Чтение онлайн

— «Если правительство просит не волноваться, нужно бежать»…

— Да, примерно так. Здесь, правда, будет несколько иначе.

— Ну, да. Кто будет? Президент?

— Нет. В общем, с речью выступят Сеной, Варгус и Лужецкий. Глава государства отказался от подобного, да и верно. Что он понимает в этой ситуации? Скажу прямо, Я и сам толком не понимаю, что происходит.

— А почему Сеной, а не ты?

— У него говорить доходчиво с людьми лучше получается.

— Представляю, что будет, когда к микрофону Варгус встанет.

— Не смейся. Съёмки были вчера и сегодня, сложнее всего было как раз ему и операторам. Один в обморок упал, когда увидел берсерка. Да и вообще там было сумасшествие в телецентре поначалу. Не суть дела.

— И что говорить будет Сеной? Что он ангел-хранитель мира?

— Нет — это опустили. Информации о происхождении всего этого дадут немного, чтобы лишний раз не пугать людей. Они существа нервные, особенно толпой. Посмотрим, Я сам не видел же.

— Ладно. — Машина остановилась. — О, приехали.

Двери открылись, санитары вынесли Арвинга на руках, усадили в кресло и скрылись за дверьми больницы. Семангелоф остался стоять на улице. Он посмотрел в уже светлеющее небо, закрыл глаза и вздохнул.

Будущее становится настоящим далеко не так, как хотелось бы…

В палате был телевизор. Вместе с Арвингом «важного правительственного заявления» ждали Зверь, Шекспир, Вихрь и ещё двое больных. Пусть палата была не чета той, где он был вчера, но всё же за окном было лето и от количества людей было душновато.

— О, ща уже! — Проговорил Шекс и уселся на подоконник.

Время было три часа пополудни. На экране возникли флаг и герб ОРД и после краткого джингла появилась новостная студия. Диктор был одет как обычно строго, однако глаза не были столь бездушными, как обычно.

— Добрый день, уважаемые телезрители и радиослушатели. Прослушайте, пожалуйста, важное правительственное заявление.

Картинка сменилась, на экране возникла та же студия, но с более приглушённым светом. На месте диктора сидел Лужецкий.

— Добрый день. Я — Лужецкий Евгений Михайлович, директор Службы Безопасности Объединённой Российской Державы.

Все мы помним события позапрошлого года, когда на четыре дня мир накрыла некая междоусобная война между неизвестными нам видами гуманоидных существ и неких животных. Сейчас мы располагаем почти полной информацией о том, кто это был, и что они делили. Также у нас есть данные о том, что это повторится. Притом, довольно скоро. Убедительная просьба без паники отнестись к этому и подготовить запасы продовольствия на срок примерно около двух недель. Начнётся очередная «осада» через девять дней. Сразу доложу, что никаких накруток цен или пустых прилавков не будет — все силы брошены на предотвращение продовольственного коллапса.

Дабы прояснить ситуацию прошу выслушать нашего гостя.

Картинка сменилась, в кадре появился Сеной.

— Здравствуйте. Меня зовут Сеной. Прошу принять на веру всё, что Я скажу, и не пытаться это как-то логически обосновать или оспорить.

Ваш мир является причиной раздора между несколькими цивилизациями. События позапрошлого года не первые в истории, просто предыдущие «осады» были столь давно, что история не сохранила упоминаний об этом, либо они сохранились завуалировано или метафорично, например «великий потоп».

Так вот, смысл «осады» в том, что весь мир захватывается в заложники, а избранные воины каждой из цивилизаций сражаются между собой. В прошлый раз воин этого мира одержал победу, собственно, поэтому всё осталось так же, как и было.

В грядущей «осаде», которую сам Я предпочитаю называть «турнир», будет одно изменение: на стороне землян выступят берсерки или как вы предпочитаете называть их — «серые». Представитель родов берсерков сейчас здесь и он тоже скажет несколько слов.

На экране появился Варгус, неуверенный и не всегда смотрящий куда надо. Двое соседей по палате округлили глаза.

— Я Варгус. И Я представляю расу берсерков. Должен сразу заявить, что многочисленные жертвы прошлого турнира были случайны — мы имели право только на ответную агрессию. К сожалению, люди не смогли выдержать нескольких дней заточения, и началось кровопролитие. Дабы избежать оного впредь, мы, берсерки, в этом турнире на стороне людей.

Наш общий враг очень опасен, но при успешном исходе массовых жертв не будет. Не выходите на улицу, сидите дома. Приготовления идут уже около года — не беспокойтесь, всё под контролем.

На экране вновь появился Лужецкий.

— В завершение заявления я хочу ещё раз воззвать к спокойствию. «Осада» по нашим данным начнётся пятнадцатого числа. Просьба не выходить на улицу уже после одиннадцати вечера, четырнадцатого числа. Нарушителей мы будем принудительно убирать с улиц.

Спасибо. Подробные инструкции будут передаваться чуть позже по всем каналам и радиостанциям, интернет-ресурсам, в газетах.

Всего доброго.

На экране вновь появился государственный флаг. Заявление кончилось.

Признаться, Арвинг ожидал чего-то иного. А это обращение к нации породило больше вопросов, чем ответов.

И, естественно, панику.

Врачи сделали всё, что было в их силах. Были применены самые лучшие технологии и методы лечения, но, к сожалению, быстро раны не заживают. Через неделю Арвинг мог ходить, чуть прихрамывая. До начала больших перемен в жизни мира оставалось три дня, а он ковыляет с палочкой. Конечно, бойцовских навыков он не лишился, но с такой ногой они сильно теряли в цене.

В какой-то момент Арвинга выцепили в здании «ЦПД» и устроили активный мозговой штурм на тему сложившегося положения. Были все: троица учеников Люцифера сидела в углу и с заурядным спокойствием наблюдала за переполохом, ожесточёнными дебатами и бурями эмоций; Кристина, которой опять манипулировал из другого мира архангел Гавриил, вставляла ценные замечания и активно протестовала против наивных нападок людей; Сеной с Семангелофом, старавшиеся сильно не кричать, но в то же время быть чуть громче Вавилова, который в свою очередь, сильно переволновавшись, порой городил ну совсем несусветную чушь; Филимонов и Лужецкий спокойно и вслух думавшие и выдававшие умные мысли, каждая умнее и лучше предыдущей; Морев молчал и только слушал, в какой-то момент он просто подсел к Вихрю и, подперев кулаком подбородок, скучающе внимал; собственно, Арвинг, сидевший на стуле практически в фокусе конфликта и вертевший головой, стараясь успеть выслушать всех, однако чаще молчавший, чем что-то пытавшийся ввернуть; Варгус, безмолвно подпиравший стену.