Чтение онлайн

– У тебя что-то случилось? Плохое или хорошее?

– Хорошее. Даже очень. Только я опаздываю

– Давай, я тебя подвезу, у меня машина за углом.

Я не стала отказываться. Он помог мне перетащить тележку к Нинке. Между собой

мы называли этот агрегат тележкой. На самом деле он представлял собой огромный ящик на колесах с тремя вмонтированными в него термосами, куда загружались специальные корзины с пирожками. Нинка с интересом наблюдала за маячившим за моей спиной Аликом.

На переодевание мне понадобилось не более пяти минут. Алик ждал меня около своей машины – стильной новенькой иномарки, более подробно я в этом не разбиралась. Он заметил меня только тогда, когда я подошла почти вплотную к нему.

– Ну, Женька, ты даешь! То вся в черном, то вся в белом!

– Ничего, больше удивляться не придется, – успокоила я его. – Других туалетов у меня

нет.

На мне был старый пуховик, который благодаря новой стиральной машине сиял белизной, белые сапожки без каблуков и белый суконный берет. Я знала, что все это мне очень идет.

– Куда едем?

– На Галерную.

Я сидела, погруженная в себя и свои переживания. Через несколько минут Алик не

выдержал:

– А зачем?

– Пожалуйста, ни о чем не спрашивай. Через пару дней я расскажу, если это будет тебе еще интересно.

– Будет, будет, – заверил он.

То, что происходило в редакции, я помню смутно. Я подписала какие-то бумаги.

Сказали, что рассказ немного сократили и подредактировали. Пообещали выплатить гонорар в размере двух тысяч. Я не знала, много это или мало, но была всем довольна. Только одна фраза прочно врезалась в мою память: «Если еще что-нибудь напишите в этом духе, приносите».

– Напишу, конечно же, напишу, – думала я.

Я выскочила из редакции в невменяемом состоянии.

– Ты, что, в бане была? – спросил Алик. – Вся какая-то взмыленная.

– Нет, – ответила я и рухнула на сиденье.

Алика переполняло любопытство.

– Ты куда-то уезжаешь?

– Нет. С чего ты взял?

– Я видел вывеску турфирмы.

– Там много всяких вывесок, – неопределенно ответила я.

Мы отправились в обратный путь, а он все не унимался:

– Это касается твоего Какбымужа? – он произнес слитно, как имя.

– Нет, совсем не касается.

– А как он, вообще?

– Кто?

– Какбымуж.

– Мой Какбымуж как бы объелся груш, – четко произнесла я.

Похоже, эта новость Алика не огорчила. Он прекратил расспросы, и мы в полном

согласии доехали до моего дома.

– Может, пригласишь? – нейтральным тоном поинтересовался он.

– Нет. А с какой стати? Ты же меня к себе не приглашаешь.

– Я живу не один, а с кучей родственников.

– Вот именно, – прервала я его, – ты меня не приглашаешь потому, что живешь не один, а я потому, что живу одна. Спасибо, что подвез. Пока!

На следующий день Алик не появился и не позвонил. Обиделся, – решила я. Ну что поделаешь? Не могу я так быстро парней менять. И грустно подумала: «Неужели мне опять понадобятся два года на залечивание раны? Так вся жизнь пройдет». Если бы я была уверена, что Генка меня просто бросил, было бы легче. Но моя женская интуиция подсказывала, что это не так, и я, вопреки очевидному, продолжала надеяться и ждать.

Позвонила Танька и напомнила, что сегодня у них юбилей – ровно полгода со дня свадьбы. В пылу своих литературных увлечений и страданий по Генке я совсем об этом забыла. Она несколько раз предлагала встретиться, но я отговаривалась занятостью и плохим самочувствием.

– В общем, сегодня в девятнадцать ноль-ноль, и никаких отговорок. Что ты мне душу

мотаешь? Я же извинилась. Хочешь, чтобы я на колени перед тобой встала?

– Упаси Бог. Я приду, только попозже. К семи не успею, ты уж извини.

Кое-как уладив дела с работой, я помчалась домой и приняла душ. За последние две

недели я изрядно похудела, и брюки на мне висели. Я достала черные джинсы, которые давно не носила, и попыталась в них втиснуться. Хоть и не без труда, но мне это удалось. Я достала черную блузку, напевая под нос «Блэк меджик вумен».

Больше всего хлопот доставили руки. С ногтями было все в порядке, но красноватый оттенок кожи все портил. Я работала в перчатках, но мороз свое дело делал. Я с ожесточением втирала крем, то и дело посматривая на часы, так как уже опаздывала. Купив по пути цветы и мягкую игрушку – белого пушистого зверька непонятной породы, я помчалась к метро.

Когда я пришла, праздник уже набирал обороты. В просторной гостиной за накрытым столом сидело человек пятнадцать. Негромкую музыку перекрывал многоголосый гомон.

– Ура! Женька пришла! – Танька повисла у меня на шее, совсем, как раньше. Я

почувствовала, что лед в моей душе треснул и начал таять.

Она провела меня в комнату, представив гостям. Некоторых я помнила по свадьбе.

Потом сама отодвинула стул и усадила меня в непосредственной близости от своей персоны. Подоспело время для очередного тоста.

– Здравствуй, Женечка! – поприветствовал меня Макс, опускаясь на соседний стул. –

До этого момента я его не замечала, видимо он куда-то выходил.

– Простите, разве мы знакомы? – сделала я непонимающее лицо.

Он усмехнулся:

– Неужели не помните?

– У меня, знаете ли, память девичья. Тут помню, тут не помню. Так бывает. – Если уж

мне придется сидеть рядом с этим придурком, то я решила порезвиться за его счет.

– Тогда давайте знакомиться заново. Максим Оглоблин, бизнесмен, – представился он.

– Можно просто Макс. Так меня все друзья называют.

Я еле сдержалась, чтобы не прыснуть.

– Вам очень подходит эта фамилия, – с самым серьезным видом заявила я.

– А кто вы, прекрасная незнакомка?

– Евгения Томашевская, торгую пирожками у метро.

Макс развеселился:

– И где именно?

– На Владимирской.

– Обязательно отведаю ваших пирожков.

Я не на шутку перепугалась. Только его мне не хватало!

– Мы бизнесменов не обслуживаем. У нас льготный товар, предназначенный для