Чтение онлайн

Только один, уже в возрасте для стража, воин посоветовал мне остаться дома. Остальные ждали развлечения. И они его дождались. Император как не странно не приказал меня придавить где-нибудь по-тихому. В тот же день мне был пожалован замок, назначены учителя и император подарил мне герб и рыцарское звание.

Даже сейчас, столько лет спустя, и уже зная правду, я расправляю плечи, ощущая отголоски той детской гордости от того, что император сам создал мой герб. Из того самого венка, что я протягивал ему дрожащими руками. Память и сокровище моей матери.

И не важно, что учителями были ветераны, что муштровали меня днём и ночью, с единственной целью, сделать из меня бойца. И то, что пожалованный мне замок, на самом деле был брошенной тюрьмой для аристократов и находился на одном из самых северных островов империи, меня тоже не волновало. И клятву сражаться с драконом, пока жив хоть один из нас, я давал с чистым сердцем и уверенностью в своём выборе.

Это потом, много лет спустя, я понял, что отец просто побоялся меня убить, вдруг проклятье сработает. Но и мой смертный приговор обжалованию и отмене не подлежит.

И вот я помню, как смеялись все вокруг, включая императора, когда я счастливо прижимал к груди какую-то тряпку, которой чуть ли не полы мыли, с пристeгнутым к ней брошью с императорского камзола высохшим венком. И только Валлиард стоял, облокотившись на колонну, и смотрел на меня с жалостью. Он был младше меня, но в интригах разбирался куда лучше.

Впрочем, если Вал перестанет язвить и говорить гадости, это будет уже не он. Мне иногда казалось, что он просто боится сделать что-то хорошее. Словно от этого он станет слабее.

Перед моим первым походом к дракону, император подарил мне рыцарские доспехи. Красивые, с чеканкой. А на одном из постоялых дворов по пути к обиталищу дракона я, к своему удивлению, увидел Валлиарда.

– Решил проводить?
– спрыгнул я с саргаса.

– Угу, посмотреть напоследок, чтоб получше запомнить, как выглядит дурак.
– Хмыкнул брат.

– Лучше посмотри, как выглядит победитель дракона!
– в себе я был тогда слишком уверен.

– Это если только в зеркало. – Насмехался Валлиард. А потом неожиданно выхватил меч и с размаху перерубил оставленную на коновязи латную перчатку. Без малейшего усилия.
– А теперь представь, что по этим доспехам прошёлся не мой меч, а когти дракона.

– Но...
– начал я, растерявшись на мгновение.

– Это парадные доспехи, а не боевые. Почувствуй разницу, первый рыцарь империи!
– презрительно бросил Валлиард, уже вскочив в седло.

Он отцепил закреплённый у седла плотный мешок и кинул его мне под ноги. По громкому звуку удара, я понял, что там доспехи. Как оказалось в последствии, ещё и зачарованные. И именно они спасли мне жизнь. Они и один из молодых рыцарей, что отправился со мной в поисках подвигов.

Во второй раз брат прислал ко мне лекарей. Не простых, которые есть в каждом гарнизоне, а одарённых. Тех, кто мог удержать в этом мире своей силой. Поэтому, когда я увидел на своём теле следы семейного проклятья, я без сомнений отправился в столицу. С непреодолимым желанием надрать одному через край хитросделаному, как говорил один из моих престарелых учителей, носителю императорской задницы его уши!

Но увиденное меня немного обескуражило. Я впервые видел Валлиарда разбитым и потерянным. За всей этой насмешливой бравадой и злобной язвительностью я видел растерянность и незнание, что теперь делать.

Конечно, слова ведьмы нам передали. И дикую траву с острова силы нам тоже, конечно, привезли. Только сок этой травы, попав на мою кожу, оставил ожог, вместо того чтобы помочь.

– Значит другого варианта, кроме как уговорить эту твою Орландскую, у нас нет. Может действительно, эти травы подействуют только в её руках?
– размышлял я.

– Уговорить... Да, приду просить её спасти мою жизнь, после того, как убил её семью, а её саму...
– мотал головой Валлиард.

– Для начала, ты пойдёшь и проспишься! Ухрюкались вы, ваше императорское величество, до состояния, что даже мне тебя жалко.
– Потянул я его из-за стола.

– Тебе жалко. А ей нет. Ей теперь никого не жалко. Даже себя. К дракону уйдёт! Вот зачем? Она же может жить, быть императрицей... Ей так плохо, что лучше смерть? Но ведь это я виноват, понимаешь, я! А она не обвиняет...
– бормотал Валлиард.
– И Лиардом меня больше не зовёт.

– Лиард?
– удивился я такому варианту имени брата.
– Ну, так и приходи в себя! Неужели не понимаешь, что вот в таком состоянии, ты ничего не добьёшься? А пока ты жив, у неё есть шанс отказаться от своего выбора. Слышишь? Давай, придумай что-нибудь ради своей Элейны.

И вот теперь я сидел в таверне на острове Правосудия и уже который день наблюдал за этой Элейной.

Глава 17.

Винард Аркейский.

Прибыв на остров Правосудия, я решил сначала просто разузнать о том, как живёт эта девица. Может, там уже и проблемы-то нет, и яблочко само готово упасть в подставленную руку. То есть Валлиарду и остаётся демонстративно попросить прощения, чтобы эта потомственная аристократочка смогла содрать с себя ошейник и вернуться в мир, где все будут бегать вокруг неё. И из всех проблем останется только своевременное пополнение гардероба будущей императрицы.

Я был уверен, что герцогская дочка, столкнувшись с жизнью обычных людей, давно уже локти до лопаток искусала, что не кинулась к брату ещё при встрече около ворот тюрьмы. Это там, едва выбравшись из пыточных застенков, она ещё могла демонстрировать остатки фамильной гордости. И то, просто потому, что даже и близко не представляла, что её ждёт. Откуда бы аристократке, вокруг которой с рождения крутились десятки слуг, не давая и пылинке упасть, знать, что такое жизнь простой девушки с самостоятельной уборкой, стиркой и необходимостью сначала приготовить, прежде чем есть?

– Она Орландская.
– Непонятно высказался Валлиард, когда я озвучил своё предположение.

– И что? От этого она перестаёт быть аристократкой?
– ответил я. Я много слышал о её отце, брате, даже о матери.

О последней правда больше говорили, что она не любит появляться в обществе и предпочитает всё своё время посвящать мужу, детям и Изумрудному острову.

– Орландские от прочей аристократии стояли всегда особняком. Многие их поступки для тех, кого мы привыкли видеть на балах, были необъяснимы.
– Говоря это, Валлиард смотрел куда-то в небо.

– Хорошо. Я про эту "хрупкую и удивительную", наслушался, пока был вынужден выслушивать твой пьяный бред. Только давай все твои воспоминания отставим в сторону, а поговорим о приземлeнном и каждодневном. О грязных подштанниках например.
– Я хмыкнул, легко представив, как сейчас скривилось лицо брата от таких грубых и простонародных слов.
– Ну, пачкаются-то они у всех, вне зависимости от происхождения. И сами собой обратно чистыми не становятся. Их стирать надо. И еда тоже прям из неоткуда на столе не появляется. А теперь представь, сколько неожиданных открытий ожидало твою герцогиню буквально с первых дней.