Чтение онлайн

– Пару слов.

– Кто ты и почему помог нам? – спросила Чара.

– Нет, – он качнул головой. – Мои слова. На твои нет времени.

– Слушаем, – сказал Ней.

– Я вас спас. Вы мне должны.

– Лысого хвоста должны! – рыкнула Чара. – Мы тебя не просили.

– Чего ты хочешь? – спросил Ней.

– Поскачете к Морану, предупредите о засаде, которую строит принц. Моран возвысит вас и сделает своими спутниками. Потом приду я. Вы сведете меня с Мораном.

– И все?

– Скажете: это Колдун. Он многое может, мы видели. Скажете: он на нашей стороне.

– После этого – в расчете?

– Да.

– Идет.

Чара фыркнула:

– Только этому не бывать. Принц найдет трупы, поймет, что мы сбежали, поменяет план.

– Не найдет, – Колдун качнул головой. – И не поймет.

Он поправил шляпу, приподняв поля. Лишь теперь Ней увидел лицо спасителя. Сломанный нос, свернутый набок. Блестящий золотой зуб под ощеренной заячьей губой. И блеклые косые глаза. В жизни Неймир не видел настолько косых глаз. Невозможно понять, куда смотрит Колдун, и от этого почему-то жутко.

– Я позабочусь, – сказал Колдун. Помедлил, будто взвесил, не добавить ли что-то. Сверкнул зубом и издал смешок: – Хе-хе.

* * *

Час спустя они скакали в степи, оставив за спиной столицу Малой Земли. Если бы стражники нашли мертвецов, они подняли бы тревогу. Принц Гектор шепнул бы слово Литлендам, те заперли бы ворота, и город стал клеткой. Но ничего не случилось. Ворота стояли открытыми, а на всадниках по-прежнему была одежда южан, и стражники только махнули им:

– Счастливого пути, славные!

Первый час Неймир ждал погони. Потом вздохнул с облегчением: теперь уже никак не настигнут, даже если спохватятся. Сказал Чаре:

– Ушли. Из самых клыков выскочили!

Она промолчала.

– Ты бы порадовалась. Не каждый день так везет. Со дня, как побились с Адрианом, ни разу удачи не видали. Сегодня – первая.

Чара молчала и дальше.

– Ты что, злишься?

– Отцепись! – рыкнула она. – Замолкни, а то скажу.

– И скажи! На что злишься, а?

Она промолчала, только опалила взглядом.

– Так на что?

– Ты – поганый трусливый шакал! Мне стыдно ездить с тобой!

Она скакала на полкорпуса впереди. Оглядываясь, плевала в Нея словами:

– Обмочился со страху! Распустил язык! Ты – позор Запада! Овца!

– Я же тебя спасал…

– Ценою всей орды?! Как ты мог подумать, что я хочу такого спасения?!

– Лучше было смотреть, как тебе отрежут ноги?

– Да! Будь я проклята, да! Смотреть не мог? У тебя сердце девчонки! Ползун, а не всадник!

Последнего Ней не стерпел.

– А ты – дурная злая сука.

– Что-о?

– Я врал, как умел, и почти нас вытащил. Ты только орала и бранилась. Ничего лучше не выдумала. Это мне стыдно, что езжу с такой дурой.

Она рванула в сторону, налетела на Неймира, замахнулась. Он перехватил ее руку и вырвал поводья. Натянул, вынуждая коней встать. Чара хлестала его свободной рукой и пыталась освободиться. Он был сильнее. Когда кони остановились, Ней стащил ее с седла и бросил наземь. Чара отбивалась и рычала, пока он срывал с нее южные тряпки. Ней прижал женщину к земле. Она замерла, раздувая ноздри, прерывисто дыша… Издала хриплый стон и выгнулась ему навстречу.

Вскоре они снова скакали на юг.

– Ты обезумел, – сказала Чара. Совсем другим уже голосом. – Если за нами погоня, ты дал им лишнюю четверть часа.

– Уйдем, – отмахнулся Ней.

– Я в лохмотьях похожа на нищенку.

– Плевать.

– И теперь у нас меньше сил для скачки.

– Сил хватит.

Чара глянула на него: без тени злобы, с робкой надеждой.

– Скажи: мы успеем?

– Успеем.

– Скажи так, чтобы я поверила.

– Мы потеряли в темнице всего день. Орда не могла уйти далеко. А если ушла, то мы знаем куда: к Ливневому Лесу. Пойдем следом, нагоним.

Чара сказала:

– Прости. Ты меня спас. Я была неправа.

– Нет, ты права. Я глупец. Из-за меня все в опасности.

– Но мы успеем, – сказала Чара.

И повторила, вложив всю веру, какую имела:

– Успеем.

* * *

Там, где стояла орда, теперь лежало голое поле. Черное от кострищ, смрадное от навоза и трупов, что до сих пор висели на столбах.

– Все… – только и сказала Чара.

Спешилась, прошла несколько шагов, бессильно опустилась на землю.

Ней тоже спешился. Присел перед спутницей, положил руки ей на плечи.

– Не горюй. Найдем еды и воды, подкрепимся, пойдем по следам. Нагоним наших раньше, чем они влетят в засаду.

– Врешь, – тяжело вздохнула Чара.

Даже дважды, если разобраться. Всю дорогу от Мелоранжа они жевали коренья, и здесь еды тоже не предвиделось: откуда взяться пище там, где месяц простояло войско? Но вторая часть лжи куда страшнее: им не нагнать орду. Трава успела подняться на пятнах от шатров, ветер размел пепелища, вороны до костей обглодали тела. Орда ушла добрую неделю назад. Теперь она у самого Ливневого Леса – все равно, что на погребальном костре.

– Все погибнут, – сказала Чара. – Из-за нас.

– Из-за меня, – поправил Ней.

– Не все ли едино?

Неймир не знал, о чем мечтает больше: перегрызть себе глотку или найти для Чары хоть слово утешения. То и другое было одинаково невозможно.

Он побрел, шатаясь. Ноги подкашивались… вряд ли от голода. Глаза слепли. Не видели ни солнца, ни туч – только траву на месте шатров, разметенные пепелища…

– Эй… – шепнула Чара.

Повторила громче, с проблеском в голосе:

– Эй!..

Он оглянулся. Заметил надежду в ее глазах и неожиданно для себя сказал:

– Тут что-то не так.

– Что-то не так, – эхом отозвалась спутница.

– Кажется, орда ушла неделю назад…

– Но она не могла уйти так давно! Те, другие разведчики вернулись вчера, или два дня назад, или три…

– Но не раньше! Неделю назад Моран еще не знал, где корабли принца.

– Значит, он ушел…

– Не в Ливневый Лес!

– Совсем в другую сторону!!

Боясь поверить напрасно, они выехали из лагеря и прошли по следам всадников. Все верно! Шаваны вошли в джунгли, но потом двинулись не в сторону Ливневого Леса, а свернули севернее, ближе к Мелоранжу. Пошли по самому краю чащи, не углубляясь далеко. Похоже на то, что Моран решил-таки штурмовать столицу Литленда. Трудное и опасное дело, но все же лучше верной смерти в Ливневом Лесу!