Чтение онлайн

Я открываю сценарий на сегодняшний день и начинаю рисовать.

В комнату заходит мама с собственной копией сценария в руках.

– Картер, великолепные новости, дорогой! Я была на встрече с Тимоти, невероятные вещи происходят.

Я ненавижу, когда мама разговаривает с шоураннером. Она всегда пытается заполучить для меня больше драматических моментов и обычно это заканчивается тем, что я выгляжу большим мальчишкой.

– Твоей сюжетной линии нужно, чтобы Чейз разобрался с чувствами к Черити.

Она выглядит настолько серьёзной, как будто говорит о реальных людях. Чейз - очевидно нереальный персонаж. По факту, он становится настолько далеким, что я больше не знаю, как его играть. Не то чтобы мне когда-либо нравилось его играть. Но иногда, кажется, что мама считает, что я и есть Чейз.

Мама начинает хлопать, чтобы привлечь моё внимание, потому что и так ясно, что меня мало заботят Чейз и Черити.

– Сегодня у тебя будет первая любовная сцена.

Здорово. Вероятно, мама уверена, что если у Черити и Чейза будет романтическая линия, то у меня будет больше экранного времени. По первоначальному соглашению, когда я поступал в CPA, продюсеры должны были отказаться от ряда сцен со мной, так что я мог не пропускать школу. Но в реальности этого не случилось.

Большинство родителей хотели бы, чтобы их дети сосредоточились на учёбе. Но я давно выучил, что моя мама не большинство.

Мама сидит рядом со мной на диване и её рука на моём колене.

– Дорогой, прости. Я совсем забыла. Как прошло твоё собрание первокурсников?

– Прошёл. Выступаю последним.

– Это же хорошо, да? Последним - это словно быть хедлайнером или я что-то путаю?

– Всё правильно.
– Я вспоминаю, что говорила мне Софи.

– Оу, Картер. Прекрасно. Я так тобой горжусь. Я... Ты обедал?

Она роется в своей сумочке, чтобы достать протеиновый батончик. В последнее время вопрос моей диеты стал очень важным, с тех пор как продюсеры решили, что моему персонажу нужно появиться в кадре без рубашки. И не один раз. Потому что большинство 17-летних парней ходят дома в одежде цвета хаки и ни в чём другом. В одной сцене я снимаю рубашку, а затем открываю книгу. Мне этого не понять, но зрителям вероятно нравится. Жутко неловко.

Так что я на высоко-протеиновой диете, чтобы набрать форму. И мне еще предстоит поработать над ней. Просто еще один пункт в списке дел, которые мне не нравится делать.

Хотя Софи очень даже не против.

– Я понимаю, что происходит. Дорогой, твоя первая любовная сцена может быть стрессом, и ты знаешь Черити, то есть Бритни уже несколько лет. Она словно твоя сестра. Просто думай о той милой девушке Софи, всё будет отлично".

Она встаёт и уходит, даже не дождавшись ответа. Да и в любом случае он бы не имел значения. Всё уже решено.

Около кафе Kat выстроилась очередь, когда я приезжаю около половина восьмого в одиночестве. Осматривая людей в очереди, я не могу сказать, кто из школы, а кто нет. Я знал, что группа стала известна за пределами CPA, но не думал, что настолько.

– Картер?
– я поворачиваюсь и вижу Хлою Нагано, девушку Джека. Даже за дверями школы в ней видно танцовщицу. Её волосы собраны в пучок и одета она в облегающую майку, леггинсы и свитер, завязанный вокруг талии.
– Я только что ходила внутрь поздороваться с Джеком. Софи с тобой?

– Нет, я один.

– Оу. Я тоже одна. Хочешь присоединиться?

Я следую за Хлоей к заднему выходу в кафе. Группа втиснулась в такое небольшое помещение, которое, по-видимому, и есть гримерная. Эмма делает домашнее задание, Итан топчется на месте, а Бен и Джек спорят о какой-то группе, о которой я даже не слышал.

Они поднимают взгляд на меня, когда я вхожу в комнату.

– Вот моя девушка.

Джек поднимается поцеловать Хлою. А я неловко стою, размышляя, что они думают обо мне, особенно после произошедшего сегодня. Виновен за связь? Софи сказала, что действительно ошиблась, у Эммы нет с этим проблем, но эти парни... что ж, предельно очевидно, что им не нравится Софи.

– Хей, Картер! Софи с тобой?
– Эмма тепло улыбается мне.

– Нет, у неё не получилось. Но я очень хочу увидеть ваше выступление.

– Что ж, я не хочу хвастаться...

– Да, он хочет.

– Ты получишь сегодня наслаждение. У нас есть целый час, что означает... три песни, о которых недавно проболтались.

Он указывает на Итана, прыгающего на месте.

– Сначала мы не могли выудить из него ни слова, а теперь он не затыкается.

– Один раз. Один раз я слишком разговорился.

Остальные три участника дружно закатили глаза при этом.

– Хорошо, один раз. Конечно, конечно. Скажи мне, Картер, тебя когда-нибудь интересовал вопрос происхождения слова "фанат"?

Я качаю головой.

– Что ж, если тебе интересно, то у Итана есть получасовое описание. Оно очень занимательно... если бы вы находились в психиатрической больнице.

– Мы всего лишь зашли поздороваться. Я хочу занять наш столик, до того как кто-нибудь другой это сделает. Удачи, ребят!

Я не знаю, что сказать, поэтому просто машу на прощание. Хлоя берет меня под руку, когда мы проходим через многолюдную комнату.

– Сегодня будет интересно. Итан может быть немного обезбашенным. Забавно, они молили его об общении с аудиторией и теперь он не хочет затыкаться. Полагаю, всё зависит ото дня. Его поведение порой непредсказуемо, а сегодня их первый большой концерт, с тех пор как...
– Хлоя сама себя останавливает и рассматривает флайер.

– Знаешь, сегодня пятница, так что можно себя побаловать. Хочется брауни, а тебе принести что-нибудь?

Я думаю о моей диете: протеин, протеин, больше протеина. Но если Хлоя, чья профессия больше зависит от веса, чем сценическое искусство, может себя баловать, то почему мне нельзя?

– Да, брауни звучит отлично. Но позволь это сделать мне.

Я сую ей двадцатку, когда она подзывает официанта, чтобы приобрести нам брауни, прежде чем сесть за наш столик. Помещение настолько компактно, а наш столик прямо напротив сцены. Да так, что я могу рукой практически достать до исполнителя. Хлоя хватает шоколадные пирожные и разрезает их на тонкие кусочки.

– Рада, что ты со мной. Обычно компанию мне составляет Келси, но это уже в прошлом.

Я приподнимаю брови, когда откусываю кусочек самого вкусного брауни, который когда-либо пробовал.

– Келси была подругой Итана. Они встречались несколько лет, но это были очень разрушительные отношения. Они гуляли, он писал потрясающие романтические песни. Но когда её не было на выступлениях, на него вешались фанатки, а все его песни о Келси. Он изменял, а потом писал песни о прощении. Она принимала его обратно и всё заново.