Полет одной птицы
Шрифт:
– Отпирайте ворота!- Громко прокричали рядом.
А он видел только синее небо над головой и редкое мелькание зелёных бликов. Потянулись цепи и вскоре открылись ворота.
Спустя много недель пути они прибыли в Ураван.
15 Брасьен
Лант проснулся рано утром, когда яркое солнце вовсю светило в высокие окна. Он лежал на большой кровати, окружённый холодным светом и первое время смотрел в едва различимый потолок - так тот был высоко. С трудом он повернул голову. Слева окна уходили под самый верх, а за ними не было видно ничего кроме неба. Тёмные колонны окружали кровать, через прозрачную ткань с трудом угадывался знакомый силуэт.
Ему казалось, что только мгновение назад он закрыл глаза. В сознание мутным потоком взорвались клоки воспоминаний: вот он пытается подняться с неудобной узкой кровати и чья-то сильная рука его останавливает. По телу проходит судорога, и он откидывается назад. И там маленькие окна, кто-то вливает ему в рот обжигающую жидкость.
Снова открывает глаза и, кажется, видит блестящие доспехи и чьи-то добрые встревоженные глаза. Слышит робкие и уверенные голоса. И его бесконечная мучительная тревога неясным илом окутывает нутро.
И вновь голоса с позабытыми словами.
Силуэт приблизился. В свете он виделся чёрным. Но вот краски проступили, и сперва с трудом он узнал Лину. На бесстрастном лице ничего нельзя было разобрать, какое-то время она молча смотрела на Ланта. После чего подошла ближе и отодвинула завесу в сторону.
С усилием Лант попытался поднять и тут же откинулся назад, на лбу выступил пот.
– Ты помнишь, что с тобой случилось?- суровый голос меж тем был на удивление мягок.
Лант моргнул несколько раз, точно пытаясь припомнить. Был лес, были звери....и всё. Последнее, что он запомнил - это свет огня и запах горелой шерсти. А теперь он словно заболел, да так, как никогда ещё в жизни. Все силы уходили только на то, чтобы снова не погрузиться в сон. Дикая усталость сковывала по всё тело, а в голове стучало обухом; так что Лант время от времени замирал, с трудом переключая внимание на Лину.
– Карамеры!- Дёрнувшись, он согнулся пополам, но всё же удержался. Вся грудь была в белых повязках, на которых вдруг выступили красные полосы.- Где Мэроу?!
Подойдя ещё ближе, Лина стала у самой кровати и сильнее сжала скрещённые на груди руки.
– Он жив,- сказала она и от звучания её голоса Лант мигом ощутил холод в затылке. Лина замолчала. Отвернулась в сторону и снова посмотрела на Ланта. Растеряв всё своё напускное спокойствие на этот раз.- Он в Ураване.
– Как в Ураване?- с трудом сев в кровати, Лант вопросительно смотрел на илию.
– После того как я ушла, на вас напали карамеры. Это ты помнишь?
– Да,- ожидая продолжения, коротко ответил Лант.
– И тебя, и Мэроу они ранили. Как вы сумели добраться до ближайшего форта уму непостижимо. Но там тебя подобрали травники и спрятали. Мэроу же, как каэла, схватила стража Уравана. В ту же ночь его увезли.
Добравшись до поселения, я узнала, что сюда не так давно пришёл каэл, а вместе с ним был ещё один человек. Тебя сразу же подхватили, раны не оставляли сомнений и потому тебе тут же дали противоядие. Однако одна из травниц увидела в тебе мага и, заручившись поддержкой своих, поскорее спрятала тебя у себя. Ведь если бы ураване узнали, что здесь есть маг - ты бы не дожил до утра.
Тут же тебя вывезли в Брасьен, чтобы здесь ты был в безопасности.
– Они дали ему противоядие?
– Нет,- ответила Лина.- Они ждали, пока Мэроу умрёт, но он выжил. Я последовала за отрядом ураван и настигла их.- Тут Лина отвернулась и так сильно сжала руки, будто бы хотела выдавить из себя весь воздух. Когда она обернулась, в глазах полыхала дикая ярость.- Я бы перебила их, всех до одного! Но я не могу нападать на стражей, какого бы то ни было человеческого королевства, если они не напали на меня. Сделай я это, и может начаться война между Илиумом и Ураваном. Сделай я это, и ваши маги обязательно узнают о нарушенном договоре! Я не спасла его! Не помогла. Хотя почти!..
Она отвернулась и так и осталась стоять, прямая и неподвижная как высеченная из камня статуя.
– Как давно это было?- спросил Лант не оборачиваясь, Лина ответила:
– Ты спал три недели. Я разговаривала с предводителем того отряда. После встречи со мной он приказал гнать лошадей со всей силы. По моим расчетам они должны были прибыть в Ураван день назад и поэтому Мэроу ещё жив.
– Как далеко отсюда до Уравана?- намереваясь подняться, решительно сказал Лант. Однако вернувшаяся к кровати Лина с сожалением посмотрела на него.
– Ещё неделю ты не сможешь подняться. Ты слаб Лант и с этим ещё ничего нельзя поделать. Пока ты будешь набираться сил, я ещё раз переговорю с Родером. Я передала ему послание и он дожидается твоего выздоровления, чтобы устроить совет.
– Он знает...
– Он знает, что Мэроу каэл,- не дождавшись пока Лант закончит, сказала Лина.- Думаю, ты понимаешь, что ради спасения каэла одно королевство связываться с другим не будет. Тем более, когда между ними околовоенное положение. Но прежде чем решать как действовать, нужно дождаться совета.
– За неделю его могут убить!- гневно бросил Лант, подбираясь на кровати.
– Я знаю!- обжигая взглядом, Лина вся взметнулась. В один миг, превратившись в обуреваемого яростью и беспомощностью, а потому наиболее опасного воина.- Тебе нужно дождаться совета! Ты им нужен. Я не знаю для чего, но вижу это. Им ты нужен и они ждут тебя. О тебе знают после битвы у Алфара. Каждый маг, которого я видела, подходил ко мне и расспрашивал как давно мы знакомы. А после, каждый маг подходил и спрашивал: неужели правда, что с нами был каэл?! И не он ли отдал мага на растерзание карамерам?
Как думаешь, сколько из них поверили, что этот самый каэл донёс мага до деревни в поисках противоядия? Ни один. И мне мерзко смотреть на эти самоуверенные лица. Сколько из них помогут нам? Люди!
Тут Лина умолка и с сожалением посмотрела на Ланта, который против воли уже закрывал глаза. На его лице так и остался отпечаток той суровой тревоги и решительности, которая уже так давно не покидала его. И страха. Лина склонилась ниже принюхиваясь. Да, страха.
Отойдя назад и отпустив ткань завесы, бесшумно ступая по мраморному полу, Лина пошла прочь из комнаты. Вдаль уводил светлый коридор, многочисленные изрезанные узорами балки подпирали потолок. Было такое впечатление, что бесчисленные переходы купались в свете, в то время как за окном солнце скрылось за облаками и тень легла на землю. Лина нахмурилась. Гнев душил изнутри при одной мысли, что она не имеет права сейчас же вылететь в Ураван и пробраться за его стены. Древним договором ей запрещено вмешиваться в дела людей против их воли. Так и им запрещено вмешиваться в дела илий без воли тех.