Поиск Патриарха
Шрифт:
Впрочем, в предстоящей свалке о скрытности особо волноваться вряд ли следовало — вокруг будет столько магических всплесков, что ещё несколько легко вольются в общий фон. Что же касается малого количества зарядов, то сам колдун отправился сюда не зря: он лично намеревался позаботиться о минимизации поводов для использования своих творений.
Во главе же угла в расчётах Лорена стоял простой факт: «Взрыв фантасмагории», вполне возможно, даже в более мощном и чистом варианте, нежели содержащийся в созданных им талисманах, мог применить и сам Хьюго. О чём было довольно широко известно в Лос-Анджелесе. А значит, начни вокруг него падать сражённые данными чарами воины — это не вызовет совершенно никакого удивления…
Хьюго приходилось нелегко.
С самого начала, несмотря на незримую поддержку, которую — свободник знал — Лорену всё же приходилось тут и там оказывать, силы собора Леонарда Веллера таяли. Напор серпентов, поддерживаемых немногими рыцарями, предпочитавшими брать не количеством, а качеством, оказался чрезвычайно силён.
И хоть пока его, на пределе возможностей, удавалось отражать, но это только пока…
«Антарктический свод», защищавший стены, был сметён сразу же, спрятанные неподалёку резервные отряды уже ударили по атакующим, все имевшиеся в наличии воины участвовали в сражении — но несмотря на это ситуация выглядела крайне плачевной. Здание клуба покосилось, крыша провалилась внутрь, часть переборок обрушилась, так что сражение пришлось вести на улице, где у свободников отсутствовали какие-либо преимущества. Да многим ещё и приходилось выбираться из-под завала…
Но они держались.
К счастью, непосредственно к клубу не примыкало ни одного здания, так что им было где развернуть оборону. Происходи столкновение в районе с более плотной застройкой, собор уже бы истребили — здесь же этого удалось избежать. Однако, как прекрасно понимал Хьюго, если срочно не предпринять решительных действий для изменения сложившегося положения, данный успех позволит лишь затянуть агонию перед неизбежной гибелью.
… Он резко сместился вправо, уходя с пути сполоха огня, пущенного одним из серпентов; опутал того «Арканом забвения», заставив опустить руки с потерянным видом… и сразу же вынужден был броситься навзничь, спасаясь от мощных «Глаз саламандры». Создавший их рыцарь, не собираясь сдаваться после первой неудачи, немедленно сформировал «Вулканический стебель» — и Хьюго едва успел отпрыгнуть в сторону от столба багрового пламени, взвившегося ввысь на том месте, где он только что лежал.
Мельком отметив, что ему сегодня поразительно везёт на Мастеров Огня, свободник наотмашь ударил «Клинком духа». Противник без труда отразил атаку и уже поднимал руку, явно готовясь послать что-то серьёзное, как его тело неестественно дёрнулось и изогнулось, будто разом пронзённое со всех сторон множеством железных штырей. Легко различались даже входные отверстия, но через них, казалось, проходил лишь воздух.
Впрочем, так оно на самом деле и было — «Хрустальный терновник» использовал в качестве основы именно его.
Хьюго немедленно закрепил достижение, хлестнув рыцаря «Цепью бесконечности». Ошеломлённый, тот не смог защититься и мгновенно безжизненно обмяк.
Свободник быстро огляделся. Здесь ему и ещё тройке соборных, в числе которых находился так вовремя вмешавшийся с «Хрустальным терновником» маг Земли, удавалось сдерживать натиск. А сейчас и вовсе пробить брешь в рядах атакующих. Но несмотря на удачу его группы свободников теснили всё сильнее — у остальных дела шли далеко не столь гладко.
Не теряя времени Хьюго выделил главную опасность, и немедленно протянул Резонанс:
«Слева, в двадцати метрах впереди, — он послал образ. — Этот из Ордена, готовит что-то серьёзное. Бейте!»
Оценка ситуации и приказ не заняли и секунды, но всё равно запоздали. Что бы рыцарь ни собирался применить — его приготовления уже были завершены.
Повеяло свежестью. Послышался шелест листьев, хотя вокруг не росло ни единого дерева. И навалилась апатия, сонливость, захотелось остаться на этом месте, никуда с него не сходить. Наслаждаться солнцем, ветром и дождём, сменой сезонов и дыханием земли. Ничего не делать, не думать. Просто быть.
Хьюго ещё хватило ясности мысли осознать происходящее. Витамантия, «Лесное умиротворение». Но он чувствовал — сил для сопротивления не собрать. И отчётливо понял: вырваться уже не удастся…
… когда держащий чары Мастер Природы рухнул на землю словно марионетка, у которой оборвали поддерживающие нити. В круговерти сталкивающихся вокруг чар свободник ощутил лишь мельчайший отголосок, но его оказалось достаточно, чтобы опознать «Взрыв фантасмагории».
Вмешались его невидимые союзники.
Сонливость пропала, будто её и не было, и Хьюго, хоть ещё и не до конца пришедший в себя, тем не менее быстро отскочил в сторону, повинуясь отработанным десятилетиями рефлексам. Направил «Холодный морок» в ближайшего серпента, «Зеркалом лжи» отгородился от сыпавшихся со всех сторон атак, сформировал «Клинок духа», взглядом намечая цель…
Битва была далека от завершения. Ему ещё многое предстояло сделать.
Опершись руками на ограждение крыши, Лорен пристально, не моргая смотрел вниз. Для его глаз идущую там схватку туго оплетали сети Метаконфиниума — столь туго, что будь чары направлены на прямое изменение реальности, сражение оказалось бы в самом сердце неистового вихря теней, в честь которых эта сторона магии получила своё первое имя. Колдун, однако, предпочёл действовать по-иному, вмешиваясь непосредственно только в крайних случаях, как можно незаметнее и посредством простейших заклинаний наиболее распространённых способностей.
… и чёрный ураган ярился за пределами действительности.
Лорен знал, что на древнем, давно забытом всеми кроме магов языке слово «тень» также означает «граница» — ведь именно тень разделяла Первичные Силы с мига их рождения в Царстве Жизни. Благодаря этому у Метаконфиниума могло появиться и третье название — Магия Границ. Тем не менее, не окажись этот раздел колдовства Блуждающих-в-Ночи давно утерян, в современном мире он приобрёл бы известность под названием четвёртым.
Магия Вероятностей.