзкая. А была такой послушной…»

От этих слов внутри всё перевернулось. Он помнит. Он помнит, какой я была. Послушной. Покорной. Готовой на всё.

«Ну так найди — и буду послушной, папочка. Подставлю попку.»

Я отправила и прикусила губу. Слишком откровенно? Слишком?

Ответ прилетел тут же:

«Я ведь когда найду — затрахаю.»

У меня дыхание перехватило. Затрахает. Он сказал «затрахает». Не просто трахнет, а именно затрахает — до изнеможения, до потери пульса, до того состояния, когда уже не можешь, а он всё продолжает.

Боже…Моя фантазия ускакала галопом.

Я зажмурилась, чувствуя, как жар разливается по телу. Между ног пульсировало, ныло, требовало.

«Жду с нетерпением, хозяин.»

Отправила и замерла. Хозяин. Я сказала это. Написала. Ему.

Тишина. Минута. Две. Пять.

Я уже начала думать, что перегнула палку, что он решил, что я слишком наглая, слишком…пошлая…

Телефон пиликнул.

«Хочешь повторения?»

Я выдохнула. Хочу. Очень хочу. Так, что низ живота сводит судорогой.

«Да, мой хозяин.»

Отправила и откинулась на диван, чувствуя, как колотится сердце.

«Мой хозяин». Я написала это ему. Тому самому Демиду Александровичу Власьеву, генеральному директору, грозе всего офиса, мужчине, от которого у всех баб подкашиваются колени.

И он теперь знает, что я готова называть его так. Что мне это нравится. Что я хочу ещё.

Телефон снова пиликнул.

"Тогда дай найти себя.

Сладких снов, моя дерзкая малышка."

Я перечитала раза три. «Моя». Он написал «моя».

Я прижала телефон к груди и улыбнулась в потолок.

— Ищи, хозяин, — прошептала я. — Я никуда не денусь.

Я отправила скрины Наташке и откинулась на подушку, чувствуя, как сердце всё ещё колотится где-то в горле.

Секунда. Две. Три.

Телефон взорвался.

Наташка: ЧЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕ

Наташка: ЛИЗКАААААААААААААААААААААААААААА

Наташка: Я СЕЙЧАС УМРУ

Наташка: ОТКРОЙ ГОЛОСОВЫЕ БЛЯ

Я еле успела нажать на первый голосовой, как посыпалась лавина.

— ЛИЗА!!! ТЫ С УМА СОШЛА?! ТЫ ЧТО ЕМУ НАПИСАЛА?! «МОЙ ХОЗЯИН»?! Я СЕЙЧАС С КРОВАТИ УПАЛА!!!

Я засмеялась, прижимая телефон к уху. Следующий голосовой пошёл сразу же.

— ОН ТЕБЕ «ЗАТРАХАЮ» НАПИСАЛ!!! Я В ШОКЕ!!! ЛИЗКА, ТЫ ГЕНИЙ!!! ОН ТЕПЕРЬ ВЕСЬ ОФИС ПЕРЕРОЕТ, А ТЫ ВОТ ТУТ, ПРЯМО ПОД НОСОМ!!!

Ещё один.

— БОЖЕ, КАК Я ЗАВИДУЮ ТЕБЕ БЕЛОЙ ЗАВИСТЬЮ!!! ОН ТЕБЯ ХОЗЯИНОМ НАЗВАТЬ ПОПРОСИЛ? ИЛИ ТЫ САМА? Я ЗАПУТАЛАСЬ, НО ЭТО ПИЗДЕЦ КАК ГОРЯЧО!!!

Следующий.

— ЛИЗКА, ТЫ ПОНИМАЕШЬ, ЧТО ОН ЖЕ НЕ ОСТАНОВИТСЯ! ОН ТЕБЯ НАЙДЁТ! А КОГДА НАЙДЁТ — ЗАТРАХАЕТ, ОН ЖЕ СКАЗАЛ! ТЫ ГОТОВА?!

Я заржала в голос, уткнувшись лицом в подушку. Наташка — это ураган. Наташка — это цунами. Наташка — это лучшая подруга, которая сейчас, судя по голосовым, скачет по комнате и трясёт телефоном.

Я нажала кнопку записи:

— Натах, успокойся, дыши. Да, я написала. Да, он ответил. Да, теперь я «его дерзкая малышка». И да, я готова.

Отправила.

Через три секунды — новый голосовой.

— ТЫ ГОТОВА?! ТЫ ЭТОГО ХОЧЕШЬ?!

Я улыбнулась в темноту.

— Хочу, — прошептала я, а потом записала голосовое:

— Хочу. Очень хочу. Пусть ищет.

Наташка ответила не сразу. Сначала три точки, потом ещё две, а потом голосовое — уже спокойнее, но с хитрой интонацией:

— Лизка… Ты понимаешь, что если он тебя найдёт — это будет не просто секс? Это будет… ну, я не знаю… Это ж Власьев. Он просто так не отпустит. Он же сказал — «моя». Ты слышала? «Моя дерзкая малышка». Это ж собственник хренов.