Чтение онлайн

– Я застала только последние недели выздоровления Гэвина, – сказала Линнет, – но, думаю, ему было здесь неплохо. У него славный характер.

– О да. – Миссис Уинг промокнула глаза. – Могу только сказать вам, что я сшила четыре лоскутных одеяла, пока его не было. Четыре! От лоскутов до последнего стежка.

Линнет не имела понятия, сколько нужно времени, чтобы сшить лоскутное одеяло, но могла представить, что это огромная работа.

– Конечно, мне помогали, – продолжила миссис Уинг. – Мы в Тидфиле, – она кивнула, видимо, в сторону деревни, – собираемся и шьем одеяла вместе. А если что-нибудь случается, как с Гэвином, мы собираемся чаще. Это отвлекает от тревожных мыслей.

Линнет посетила идея.

– Для этого не нужен станок, не так ли?

Миссис Уинг покачала головой.

– Вначале надо сшить все лоскуты вместе. Мы садимся в кружок и сшиваем их в одно полотнище, беседуя о том о сем. А потом я натягиваю его на раму и заканчиваю работу.

– Я тут подумала, не могли бы вы приходить сюда, в замок, миссис Уинг? – спросила Линнет. – Видите ли, в западном крыле есть палата, полная женщин, которые ужасно скучают. Например, там есть женщина, которая ждет двойню. Ей нельзя вставать с постели несколько месяцев. А у миссис Трасти больная нога, хотя она уже начинает ковылять понемногу.

– А экономка разрешит?

– Думаю, мы сможем организовать кружок по рукоделию, – сказала Линнет. – Здесь, в замке. У вас найдется время, чтобы проводить занятия раз в неделю, миссис Уинг?

– Конечно. Возможно, доктор несколько резковат, но он спас жизнь Гэвина. – Она кивнула. – Кроме того, это поможет людям, которые вынуждены лежать в больнице. Отвлечет их от недомоганий. Но не при родах. Никогда не видела роженицу, которая могла бы сделать ровный шов.

– Вижу, вы ухватили суть дела, миссис Уинг, – с улыбкой произнесла Линнет.

– Мне нравится быть полезной, – отозвалась та. – Если я вижу, что что-то нужно сделать, то просто делаю. К счастью, мой муж не обращает внимания на подобные мелочи. Если бы мы оба хватались за все, что нам кажется неправильным, мы бы передрались! – Она рассмеялась.

– Я поговорю с миссис Хэвлок, экономкой западного крыла, – сказала Линнет. – Надеюсь, вы сможете наведаться к нам через пару недель, когда Гэвин окрепнет.

Миссис Уинг кивнула:

– Обязательно. – Она посмотрела на Гэвина. – Наверное, ему не следует ползать по земле. Как бы это не повредило его ноге.

– Непохоже, чтобы это причиняло ему боль, – заметила Линнет. – Он такой милый мальчик.

– А вы такая милая леди, – сказала миссис Уинг, взяв ее за руку. – Нет слов, чтобы выразить, насколько мне стало легче. Я так рада, что вы были здесь, мисс, заботясь о Гэвине, и предоставили мне возможность отблагодарить доктора, помогая больным коротать время.

– Линнет, – порывисто отозвалась Линнет, сжав ее руку. – Зовите меня по имени.

Миссис Уинг хмыкнула.

– Диана, – сказала она. – Необычное имя для здешних мест, в честь какой-то богини, чье поведение оставляло желать лучшего. Как я понимаю, вы тоже собираетесь обучаться рукоделиям.

Улыбка Линнет увяла.

– Я здесь в гостях и вряд ли задержусь на две недели, чтобы посещать занятия.

– Жаль, – отозвалась Диана. – Очень жаль. Но если вы договоритесь с миссис Хэвлок и предупредите доктора, я справлюсь.

– Не позволяйте ему запугать вас, – сказала Линнет. – Он больше лает, чем кусается.

– Никто не сможет помешать мне помогать этим бедным женщинам, – заявила Диана и снова рассмеялась. – Гэвин, шалун ты этакий, вставай.

– Мне нужна трость, – сказал мальчик, потянувшись к палке и поднявшись на ноги с ее помощью. – Видите, мисс. Я совсем как доктор, правда?

Он стоял, опираясь на палку, расплывшись в улыбке, щурясь на солнце через волосы, падавшие ему на глаза. Линнет не могла не рассмеяться.

– Да, Гэвин. Ты вылитый доктор.

– Вот почему я решил стать доктором, – с удовлетворением отозвался мальчик. – Самым лучшим.

На следующий день, вечером

– В восточное крыло поступили еще два пациента с этой горячкой, – сообщил Себастьян.

– С какой? – спросил Пирс.

– С той, которую ты считаешь сыпным тифом, а я нет. Я не мог найти тебя утром, чтобы ты осмотрел больных.

После завтрака Пирс втащил Линнет в пустую спальню и, когда она заснула, целый час лежал рядом с ней на постели, обессиленный и насытившийся, поглаживая ее плечи. Он слышал, что его зовут, но не стал откликаться.

Он думал о своем отце. А также о Линнет, Прафроке, своей матери и Себастьяне. А потом снова об отце. И Линнет.

– Я взгляну на них после еды, – пообещал он, когда они вошли в гостиную. Кибблс и Пендере расположились у серванта, где стоял поднос с напитками. Линнет сидела рядом с его матерью, а его отец расположился напротив, с уже ставшим привычным голодным выражением в глазах.

– Где Биттс?

– Он неважно выглядел и признался, что плохо себя чувствует. Я отправил его наверх.

Пирс встретился взглядом с Себастьяном.

– Заболел?

– Болит голова, но жара нет. – Себастьян пожал плечами. – Надеюсь, это не больничная горячка. Но лучше подержать его в западном крыле, пока мы не будем уверены. Подальше от твоей семьи.

Его семьи. Пирса бросило в дрожь.

– Я уже видел это выражение раньше, – насмешливо произнес Себастьян. – Да, пожалуй, я выпью, спасибо, Прафрок.

– Какое выражение? – поинтересовался Пирс.

– Сердитую гримасу, – ответил Себастьян, явно наслаждаясь, – словно ты не можешь придумать, как бы наказать себя побольнее, чтобы страдать как можно дольше. Я видел ее раньше и вижу сейчас.

– Ты возомнил, будто обрел вдруг способность ставить мне диагноз? С чего бы это? Ты не способен распознать даже простую горячку.

– Тебе хочется чувствовать себя несчастным, – невозмутимо продолжил Себастьян, поднеся бокал к губам. – Точнее, ты не чувствуешь себя по настоящему счастливым, если ты не несчастен. Простейший способ добиться этого – оттолкнуть людей, которым небезразлична твоя шкура. Например, меня, но поскольку это невозможно, ты, похоже, отказался от попыток. Твоих родителей. – Он повернулся, подняв свой бокал в сторону Линнет. – Твою на редкость красивую невесту.

– Красота – это еще не все, – буркнул Пирс.

– У Линнет есть и все остальное, чего мужчина может только пожелать, – возразил Себастьян, поставив свой бокал на сервант. – Мы с тобой всегда были заодно.

– И что это должно означать? Ты решил сбежать с молочницей?

– Нет, что ты.

Пирс проследил за его взглядом.

– О, ты решил сбежать с Линнет. – Каждый нерв в его теле напрягся. Она принадлежит ему. Ему и никому другому.

– Я бы сбежал, если бы она согласилась, – хмыкнул Себастьян, повернувшись к Пирсу. – Я всегда бегал быстрее тебя, Пирс. И я лучше оперирую. И лучший любовник, если уж на то пошло.