Полет миражей
Шрифт:
— Откуда знаешь?
— Просто.
— Энберт, оставь его в покое, — осадила наемника Майла, стоявшая рядом и начавшая уже зевать.
Головорез безразлично махнул рукой. Трэвиус рефлекторно достал очередную сигарету из-за пазухи, а потом с досадой запихнул ее обратно. Магна, в отчаянной пытке скрасить незапланированную скуку, тщетно тормошила портативный проектор.
Что-то громыхнуло там, вдали. Послышался треск падающих деревьев. Ярко-оранжевая вспышка в глубине чащи принесла поток горячего воздуха. Совпав с раскатами грома, она предвещала очередную порцию удушающей влаги.
— Наконец-то, — Энберт демонстративно закатил глаза, увидев, как начал вставать первый из крестоносцев.
Пока главарь не поднялся и не расправил покатые плечи, никто из его отряда даже не шелохнулся. Затем все, как один, встали, выдергивая острые мечи из грязной жижи под ногами.
— Капитан Урдас Ханнанбар, — кивнул жилистый блондин и протянул Трэвиусу руку, — А вы, я полагаю, Трэвиус Эркенар?
— Он самый, — широко улыбнулся Трэвиус сквозь липкую маску и пожал руку в ответ.
— Мои пойдут впереди. Я — около Жнеца.
— Вообще-то, мы так не договаривались, — встрепенулся Морган, мгновенно оказавшись рядом с боссом.
Резко подняв ладонь, Трэвиус дал понять, что кому-то следует помолчать.
— Любой полупроявленный сожжет нас дотла, — сказал он после недолгой паузы, — Уверены, что ваши никого не пропустят?
— Уверен. Альвин за главную, а мне нужно быть в центре, чтобы прикрыть Жнеца. Только я выдержу Тление Пламени.
— Как пожелаете.
— Мы же решили, что я буду один, — тихо прошептал Морган, склонившись над ухом Трэвиуса.
— В центре, значит, в центре, — громко сказал босс, дав знак всем, что пора выдвигаться, — Погнали.
Две команды, слившись в одну, направились к горящим деревьям. Впереди — фигуры в белых футболках, крепко сжимающие рукояти мечей, позади — наемники, уже снявшие оружие с предохранителей.
— Не ломайся, — коротко бросил Моргану Трэвиус, прежде чем развернуться и пойти к остальным.
Ближе к лесу начали четко различаться оранжевые языки пламени. Ифриты начали выходить за его пределы, медленно, но верно двигаясь к мегаполисам.
Жнец нервно вдохнул кислородообагащенную смесь. Чувствуя, как тонкая пленка обтекает его альвеолы, он поплелся следом за Урдасом Ханнанбаром. Желеобразная маска, неприятно щекотнув нос, прилепилась к коже. Началась фильтрация воздуха. Урдас остановился, подождав прошедшего мимо остальных Жнеца. Дальше они шли вместе. Молча.
— Жара-то какая, — посетовала одна из храмовниц, бегло глянув на идущего неподалеку наемника.
От того, что ее мокрые волосы слиплись, прическа немного сбилась и потеряла изначальную форму. Некогда длинная челка висела сосульками, сдобренная хорошей порцией пота. Несколько прядей прилипли ко лбу, будто их кто-то приклеил. Девушка попыталась смахнуть пот со лба, но только размазала по нему жирные капли, впитавшие смог.
— Это же ты Анвиль, туника? — спросил неожиданно оказавшийся рядом Энберт, едва сослуживец храмовницы отошел на свою позицию.
— Ага, — выдохнула девушка, ответив несколько простодушно.
— Жарко ведь. Взмокла вся. Может маечку-то снимешь, Анвиль? — прищурил глаза Энберт, глядя сверху на округлую грудь, плотно обтянутую футболкой с высоким горлом.
— А, может, пулю в лоб? — тут же сменила тон храмовница.
— Эй, полегче, — насмешливо поднял руки головорез. — Щас всю силу растеряешь, кто меня прикрывать-то будет?
— Не ходи за мной, — холодно ответила Анвиль и двинулась вперед. — И даже не думай, что я тебя прикрою.
— Ух, — причмокнул Энберт, весело глядя вслед девушке, со злостью вынимавшей из ножен меч.
Раскаты грома снова прокатились по небу гулким эхом. Ливень вот-вот был готов пролиться на дымящийся лес. Первые капли уже падали на кожу. Все еще прохладные, а кое-где даже ледяные, они даровали временное облегчение. Однако, обстановку это никак не разрядило.
— Стой! — крикнул Морган, внезапно замерев в метрах ста от лесной кромки.
Воды стало снова по щиколотку, а кое-где — значительно больше. Сквозь треск деревьев можно было различить глухие, гулкие звуки, будто в лесу ухали тысячи сов. Ифриты, словно гигантские мехи, раздували свое пламя.
— Что означает твоя татуировка? — обратилась к Магне храмовница с толстой черной косой, перекинутой через левое плечо. Не менее толстый палец указал на цветную Розу Ветров, выбитую у нее над левым ухом.
— Мой путь — свобода, судьба — победа, — горделиво вскинув подбородок, проскандировала Магна.
— Ааа… — протянула храмовница. — А я думала — ветер в голове.
— Я стреляю метко, — скривив лицо, ехидно ответила Магна. — Но ты спину береги, могу и промахнуться.
Морган плюхнулся в воду. Присев на колени и немного разведя их в стороны, он закрыл глаза и стал напряженно вслушиваться в окружающие звуки. Теплая влага тут же пропитала штаны и пробралась в ботинки. Закрепленный на бедре меч во что-то уткнулся, натянув широкий кожаный пояс.
Пошарив в правом кармане, Жнец выудил оттуда засаленный крестик с крупными деревянными бусинами. Крепко сжав его в широкой ладони, он склонил голову немного влево и поморщился.
— Хочешь видеть, как я это делаю? — сдержанно, но напряженно спросил Морган.
— Ты слишком много о себе мнишь, Жнец, — спокойно ответил Урдас.
Крестоносец повернулся к наемнику спиной. Морган расправил плечи и глубоко вздохнул.
«Когда ты понял, что не обладаешь тем, что есть у других? Скажи правду! На этот раз она не скроется под толстым слоем безумной лжи. Лжи, которую ты придумал себе сам. Что для тебя чужая жизнь? Нет смеха, но и нет слез. Всего лишь безразличие. Игра. Приз — забава. Настоящая награда — бездна. Бойся».
Морган не обращал внимания на спутанные образы и мысли, всплывающие из подсознания. Он просто делал то, что должен. Слова молитв читались быстро, четко, без промедлений и запинок. Белое свечение практически сразу объяло тело, заставляя уплотняться воздух вокруг.
Пятьдесят метров.
Пульсации толчками разгоняли смог, освобождая от него все большее пространство. Жар начал отступать. Внезапная прохлада заставила покрыться кожу мурашками. Одно Пламя полностью подавляло другое.
Девяносто метров.