Чтение онлайн

Глубокий вдох. Выдох.

Всё хорошо. Он сказал «нет». Он со мной.

Я смотрела на своё отражение в зеркале над раковиной. Бледная, растрёпанная, в его рубашке. Глаза испуганные, губы дрожат.

— Успокойся, — прошептала я себе. — Всё нормально.

Спустила воду для вида, умылась холодной водой и вышла.

В спальне он уже лежал на кровати. В той же позе, что и вечером — на спине, раскинув руки. Увидел меня, протянул руку. Глаза его в полумраке блестели.

— Иди сюда, замёрзнешь.

Я забралась под одеяло, прижалась к нему. Тело его было тёплым, родным, живым. Он обнял, притянул к себе, поцеловал в макушку.

— Кто звонил? — спросила я тихо, уткнувшись носом в его плечо, вдыхая его запах.

— Мария, — ответил он просто, без тени сомнения. — Ночью звонит, дура. Я послал.

Я кивнула, чувствуя, как напряжение потихоньку отпускает. Рука его гладила мою спину — медленно, успокаивающе.

— Спи, — сказал он. — Всё хорошо.

Я закрыла глаза, прижалась к нему плотнее, вдохнула его запах. Тепло его тела согревало, убаюкивало.

Но сон не шёл долго.

Я лежала с закрытыми глазами, слушая его ровное дыхание, и думала. О ней. О том, что она не отстанет. О том, что будет дальше. О том, как долго это может продолжаться и справимся ли мы.

Червячок внутри затаился, но не исчез. Он ждал.

Но рядом было тепло его тела, его рука на моей талии, его дыхание на моих волосах. И это успокаивало.

Утро началось привычно для меня.

Пять утра. Внутренние часы сработали без будильника — идеально, как всегда. Я всегда просыпалась в это время, чтобы успеть собраться, выпить кофе, привести себя в порядок и к 7:30 быть на рабочем месте. Привычка, въевшаяся в кровь за годы работы, за годы идеальной секретарши.

Я открыла глаза.

В комнате было серо, сумрачно, за окном только начинало светать — небо наливалось бледной синевой, птицы ещё молчали. Рядом — тёплое, тяжёлое, родное тело Демида. Он спал, раскинув руку, и я лежала в этой руке, как в коконе, прижатая к его груди. Чувствовала его дыхание на своих волосах, его сердцебиение под своей щекой.

Осторожно, стараясь не разбудить, я попыталась выбраться из постели.

Сдвинула его руку на сантиметр. Потом ещё. Приподнялась на локте, замерла, прислушиваясь к его дыханию.

Он тут же пошевелился. Вздохнул глубоко, шумно. И, даже не открывая глаз, сгрёб меня обратно. Сильной рукой прижал к себе, зарылся носом в мои волосы.

— Спи, — прошептал он хриплым со сна голосом. Голос низкий, сонный, но такой родной. — Рано.

— Демид, — я улыбнулась в темноту, пытаясь выбраться. — Мне на работу.

— Спи, — повторил он, прижимая меня крепче, почти до боли. — Одежду привезут в 6:30.

Я замерла.

— Что?

— Я вчера заказал, — пробормотал он, утыкаясь носом в мои волосы, вдыхая их запах. — Доставят с утра. Всё, что нужно.

— Демид… — я растерялась. В голове закрутились привычные мысли: планёрка, документы, отчёты, кофе для начальника. — Но я раньше начинаю работать. Мне надо к 7:30 быть на месте.

Он открыл глаза. Посмотрел на меня — сонно, тяжело, но уже осмысленно. В серых глазах отражался серый утренний свет.

— Чёрт, — выдохнул он. — Ладно.

Он сел на кровати, потёр лицо ладонями. Взлохмаченный, заспанный, такой домашний и такой… мой. Я смотрела на него и не могла налюбоваться.

— Пошли на кухню, — сказал он, протягивая мне руку. — Кофе попьём, пока ждём.

— Ты серьёзно?

— Лиз, — он повернулся ко мне, взял моё лицо в ладони. Большие пальцы гладили скулы. — Ты теперь моя. Привыкай, что по утрам я буду тебя держать. И никуда не отпускать.

Я засмеялась. Тихо, счастливо.

— Хорошо, папочка.

Он улыбнулся и поцеловал меня в лоб. Губы тёплые, мягкие.

— Пошли. Ванна, кофе, завтрак. А потом на работу.

Сначала ванна. Новый момент — наш момент. Одно зеркало, двое в отражении со щетками. Не думала,что это смущает больше, чем наши переписки и секс. Умылись. Он притянул к себе

— Лизок…Вот так что б всегда

Я уткнулась в его грудь, обнимая

— Если ты захочешь

— Хочу, малышка

Мы вышли из ванны и спустились на первый этаж, на кухню. Я в его рубашке, которая доходила мне до середины бедра, он в пижамных штанах, босиком. И это было так правильно. Так естественно. Так… по-настоящему.

Кухня огромная, светлая, с панорамными окнами, выходящими прямо в лес. Солнце только начинало золотить верхушки сосен и берёз, розовый свет заливал комнату, ложился на белую мебель, на гранитную столешницу, на наши лица. Я сидела на высоком стуле у барной стойки, закутавшись в его рубашку, с чашкой горячего кофе в руках. Пальцы грелись о керамику.

Он сидел напротив, взлохмаченный и до невозможности красивый. Солнечный зайчик играл на его плече, на ключице. Смотрел, как я пью кофе, и улыбался тёплой улыбкой, от которой у меня замирало сердце и розовели щеки.

— Как твой начальник, — сказал он лениво, потягиваясь, — разрешаю опаздывать. А то я умру, вставая в пять утра каждый день.

Я рассмеялась, прикрывая рот рукой. Смех вырвался сам — лёгкий, счастливый.

— Ты всегда в пять встаёшь? — спросил он, и в голосе его слышалось искреннее удивление.

— Ну да, — кивнула я, отпивая кофе. — Привычка. За годы работы выработалась. Встать, собраться, выпить кофе, к 7:30 быть на месте. Идеальная секретарша.

— Сумасшедшая, — выдохнул он, качая головой. — В пять утра… я в это время даже глаза еще не открываю…

— Привыкнешь, — улыбнулась я.

— Уже привыкаю, — он потянулся через стол и взял мою руку. Пальцы сплёл с моими, погладил большим пальцем. — Но давай договоримся: по выходным ты спишь до упора. Хотя бы до восьми.

— Договорились, — засмеялась я.

Ровно в 6:30 в дверь позвонили. Звонок разнёсся по дому, гулкий в утренней тишине.

— Одежда, — сказал Демид, вставая. — Посиди, я принесу.

Он вышел и вернулся с огромными пакетами. Целых три. Белые, с логотипом какого-то дорогого бутика. Поставил на пол в прихожей.