Чтение онлайн

Нет, Сити вёл свою часть партии в полном согласии с Уолл-Стрит, а Уолл-Стрит уже написал партитуру войны.

Что же касается Ллойд Джорджа, то он так крепко увяз в оружейных махинациях крупнейшего мирового торговца оружием сэра Бэзила Захарова, что уж сэр-то Дэвид к войне был готов в любую минуту, как и его закулисно всесильный партнёр.

ЛИЧНОСТЬ Бэзила Захарова – мультимиллионера и финансового дельца – в нашей стране практически неизвестна. На Западе он тоже менее популярен, чем Ротшильды и Рокфеллеры. Оно и неудивительно: как писала о нём в 1933 году первая (во 2-м и 3-м изданиях о Захарове нет ни строчки!) Большая Советская энциклопедия, он «избегал гласности, предпочитал работать за кулисой». Родом из Константинополя (отец – русский, мать – гречанка), он, по авторитетному свидетельству всё той же первой БСЭ, «достиг богатства неизвестными путями». Однако кое-что можно на сей счёт и сказать…

Так, например, Жак Бержье, автор интереснейшей монографии «Промышленный шпионаж», сообщает, что когда изобретатель пулемёта Хирам Максим прибыл для демонстрации образца пулемёта на артиллерийский полигон в Специи с герцогом Генуэзским и целой свитой итальянских специалистов и генералов, то два артиллериста, которые должны были вести стрельбу, валялись на земле мертвецки пьяные: их споили в кабаке агенты Захарова, конкурента Максима…

В Вене в аналогичной ситуации стрелки-испытатели были усыплены, а пулемёт испорчен.

Бержье пишет, что Захаров разработал «очень совершенную систему взяток». Например, в России Захаров заявлялся к какому-нибудь влиятельному чиновнику в среду и говорил ему: «Сегодня у нас четверг». Чиновник, естественно, возражал, и тогда Захаров, настаивая на своём, предлагал пари на 10 тысяч рублей. И… «проигрывал»…

Захаров руководил одновременно крупным оружейным бизнесом и огромной организацией промышленного шпионажа и саботажа, которой дал название «Сеть ZZ». Во время войны эта сеть работала на оба блока – деньги не пахнут!

То, как Захаров был богат, явствует даже из нескольких деталей его обнародованного «послужного списка»: поставка пулемётов России во время русско-японской войны; одалживание денег английскому королю Эдуарду VII; руководство (совместно с другим супербогачом – Детердингом) нефтяной англо-голландской компанией «Ройял Датч Шелл»…

Был сэр Бэзил (он удостоился рыцарского звания) и фактическим хозяином английской оружейной фирмы «Виккерс». Обделывал общие дела с германским «Круппом», французской «Шнейдер-Крезо», австрийской «Шкодой»…

Жил он долго… Родился в 1850 году, умер в 1930-м. И в 1914 году пребывал в относительной молодости: ему исполнилось шестьдесят четыре. После войны получил от «своего» правительства (Захаров числился французским подданным) орден Почётного легиона, от английского короля – орден Бани, а от Оксфордского университета – степень доктора гражданского права, хотя знал одно право – право вооружённого насильника и гешефтмахера…

Был до неприличного скуп и жаден.

Для Захарова было всё равно, как это звучит: бизнес, профит, прибыль, гешефт, выгода, «навар»… Лишь бы этот навар был погуще… Подданным он был французским, заправлял в английской «Виккерс», но одним из эффективных прототипов германских подводных лодок стала подлодка «Норденфельд», которую Захаров поставлял в Грецию и Турцию, а уж оттуда чертежи «как-то» попали в Германию…

Впрочем, один ли этот Бэзил был таковским!

Не раз уже упоминавшийся будущий генерал-лейтенант Красной Армии, а во время Первой мировой войны – русский военный агент во Франции, граф Игнатьев волею судеб оказался в центре деятельности, связанной с русскими военными заказами. Он оставил описание интереснейшего эпизода. Вокруг Игнатьева (человека честнейшего, позднее отдавшего Советской власти двести двадцать пять казённых миллионов франков, которые мог прикарманить с ведома французского правительства) крутились посланцы американского промышленного магната Моргана. Но граф понимал: предоставление монополии Моргану равносильно сдаче себя ему в плен.

Махинации Моргана беспокоили, как оказалось, и маршала Китченера. Китченер вызвал Игнатьева в Лондон, и там они втроём с русским военным агентом в Англии генерал-лейтенантом Ермоловым провели переговоры. Аудиенция была закончена, русские уже шли по коридору, но вдруг их догнал великан унтер-офицер и попросил Игнатьева вернуться.

Игнатьев вспоминал: «Китченер стоял посреди кабинета. Он вплотную подошёл ко мне и, глядя в упор, негромко, с большим внутренним волнением спросил:

– Подтвердите, полковник, что вы не сторонник соглашения с Морганом!..».

Игнатьев был всего лишь честным солдатом, а не царским министром или нью-бердичевским комбинатором. Как он мог гарантировать принципиальность российских «верхов», продажных почти поголовно? Ответив уклончиво, он поинтересовался:

– Позвольте узнать, почему вас так может интересовать этот вопрос?

«И без того красное, – писал Игнатьев, – обветренное лицо генерала стало пунцовым. Он нервно взял меня за пуговицу кителя и процедил сквозь зубы:

– Хотя бы потому, что этого как раз желает Ллойд Джордж»…

Справедливости ради приведу пример из формально другого лагеря… На некоторых образцах английских снарядов стояло клеймо «КР-96/04», смысл которого выяснился лишь после войны: так были помечены снаряды, которые изготовлялись в Англии по лицензии германского пушечного «короля» Круппа компанией «Виккерс». После перемирия она выплатила Круппу огромную сумму, так что он нажился на том, что изобретённые им снаряды убивали его же соотечественников – немецких солдат.

Впрочем, и броня английских дредноутов изготовлялась по лицензии того же Круппа…

Когда в 1923 году Крупп оказался замешанным в провокацию на его заводах, арестован и приговорён французским военным трибуналом к 15 годам заключения, крупнейшие французские капиталисты и промышленники, испанский король и даже Папа Римский немедленно выступили в защиту Круппа, признанного военным преступником, и через шесть месяцев стальной и пушечный «король» вышел из дюссельдорфской тюрьмы на свободу…

Потом он финансировал и вооружал Гитлера.

КРУПП – Виккерс… Ллойд Джордж – Морган… Ллойд Джордж – Захаров… Морган – Ротшильд… Ротшильд – Розбери… Розбери – Черчилль…

Это были лишь отдельные звенья одной общей цепи, в которую идущая война вплетала ещё и 4 миллиона тонн (!) колючей проволоки, опутавшей поля сражений…

Цепь обвисала на человечестве всё тяжелее, сковывала его… И вместо нового, более осмысленного и доброго мира человек получал бессмысленную для всех, кроме захаровых, круппов и морганов, жестокую и долгую войну.

Война же эта была бесчестна настолько, что отвергала мало-мальски честных людей на верхах власти и продвигала вперёд совсем уж бесчестных.