Чтение онлайн

Менсон рыкнул, замахал руками, разогнал стаю противной черной мошкары, что роилась между ним и женой. Сказал:

— Поди-ка ты к черту, святая Карен! Хватит упрекать меня! Любишь — люби, а не любишь — ступай во тьму.

Он зашагал обратно в трапезную, на ходу крича:

— Эй, жало, буди вожденка! Пора смотреть дальше!

Люди возвращались на места, зябко потирая руки. На террасе все озябли и теперь спешили согреться в жарко натопленной трапезной. Вошли Франциск-Илиан и Леди-во-Тьме, граф Куиндар и генерал Гор, герцог Лабелин и барон Хьюго Деррил, Серебряный Лис и владыка с супругами… Карен не появлялась. Ее пустующий стул зиял, точно дырка от выбитого зуба.

Франциск побеспокоился:

— Друг Менсон, ладно ли у тебя на сердце? Не омрачен ли тучами небосвод твоих чувств?

— Придет она, никуда не денется, — ответил шут.

Жало криболы начал будить Юхана Рейса. Шаван пытался вынырнуть из глубины сна, но скатывался обратно.

— Поскорее бы, — сказал кто-то. — Там, поди, интересное началось!

Болотник применил другое зелье, от которого бедолага начал повизгивать, точно щенок. Среди гостей послышались шепотки. А Карен все не появлялась.

Менсон спросил Франциска:

— У тебя есть конь?

— У меня лучшая конюшня в королевстве Шиммери. Четверых прекрасных скакунов привез сюда с собой.

— Одолжишь мне одного?

— Конечно. А зачем?

— Как досмотрим битву, сгоняю к мосту через Близняшку. Настигну дилижанс, в котором едет одна дамочка. Скажу ей, что она трусиха, изменщица и лгунья. Скажу: она меня так разочаровала, что даже слов не подобрать! А потом прискачу обратно и верну тебе коня.

— Благородная цель, — признал Франциск-Илиан. — Буду рад помочь.

Наконец, Юхан овладел собою и Предметом. Вот только огонек проснулся не в долине Первой Зимы, а здесь, в Майне. Птаха заново пустилась в полет до ориджинской столицы.

И тогда в трапезную вошла леди Лайтхарт. Приблизилась к адъютанту, что принимал ставки, подала ему кошелек:

— Здесь три елены, одна глория и четыре агатки. Все на победу Ориджина.

Потом села возле мужа.

— Идиотка, — с огромным облегчением выдохнул Менсон.

— Дурак несчастный, — прошептала Карен, сжав под столом его ладонь.

Согласно ожиданиям гостей, на поле боя случились перемены. И такие, что многим захотелось протереть глаза. Первым делом зрители увидели камень. Громадный валун парил в воздухе в каких-то ярдах от Птахи! Так близко, что виден был налипший снег, и трещинки в блестящей глыбе, и стало ясно, что это не камень, а глыба льда.

Затем будто разжалась невидимая рука — и льдина унеслась к земле. Она падала прямиком на позиции Шейланда, и дюжина перстоносцев секла ее вспышками огня. Льдина вскипела на лету, окружилась облаком пара — но все же достигла земли. Удар! Даже с высоты полета Птахи видны были чудовищные разрушения. От глыбы осталась воронка, заполненная паром. На много ярдов вокруг нее люди попадали, обливаясь кровью.

— Холодная тьма! Что это происходит?!

Серебряный Лис пояснил:

— Очевидно, Минерва применила Перчатку Могущества в качестве метательного орудия.

— Святые Праматери, вот это мощь! Она же изменит ход сражения!.. Почему нас не предупредили перед ставками?

Менсон с женою довольно переглянулись.

— Я допускал возможность применения Перчатки, — сказал владыка Адриан. — Она увеличит потери, но не изменит исхода боя. Шейланд найдет, что противопоставить ей.

— Давайте посмотрим! Ваше величество, приблизьте лагерь Кукловода!

Птаха скользнула к западному краю долины. В рядах шейландского войска царил переполох. Люди метались в ужасе при виде нового снаряда, разбегались куда попало, силились найти укрытие. Но слишком много солдат собралось на маленьком открытом плацдарме — не разбежишься, не спрячешься. А из лабиринта, как и прежде, били лучники северян. Теперь о них никто не думал, однако стрелы наносили свой урон.

— Идова тьма! Похоже, наступление сорвано!

Но тут из хаоса шейландского войска выделилась четверка всадников. Прикрыв головы легкими круглыми щитами, они помчали прямиком к лабиринту. Стрелы свистели вокруг всадников, несколько воткнулись в щиты, другие оцарапали коней. Но всадники остались в седлах и продолжали гнать. Кони перешли в галоп, копыта замелькали, меча комья багрового снега. Словно четыре черных молнии, они мчались в просвет лабиринта.

Зрители затаили дыхание. Всадники должны сбавить ход — потому что за просветом будет новая стена! С галопа никак не успеть повернуть. Пересекут виток — и врежутся в ледяные глыбы! Но эти, отчаянные, не думали тормозить. Шпоры вонзались в бока, кони неслись, ошалевшие от боли.

— Это же Чара! — вскрикнул Бирай. И заорал ей сквозь невидимую стену: — Стооой, расшибешься!

Четверка смерчем влетела в лабиринт. Из-за угла дали залп арбалеты — болты свистнули мимо, поди расстреляй ураган. Кто-то метнул копье — оно отстало от вихря. Кони пересекли виток лабиринта, но так и не сбавили ход. И вот уже новая стена — три вдоха до удара…

— Аааай! — ганта схватился за голову.

А Менсон успел заметить, как два передних всадника что-то метнули перед собой. Мелкое, быстрое нечто ударилось в стену…

И кусок ее исчез!

Кони прыгнули — и пролетели в брешь, которой раньше не существовало.

Джоакин забыл.

Какие-то сомнения, что-то с Первой Зимой, граф чем-то расстроил, а кто-то злодей, и почему-то я с ним…

Все вылетело из головы в один миг. Когда Пауль пробил стену Мечом Богов, и они прыгнули в третий виток лабиринта.

Здесь нас не ждут. Вот главная мысль! Здесь нас совсем не ждут!

Стоят лучники почти без прикрытия. Целят не в нас, а вверх, через стену. Дави их! Топчи!

Земля брызнула из-под копыт. Они повернули коней так круто, что еле удержались в седлах. И помчали вдоль стены, топча, сметая проклятых лучников.

Крики, хруст, вопли, кровь. Тела падали, как чучела, нелепо взмахивая руками. Отлетали от ударов, влипали в снег.

Сзади тоже есть, — подумал Джо и обернулся как раз вовремя. Другой отряд стрелков нацелился им в спины — и Джоакин шепнул Персту: «Давай». Перст заговорил. Перст пропел: «Подыхайте, северные твари!»

Муха помог Джоакину, в две руки они стали жечь тех, кто сзади. Пауль и Чара жгли тех, кто впереди. Отряд скакал вдоль третьего витка, истребляя все живое. Враг не мог ничего. Враг не успевал. Враг мыслил медленней, чем они мчались!

Краем глаза Джо увидел: монахи-вильгельминцы пошли на штурм. Они бегут по его следам, добивают выживших, закрепляют успех. Среди монахов появились всадники с Перстами, полыхнули вспышки. А за монахами двигались рыцари Альмеры… Мы пробили оборону! Прорвались!