Чтение онлайн

И что я буду за подруга, если не дам Софи преимущество в представлении?

– Конечно. Я напишу сегодня же и вышлю тебе.

– О, Эмма, - Софи обнимает меня.
– Ты самая классная подруга! Я твоя вечная должница. Я посвящу тебе целый абзац на обложке к моему первому альбому. "Посвящается Эмме, которая была поддержкой и другом с самого первого дня".

Я понимаю, что Аманда никогда не заменит меня. Действительно, когда думаю об этом, она выручает меня. Выпускной год будет трудным и мне нужно кое-что отпустить. У меня нет времени и не могу поспеть везде. Если я так буду продолжать пытаться совместить все, то определенно кто-то пострадает, а я не хочу так поступать с Софи и парнями, не говоря о моей вменяемости.

После ухода Софи, я нахожу определенный смысл в её словах. Её альбом. Мы обычно обсуждали, как я буду писать альбом Софи. Но она месяцами ничего не говорила о моем участии в альбоме.

Угу, Эмма, много ждёшь? Похоже на то.

Выпускной год еще не начался, а я уже беспокоюсь об участии в альбоме, который еще даже не существует.

Знаю, как много значу для Софи. Я помню её план. Я всегда была его частью, большой частью. И ничто этого не изменит.

– Я действительно не могу поверить, что ты позволил сделать ей это, - шепчет мне Итан, когда неделю спустя мы начали готовится к прослушиваниям по поводу программы приветствия новичков. Мы ждем в холле нашей очереди.

Я пытаюсь казаться веселой, когда вижу, как Софи идет на прослушивание с Амандой.

– Она больше практиковала песню с Амандой, чем со мной, - объясняю я.
– Мне же не нужно напоминать вам парни, что я была занята с вами на репетициях?

Джек перестает крутить барабанные палочки на секунду:

– Ага, два часа в день. У тебя есть еще двадцать два часа для Софи. Но вероятно этого недостаточно для Дивы.

Этот аргумент имеет место быть. С самого первого года между парнями и Софи было некоторое напряжение. Софи считает, что я провожу слишком много времени с ними, а они - что ж, они не любят её.

Итан двигается к двери в зал прослушиваний:

– Она сейчас там поёт твою песню. Ты действительно думаешь, что получишь по заслугам? Помни, что это и твоё прослушивание. Тебя будут оценивать сейчас... Она хоть побеспокоится о том, чтобы упомянуть твоё авторство.

– Она бы никогда...
– я знаю, что Софи никогда бы не присвоила песню. Все знают, что я пишу ей песни. Она практиковалась с Амандой больше, чем со мной, и я должна наказывать её за то, что это я была недоступна?

Они не понимают этого. И никогда не поймут.

– Если спросить меня, - Итан качает головой, - то она уже совершала непростительные вещи.

– Здорово, я не спрашивала.

Бен встаёт и приседает рядом с нами:

– Хей, скоро наше прослушивание, могли бы мы сконцентрировать на этом, пожалуйста?

Мы оба киваем.

– Эй, Эмма, - Картер подходит ко мне.
– Где Софи?

Я указываю на дверь.

– Оу, - говорит он.
– Почему ты не там?

Итан встаёт и уходит. Картер занимает его место.

– Она с Амандой.

– Оу, - Картер выглядит расстроенным.
– Сожалею.

– Все нормально.

Он смотрит на меня так, словно дает понять, что это не так. Может и так, но сейчас я ничего не могу поделать. Бен прав, я должна подговориться к прослушиванию. Вот тут мне есть что сделать.

Я смотрю на сценарий, который Картер раскрыл.

– что ты будешь делать?

Он смотрит на текст:

– Я буду читать монолог из "Смерти коммивояжёра", но это сценарий к завтрашней сцене.

Я не знаю, как Картер находит баланс одновременно учиться в школе и играть в мыльной опере. Знаю, что его мама договаривается на счет работы, так что ему остается только работать десять часов в неделю, но все же.

Он переворачивает страницы.

– Вы даже можете не знать, какие махинации до сих пор проводит Чейз Проктор, - он смеётся и проводит по излишне уложенным светлым волосам.

Как ни странно я не смотрела фильм "Наши жизни, наша любовь", с тех пор, как познакомлюсь с ним. Софи всегда была одержима картиной, и я находилась в курсе событий, а персонаж Картера, Чейз Проктор, хороший парень, обратившийся к злу после развода родителей, когда отец стал изменять матери с её сестрой-близняшкой, которую все считали погибшей в пожаре, устроенным странноватой бабушкой Чейза, которая... да неважно.

С прослушивания появляются Софи и Аманда, и Софи сразу направляется к Картеру:

– Тебя не было здесь, чтобы пожелать мне удачи.

– Она тебе не нужна, когда ты поешь песню Софи, - говорит он, улыбаясь мне.

– Оу, да, Эмма!
– она сильно обнимает меня.
– Песня прекрасна. Могу сказать, им понравилось.

Аманда встаёт за Софи. Она даже не хочет разговаривать со мной. Я не знаю, почему у неё такой настрой против меня с тех самых пор, как однажды в прошлом мы перекинулись парой слов. Она на младшем курсе, так что ей следовало быть более благодарной за то, что такому ненадежному другу помогли выступить на прослушивании.

Я пытаюсь заставить её поблагодарить, но затем слышу наши имена:

– Эмма Коннели, Джек Комбс, Бенджамин МакУильямс и Итан Куин.

– Удачи, Эмма, - желает Картер. И я поворачиваю голову, когда слышу, как Софи говорит ему:

– Конечно, ты желаешь ей удачи.

Итан не может сказать что-то неправильно. Он обнимает меня за плечи:

– Пожалуйста, не делай этого сейчас".

– Не делать чего?
– Я смотрю на него.

– Задавать себе вопросы о дружбе, о том, стоит ли тебе быть здесь. Потому что стоит. Ты - одна из лучших студенток этой школы. Я знаю это, преподаватели знают, все знают. Она знает. Надеюсь, что ты тоже.

Он проходит в центр сцены, поднимает гитару и подтягивает стойку с микрофоном на уровень своего роста. Джек проходит позади оборудования, пока Бен берет бас-гитару. Еще секунду я стою на месте, а потом инстинктивно поднимаю другую гитару и встаю слева от Итана.

Эта сцена, на которой я еще ребенком увидела восхитительные постановки школы, так знакома мне сейчас. Но вот ощущения не знакомы. Обычно я каждый семестр на прослушивании очень нервничаю, преодолевая путь от зала к сцене. Но на этот раз все иначе. Потому что у меня есть ребята. Выступая с ними, я могу нервничать. Так и должно быть, мы же команда, музыкальная семья. Мы повзрослели вместе.

– Привет, мы "Teenage Kicks", и мы будем исполнять оригинальную песню, написанную мной, - говорит Итан в микрофон.

Я помню наше первое выступление. Итан даже не смотрел в зал, позволяя говорить только им. Он смотрел в пол все время. Я не уверена, простил ли он нас за то, что мы сделали его ведущим исполнителем, но у него невероятный голос. В ту секунду, когда мы услышали его голос, поняли, что нашли фронтмена.

Он поворачивается и смотрит на каждого из нас. Когда очередь доходит до меня, Итан спрашивает: