Чтение онлайн

Такую картину Альбус и застал однажды воскресным утром, когда вместе с Камиллой вышел на улицу.

— Не хотите? — он кивнул на кружащиеся фигуры. Девочка поколебалась.

— У меня нет коньков…

— Да и у меня тоже, — Альбус развел руками. — Но ведь их запросто можно трансфигурировать. Давайте, я вам наколдую полозья?

Камилла присела на скамеечку, Альбус опустился на одно колено рядом с ней. Наколдовывая полозья, подивился про себя, как малы ее ножки в зимних ботиночках. Потом помог встать и довел до катка.

— Подержитесь пока за барьер, я сейчас.

Друзья приветственно кричали, Альбус помахал им в ответ. Мимо прошла группка слизеринцев: Луиза, Кантанкерус Нотт, Элла Крейвуд и Гектор Кэрроу; кажется, двое последних бросили на Камиллу странный взгляд и тут покосились на Луизу, словно чего-то опасаясь. К удивлению Альбуса, Финеаса Блэка на сей раз не было рядом с Эллой — он стоял у барьера неподалеку от Лэма и Саида, и наблюдал за Клеменси, которая, отделившись от Айлы, выехала на середину катка и легко, точно ласточка, сделала поворот.

— Идемте? — управившись с собственными ботинками, Альбус выехал к Камилле, которая так и вцепилась в барьер.

— Вообще-то я не очень хорошо катаюсь, — пробормотала она, опустив ресницы.

— Значит, будете лучше. Вперед!

Он держал ее за руку, и она, сначала скользившая неуверенно, стала разгоняться, со страхом и восторгом глядя вперед. Альбус прибавил скорость; от ветра в лицо у него захватило дух, и он расхохотался. Камилла тоже неуверенно улыбнулась.

— На нас смотрят, — прошептала она. Мальчик, обхватив ее за талию, сделал разворот. Лицо девочки сделалось пунцовым.

— Ох… Не надо так больше, — она вдруг ткнулась в его плечо и мелко засмеялась.

— Щекотно было? — тихо спросил Альбус, ловя губами ее локон, выбившийся из-под шляпки. Они остановились прямо посреди катка и смотрели друг на друга. Камилла вдруг робко подняла руку и дотронулась до его скулы.

— Вы удивительно красивы, — пролепетала она. — Вам никто об этом не говорил?

Альбус, не зная, что и ответит, смущенно рассмеялся.

— У вас глаза, как небо… — вздохнула девочка и посмотрела на лед под ногами.

— Что-то не так?

Она подняла лицо, серьезное и торжественное.

Ты притупи, о время, когти льва,

Клыки из пасти леопарда рви,

В прах обрати земные существа

И феникса сожги в его крови.

Камилла прикрыла веки, как будто ей не хватало дыхания, и продолжила:

Зимою, летом, осенью, весной

Сменяй улыбок слезы, плачем — смех.

Что хочешь делай с миром и со мной, —

Один тебе я запрещаю грех.

Чело, ланиты друга моего

Не борозди тупым своим резцом.

Пускай черты прекрасные его

Для всех времен послужат образцом.

А коль тебе не жаль его ланит,

Мой стих его прекрасным сохранит!

Альбус не вытерпел — звуки ее голоса совершенно его опьянили. Он прижал ее к себе, несмотря на слабое сопротивление, приник губами к ее губам и стал целовать.

Она казалась такой маленькой, что Альбус постарался не давить, боясь, что может сжать слишком сильно. Поцелуй не вызвал в нем огня и желания немедленно взлететь; было что-то иное, более глубокое и непонятное, словно он держал в руках нечто неземное — и ему хотелось самому стать неземным, раствориться, а может, уплыть куда-то далеко-далеко, в закат, на паруснике, и конечно, она бы стояла тогда рядом с ним, склонив головку на его плечо, а он, отважный капитан, искал бы новую землю, откуда началось бы его новое королевство — где не было бы места глупости и несправедливости, косности, где процветала бы наука, свобода и творчество.

— Вы моя звезда, — прошептал он, когда поцелуй прекратился, отчего-то краснея, — путеводная звезда.

Камилла молчала, глядя ему в лицо траурными глазами. Потом он снова подал ей руку, и они заскользили к барьеру. Кажется, на катке стало тихо — впрочем, Альбус не обратил на это внимания.

Когда он расколдовал ботиночки Камиллы, избавив их от полозьев, и проделал то же со своими ботинками, то в его спину вдруг ударил снежок. Другой угодил в плечо Камилле, отчего она испуганно вскрикнула. Мальчик обернулся: их окружали Викки, Гораций, Элфиас и Клеменси, со зверскими лицами сминая в руках только что зачерпнутый снег.

— Защищайтесь, сэр! — воскликнула Виктория, запуская новым снежком и стараясь снова попасть в Камиллу. Альбус закрыл девочку собой и ловко пустил комком снега в противников; Викки, правда, отскочила, и снежок угодил в брюхо Горацию. Тот расхохотался и ответил. Альбус, остервенело хохоча, хватал и швырял снег, когда заметил, что ему пришли на помощь.

— Четверо против двоих — так нечестно! — весело провозгласила раскрасневшаяся на морозе Айла, за которой спешил Лэм. — Вот теперь держитесь!

Силы почти сравнялись, снежки летали без перебоя, и Альбус уже охрип от смеха, когда заметил, что маленькие ручки в черных перчатках зачерпнули снег рядом с ним. Камилла наконец решилась поучаствовать в забаве.

— Вы пойдете со мной на рождественский бал? — шепнул он ей на ухо.

— Пойду, — кивнула она с тихой улыбкой и вскрикнула, не успев увернуться от пущенного Элфиасом снежка.

========== Глава 44. Опрометчивость ==========

Альбус шел по коридорам, по-рождественски нарядным и торжественным. Сердце подрагивало, постукивало нервно. Он волновался, сможет ли достойно встретить Камиллу, когда она выйдет к нему, не оробеет ли от того, как она хороша, не случиться ли такого конфуза, как на прошлом балу с Викки… Конечно, не должно бы: они с Камиллой очень редко целовались, и вообще с ней было совершенно другое ощущение, говорить с ней было так же хорошо, тепло и грустно, как и держать ее за руку. Но все-таки Альбус мучительно боялся чем-нибудь испортить выпавшее ему счастье. От волнения он поправлял то галстук, то очки, то черную ленту, как обычно схватывавшую его волосы.

Как было условлено, мальчик остановился в одном повороте от лестницы, ведущей в подземелья. Кивнул Горацию, проплывшему мимо, как всегда под руку с Луизой Монтегю в пышном кремовом платье. Слагхорн был явно раздосадован — он пригласил на бал Викки, но она ему отказала, причем было даже непонятно, кто же ее успел позвать на сей раз: Элфиас шел с Натали Макмиллан, которая не смогла отказать старосте. «А с кем тогда Клеменси? — подумал Альбус, пытаясь отвлечься. — Неужели опять одна?» Мелькнул расфранченный и сердитый Гектор Кэрроу, рядом с которым шла, к удивлению Альбуса, Элла Крейвуд: с прекрасно уложенными каштановыми локонами, в присборенном фисташковом платье, но с ужасно кислым лицом. «Странно. Где она Финеаса потеряла?» Но и об этом он толком не мог подумать — сердце ныло от волнения. И вдруг тихо застучали каблучки — походку Камиллы он ни с чьей не мог спутать.

Альбус резко обернулся на звук: Камилла тихо поднималась к нему, в розовато-белом платье, с жемчужной брошкой, с волосами, собранными в гладкий узел с парой локонов на висках. Альбус протянул к ней руки, будто к чудесному видению, которое могло исчезнуть в любую минуту.

— Простите, я немного задержалась, — улыбнулась она. — Болтала…

— Болтала с нами, — раздался мягкий баритон. За спиной у девочки вырос плотный лобастый семикурсник с живыми, насмешливыми глазами, державший под руку высокую брюнетку в тонких очках. Альбус узнал в юноше Леонарда Спенсера-Муна, однокурсника Розалин и первого ученика на своем потоке, а его спутницей, конечно, была Лора Блишвик — нынешняя староста школы. — Рад вас видеть, мистер Дамблдор. Что ж, может, отправимся в зал, раз уж нам предстоит открывать бал вместе?