Поклон
Шрифт:
– Я никогда не наврежу Эмме. Я сказал ей это, но она не поверила. Она не хочет ничего слышать.
Картер отпускает мой локоть и уходит.
Это больно признавать, но он прав.
Знаю, что надо делать. Не то чтобы раньше этого не делал. Но на этот раз всё по-другому. Потому что не могу потерять лучшее, что случалось со мной.
Кажется, что вернулись старые времена с группой на выступлениях. И дело даже не в ностальгии, возникающей при воспоминаниях о прошлом.
Между песнями я молчалив. Стараюсь изо всех сил развлекать толпу, но не могу на ней сфокусироваться. Кроме себя у меня всего одна цель и она никак не связана с массой людей передо мной.
Я ловлю взгляды Бена и Эммы в течение концерта. Они понимают, что что-то не так. Но никто из них не имеет понятия, насколько все не так.
Мы заканчиваем с песней "Beat it", раз она стала нашей знаковой. Мы кланяемся, другие уходят, но я не двигаюсь.
Замечаю, что Эмма задерживается у кулис. А я начинаю наигрывать мелодию на гитаре и стараюсь не трусить.
Потому что вероятно готовлюсь к самому большому прослушиванию в моей жизни.
– Спасибо всем, - толпа затихает.
– Вообще-то я хотел бы сыграть еще одну вещь, если вы не против.
– Народ кричит. Я игнорирую движение со стороны сцены.
Проигрываю первые ноты песни.
– Эта песня написана в прошлые выходные, у ребят еще не было шанса услышать её, - аплодисменты звучат громче.
– Те, кто знаком с группой, знают, что большая часть моих композиций создана под влиянием глупостей, которые я совершил. И я буду первым, кто признает, что сам себе вырыл могилу.
– В зале разносятся несколько одобрительных криков.
– Но иногда в твоей жизни появляется нечто замечательное, что заставляет взять себя в руки. Так что эта песня для таких светлых людей.
Я даже не смотрю на Эмму. И так знаю, что она смотрит в пол.
Мои руки трясутся, пока я раскладываю перед собой бумажку со словами песни. Это листок из ежедневника, который подарила мне Эмма на Рождество.
Я начинаю подбирать мелодию, а затем пою:
Есть столько слов внутри,
Они кричат, чтобы их высказали.
Ты околдовала меня,
Была слепа так долго, но теперь знаешь.
Ты единственная, кто важна для меня,
Всё, что я сделал, было ради тебя.
Большой кусочек, большая часть.
Единственная, кто контролирует моё сердце.
Если бы я мог поцелуем забрать твою боль, то забрал бы,
Если бы я мог быть рядом с тобой каждую ночь, то был бы,
Если бы я мог стереть все ошибки, то бы ничего не изменил,
Потому что всё это привело меня к этому месту
К тебе.
Потому что я... я никогда не разобью твоё сердце.
Я бы не знал, с чего начать.
По правде говоря, всё, что знаю,
Ты бы разорвала отношения
Если я бы смог заставить тебя улыбаться весь день, то заставил бы,
Если бы я мог быть тем человеком, который тебе нужен, то был бы,
Если бы я мог стереть все ошибки,
Ничего бы не изменил.
Потому что всё это привело меня к этому месту
К тебе.
Потому что я ... я никогда не разобью твоё сердце.
Я бы не знал, с чего начать.
По правде говоря, всё, что знаю,
Ты бы разорвала отношения
Последняя нота повисает в воздухе. Я хватаю листок со словами и ухожу со сцены. Слышится реакция толпы, но мне всё равно. Это было не для неё. И никогда не было.
Впервые я поворачиваюсь посмотреть на её реакцию. Её глаза расширены, губы сжаты, а лицо побледнело. Когда я подхожу, Эмма смотрит вниз. Бен хватает Джека, и они уходят.
– Эмма, - я замечаю, как её немного трясёт.
Она качает головой. Она что-то говорит, но из-за шума толпы не могу услышать её.
Я наклоняюсь ближе к ней.
– Прости, - говорит она.
– Потому что у тебя нет чувств ко мне?
– Моё тело ломит от её извинений.
Она поднимает взгляд на меня и вижу, что она злится:
– У меня есть чувства к тебе, Итан. В этом-то и проблема. Мы лучшие друзья, ты самый близкий мне человек в мире. Почему нельзя оставить всё как есть?
– Потому что я люблю тебя.
– И я тебя люблю.
Я столько времени хотел услышать эти слова. Хотя понимаю, что её и моя любовь - это две разные вещи.
– Но не в том смысле, да?
Она не отвечает. Я чувствую, как мной овладевает безумие. Мне нужно уйти отсюда, уйти от Эммы.
Меня кто-то зовёт. Но это не голос Эммы, так что мне всё равно.
– Итан, с тобой всё хорошо?
– Чья-то рука плотно хватает мою.
Это Бен. Я одёргиваю руку.
– Я больше так не могу.
Я отворачиваюсь и ухожу от Эммы, от группы, от своей жизни.
ЭММА
Я всегда знала, что выпускной год был бы полон испытаний - шоу, школьное прослушивание, выпуск из СРА.
Но никогда не могла представить, что самой сложной частью выпускного года станет потеря двух людей, которые много значат для меня.
Что удивительно, потерю Софи я не ощущаю как таковую. Сейчас заметила, что на группу и музыку у меня стало больше времени.
Но Итан... наблюдать за его уходом было куда труднее, чем могла представить.
Конечно, он все также находится в классе, но теперь замкнут в себе. Итан едва смотрит на меня. Он больше не хочет принимать участие в концертах. Словно сам себя отгородил от всех нас.