Чтение онлайн

В англоязычной научной традиции, где понятия «нация», «национальное» и «национализм» не имеют негативной коннотации, можно обнаружить несколько различных определений термина «национализм». Так, с точки зрения Б. Андерсона, национализм – это «наша идентификация (курсив мой. – М.Н.) с жизнью и надеждами неисчислимых миллионов, которых мы никогда не узнаем, с территорией, которую мы никогда не посетим целиком» [цит. по: Коротеева, 1999, с. 25]. Основополагающим постулатом поздних взглядов Э. Геллнера является утверждение, что национализм представляет собой принцип, согласно которому политические и культурные границы должны совпадать [Геллнер, 2002, 2004]. Схожую позицию занимал и Ч. Тилли, выделяя два типа национализма: управляемый государством (state-led nationalism) и стремящийся обрести собственное государство (state-seeking nationalism) [Tilly, 1994, p. 133].

Дж. Бройи рассматривает национализм как политику, покоящуюся на трех убеждениях: (1) «существует нация – конкретная группа», обособленная от всех остальных сообществ; (2) «объектом политической идентификации и лояльности в первую очередь и главным образом является нация»; (3) «нация должна иметь политическую автономию, лучше всего в форме собственного государства» [Breuilly, 1994, p. 204]. На практике эта политика реализуется двумя решениями: введением института гражданства и выделением коллективной сущности общества, что позволяет соединить логически противоречащие друг другу понятия нации как объединения граждан и культурной общности [Бройи, 2002, с. 225]. Для Э. Хобсбаума национализм представлял собой «политическую программу», целью которой является формирование нациями государств «того стандартного образца, который утвердился со времен Французской революции» [Хобсбаум, 2002, с. 334].

Конец ознакомительного фрагмента.