Чтение онлайн

В приведенном высказывании Гегеля мне хочется особое внимание обратить на акцент, сделанный им на преобразовании с опорой на насильственные действия. Фактически сама жизнь, особенности эпохи диктуют выбор средств достижения масштабных государственных целей. И коль эпоха была столь суровой, а порой и жестокой, то едва ли нужно удивляться тому, что и методы были адекватными самой этой эпохе. Эпоха сама создает своих героев, но это не значит, что она во всем оправдывает их. Ссылками на суровость и даже жестокость эпохи, в которую протекала политическая и государственная деятельность Сталина, конечно, нельзя оправдать многие его действия, граничащие с преступлениями. Однако именно реальности той эпохи помогают понять мотивацию его политической философии в целом.

Три тома биографии Сталина посвящены описанию не просто всей жизни Сталина вообще. Можно сказать, что львиную долю, если практически не все место, занимает раскрытие его многогранной и масштабной деятельности как политика и государственного руководителя. Личные черты и особенности характера Сталина как человека не были предметом моего исследования, они остались как бы за рамками. Конечно, в ряде случаев приходилось касаться отдельных качеств Сталина как человека, ибо любой политик – это прежде всего человек, и вся совокупность его черт характера неизбежно в той или иной форме находит свое отражение и в его политике. Однако все же личной жизни вождя, его жизненному стилю отведено скромное место. Возможно, это – серьезный пробел работы. Однако, мне думается, что данная тема заслуживает специального исследования, а не поверхностного описания, что имеет место в литературе о Сталине.

Говоря о Сталине как исторической фигуре, прежде всего следует выделить его целеустремленность в достижении поставленных целей. Раз цель поставлена, то он целиком и полностью концентрировался на ее реализации, не довольствуясь промежуточными результатами и всякого рода паллиативными решениями. Данное качество весьма ценно для политика и руководителя государства. Собственно, без этого качества всерьез говорить о политике или государственном деятеле не приходится. У Сталина это качество было развито в весьма высокой степени. Другой отличительной чертой Сталина является то, что он всю свою сознательную жизнь провел в борьбе, именно борьба пронизывает каждую страницу его политической биографии, что едва ли нуждается в дополнительном обосновании. И этот настрой на борьбу, по-видимому, нередко побуждал его к принятию неверных решений. Вплоть до своей смерти (исключая в целом период войны и не исключая даже некоторый отрезок послевоенного времени) Сталин всегда находил врагов, которые, по его мнению, замышляют те или иные заговоры против него или Советской власти вообще. Апология борьбы как средства политического бытия – отличительная черта его как исторической фигуры. Кстати, многие великие личности истории также отличались этим качеством, и в этом смысле он не являл собой некую историческую уникальность.

Разумеется, трудно перечислить все достойные упоминания черты и особенности Сталина как политика. Да и едва ли есть смысл в самом финале нашего повествования делать это. Если эти черты не раскрыты в самой книге, то простым перечислением всего этого в заключительной части мало чего исправишь. Но я позволю себе сослаться на то, как важнейшие особенности сталинского политического мышления и стиля его руководства были охарактеризованы в Краткой биографии вождя, которую он самолично просматривал и вносил в нее некоторые поправки и уточнения. Отсюда можно сделать заключение, что он с общими выводами был согласен. Не стану утомлять внимание цитированием дифирамб в адрес вождя, которыми кишит вся эта небольшая по объему книга. Обращу внимание лишь на те, которые являются существенно важными и которые, на мой взгляд, в определенной (!) мере отвечают требованиям исторической объективности. Хотя, конечно, и здесь не обошлось без преувеличений и суперлативов. В концентрированной форме оценка Сталина как политика и государственного деятеля, а также важнейшие черты его стиля как политического деятеля, выражены следующими словами:

«Непримиримость к врагам социализма, глубочайшая принципиальность, сочетание в своей деятельности ясной революционной перспективы, ясности цели с исключительной твердостью и настойчивостью в достижении цели, мудрость и конкретность руководства, неразрывная связь с массами – таковы характерные черты сталинского стиля в работе. После Ленина ни одному вождю в мире не приходилось еще руководить такими огромными, миллионными массами рабочих и крестьян, как И.В. Сталину. И.В. Сталин умеет как никто обобщать революционный, творческий опыт масс, подхватывать и развивать их инициативу, учиться у масс и учить массы, вести их вперед к победе. Вся деятельность Сталина дает нам образец сочетания огромной теоретической мощи с исключительным по своему объему и размаху практическим опытом революционной борьбы…

Всем известна его скромность, простота, чуткость к людям и беспощадность к врагам народа. Всем известна его нетерпимость к шумихе, к фразерам и болтунам, к нытикам и паникерам. Сталин мудр, нетороплив в решении сложных политических вопросов, там, где требуется всесторонний учет всех плюсов и минусов. И вместе с тем Сталин – величайший мастер смелых революционных решений и крутых поворотов» [1168] .

Здесь я бы акцент поставил прежде всего на том, что Сталин непримирим к врагам. Я сознательно опустил слово социализма, поскольку вождь отличался непримиримостью не только к врагам социализма, но и к своим личным противникам и политическим оппонентам. И эта непримиримость простиралась так далеко, что в его понимании победа над противником увенчивалась не его капитуляцией, а фактически его уничтожением. В этом отношении он не знал полумер и компромиссов. Хотя, как явствует из его политической биографии, он отнюдь не был столь прямолинеен, чтобы отвергать компромиссы, когда они являлись неизбежным следствием сложившейся ситуации. Он шел на такие компромиссы с единственной целью – еще больше укрепить свои позиции, максимально ослабить противника, чтобы в подходящий момент нанести по нему сокрушительный удар. И, бесспорно, справедливо утверждение, что он отличался неторопливостью в решении сложных политических вопросов и вместе с тем был мастером крутых поворотов и не менее крутых решений. Читатель на протяжении всех трех томов имел не раз возможность убедиться в довольно объективной оценке именно последних качеств Сталина как политика и государственного деятеля.

Каждый, кто интересуется советским периодом отечественной истории, и в особенности его ведущими деятелями, неизбежно сопоставляет роль и историческое место Сталина с ролью и историческим местом Ленина. Я далек от мысли выносить какие бы то ни было категорические суждения на этот счет. Но свое личное мнение по этому вопросу все же выскажу.

Сталин бесчисленное множество раз (часто к месту, а иногда и не к месту) демонстративно подчеркивал, что он является всего лишь учеником великого Ленина, что он – букашка по сравнению с последним. Вождь явно лукавил, хотя в его лукавстве и содержалась доля истины. В широком политико-философском, теоретическом плане Сталин, конечно, был учеником и последователем Ленина. Основные теоретические и практические положения большевизма сталинского покроя вытекали из учения Ленина. Хотя между ними порой и имелись разногласия и различия в подходах к решению проблем. Однако Сталин не остановился на ленинском этапе большевистской теории и практики. Иначе его ждало бы неизбежное политической фиаско. Поэтому, по-моему, допускают серьезное упрощение те, кто (начиная с Троцкого и кончая Хрущевым и его эпигонами) утверждает, что Сталин изменил ленинизму и свернул с правильного пути, заведя в конечном счете дело построения нового общественного уклада в исторический тупик.

В конечном счете Сталин следовал основополагающим указаниям Ленина, разрабатывая свои политико-стратегические планы революционного преобразования Советской России. Кое в чем, в отдельных деталях их представления, конечно, расходились, но в основном, в главном они шли по одному историческому пути, который открывался перед Советской Россией. Сталин был более настойчив и более решителен в достижении поставленных целей, и его не останавливали трагедии людей, их страдания и жертвы. Он считал, что строительство нового общества не может обойтись без этого. Ленин также не отличался особой сентиментальностью и склонностью жалеть своих политических противников. Однако он едва ли пошел бы на физическое устранение тех в партии, кто противился его линии. В этом состоит существенное различие между ними. Что касается общей стратегии, т.е. так называемой генеральной линии, то, мне представляется, что она выглядела бы в своих основных чертах такой же, будь ее проводником не Ленин, а Сталин. Здесь спор может идти о нюансах и деталях, а не главном направлении и основном наборе методов. Едва ли мировая и внутренняя обстановка позволила бы Ленину растянуть индустриализацию и кооперирование сельского хозяйства на ряд десятилетий. Под мощным прессом реалий жизни он вынужден был бы пойти и на крутые переломы и крутые повороты в экономической политике и в других сферах. Короче говоря, Сталин в основном шел ленинским путем, хотя и с определенными завихрениями, обусловленными как обстановкой, так и его личными качествами как политика. При таком понимании вопроса знаменитая метафорически-сакраментальная фраза «Сталин – это Ленин сегодня» отнюдь не представляется всего лишь проявлением культа личности и очередным хвалебным панегириком в честь Сталина. Помимо чисто внешнего, так сказать, культового содержания, она несла в себе и глубокий скрытый, подспудный смысл, отражая (и, на мой взгляд, вполне правдиво) внутреннюю связь политической философии Сталина со взглядами и политикой Ленина. В этой афористической формуле в концентрированном виде находила свое выражение преемственность советской политики от Ленина до Сталина. Кстати сказать, многие исследователи склонны считать внутреннюю взаимосвязь и взаимозависимость концепций Сталина со взглядами и политикой Ленина фактом самоочевидным. Они также полагают, что Ленин, если бы он оказался на месте Сталина, проводил бы генеральный курс, который в своих главных параметрах мало чем отличался бы от сталинского.

Что же касается сферы государственной деятельности, то Сталин здесь, бесспорно, стоит выше Ленина. Прежде всего в силу того, что Ленину пришлось довольно короткий срок стоять во главе Советской России и он не имел возможности в полной мере раскрыть свой потенциал как руководителя государства, как политика мирового уровня. Сталин же в этой сфере проявил себя как одна из самых знаковых фигур минувшего века. Он в невероятно сложных и опасных условиях провел государственный корабль – Советскую Россию – сквозь бури и штормы, мимо подводных скал и рифов, добившись утверждения нашей страны в качестве второй мировой сверхдержавы. Едва ли кто-либо из его современников – политических и государственных деятелей соизмеримого масштаба – может быть поставлен на одну доску с ним, а тем более выше его. Отзывы его партнеров по антигитлеровской коалиции служат тому одним из наиболее объективных и доказательных свидетельств.

Здесь я приведу оценку Черчилля, ставшую своего рода мерилом для всех остальных. Оценку, которую цитируют, пожалуй, чаще других те, кто стремится возвысить Сталина и его достижения. И по манере слога, и по содержанию она соответствует мыслям У. Черчилля. Единственная ахиллесова пята этой оценки в том, что на нее ссылаются, не приводя необходимых для ссылки атрибутов. Но, учитывая ее объективную достоверность и всеобщее распространение, я приведу ее в том виде, как она фигурирует в литературе о Сталине.

Бывший британский премьер, выступая 21 декабря 1959 г. в палате общин в годовщину 80-летия Сталина, произнес следующий панегирик почившему тогда еще недавно советскому лидеру. Надо отметить, что это выступление британского деятеля постоянно цитируется в изданиях левого толка и встречается на многих сайтах интернета. Одна его фраза чуть ли не дословно напоминает оценку Молотова, и такое совпадение, скорее всего, – дело случая. Вот что он сказал:

«Большим счастьем было для России, что в годы тяжелейших испытаний страну возглавил гений и непоколебимый полководец Сталин. Он был самой выдающейся личностью, импонирующей нашему изменчивому и жестокому времени того периода, в котором проходила вся его жизнь.