Чтение онлайн

Самые легитимные из пап предоставили некоторые льготы [411] благодаря уступкам со стороны епископов или в результате заключённых с ними договоров, либо по их собственному побуждению – под предлогом оградить каноников от дурного обращения, которое они якобы претерпевают от епископов.

Дабы добраться до сути этого предмета и провести чёткое разграничение между льготами законными и незаконными, необходимо отдельно рассмотреть грамоты, которыми они были введены.

Некоторые льготы были даны папами до того, как началось несчастье под названием раскол [412] , а другие – после его завершения.

Первые следует считать законными и действительными, но поскольку подобные буллы освобождают от подчинения общему праву, что всегда предосудительно, то их надлежит подвергать тщательному изучению, дабы не ошибиться насчёт их содержания, ибо известно, что многие буллы могут выдаваться за такие, которые дают льготы, тогда как на самом деле они являются лишь приобретёнными в прошлом охранительными грамотами или грамотами, предоставляющими некоторые особые привилегии, но не освобождающими от обычной юрисдикции, а также грамотами, дающими капитулам лишь полномочия на осуществление юрисдикции, подчинённой епископской, подобно той, что имеют в ряде церквей архидиаконы: отлучать от Церкви, запрещать совершение богослужений или обрядов, налагать публичную епитимью, – хотя при этом они всегда подчинены юрисдикции епископов.

Что касается булл второго рода, то они являются ничтожными, потому что те, кто их выдавал, не имели законной власти; в частности, по распоряжению Папы Мартина V, изданному на Констанцском соборе [413] , признаются недействительными все буллы, изданные во время раскола [414] , а потому настаивать на их применении в нарушение общего права можно лишь из злого умысла или по неведению.

Грамоты третьего рода были пожалованы либо для предоставления новых льгот, либо для подтверждения прежних. В первом случае подобные грамоты должны быть объявлены недействительными на том основании, что они прямо противоречат декрету, о котором упоминал Мартин V, либо потому, что были получены втихомолку, и по этому поводу Парижский и Тулузский парламенты вынесли решения против анжерского и кагорского капитулов [415] . Во втором случае грамоты, предоставленные лишь для подтверждения древнего права, которое никогда не бывает установлено удовлетворительным образом, должны, по мнению всех беспристрастных людей, быть объявлены лишёнными всякой силы.

Остаётся выяснить, являются ли правильными и действительными льготы, основанные на простых уступках со стороны епископов, на заключённых с ними договорах или вынесенных против них и их капитулов арбитражных решениях по этому поводу [416] .

Если епископам не дозволяется ни при каких обстоятельствах отчуждать свои светские права без выгоды и явной пользы, то ещё менее они могут поступиться своей духовной властью, ибо нанесут при этом серьёзный урон Церкви, члены которой тем самым оказываются отделены от головы, а уставы, на коих она держится, подменены, что вызывает путаницу, пагубную и разорительную для неё.

В силу этого принципа недействительность уступок, полюбовных сделок или арбитражных решений совершенно очевидна. Никто не вправе передавать по договору или заключать сделку по поводу того, чем не распоряжается свободно, а если и находятся авторы, полагающие, что можно заключать контракты в духовой сфере, то и они всегда делают некоторые исключения, среди коих сохранение подчинения стоит на первом месте, и воистину, такие права настолько недействительны в том, что касается рассматриваемого предмета, что даже если они утверждены папами, то всё равно не приобрели бы достаточной силы, чтобы отнять у преемников епископов их право, окажись они лишёнными своего главенствующего положения одним из трёх упомянутых выше способов.

Разум подсказывает, что ни один из этих способов не может быть действительным в силу противоречия общему праву, и он же даёт понять также, что грамоты, просто подтверждающие указанные выше уступки, сделки или арбитражные решения, не дают никакого права тем, кто желает ими воспользоваться, ибо не могут иметь больше силы, нежели те основы, из которых они исходят.

Осталось рассмотреть один вопрос, а именно, является ли обладание льготами по обычаю и за давностью лет, как ими владеют капитулы вопреки власти своих епископов, достаточно веским основанием для того, чтобы заставлять Церковь терпеть то зло, какое несут с собой льготы.

Обычай – это правило весьма обманчивого свойства [417] . Дурные обычаи, пусть и весьма древние, повсеместно осуждаются, а все, которые противоречат общему праву и нарушают порядок, установленный церковными уставами, должны подлежать осуждению и не могут служить справедливым основанием для владения за давностью лет, причём в каноническом праве гораздо меньше, чем в гражданском, ибо церковные уставы ведут своё начало от более достоверных принципов. А посему это затруднение надлежит разрешать, говоря, что обычай должен служить правооснованием, если владение может осуществляться по общему праву, но никогда в отношении того, владение чем это право нарушает, в каковом случае обычай совершенно не имеет силы, если не сопровождается документом настолько достоверным, что он не может быть подвергнут никаким сомнениям. Из этого следует, что поскольку общее право подчиняет всех каноников их епископам, то не существует обычая, способного освободить их от этого подчинения.

Невозможно представить себе, источником и причиной каких бедствий являются льготы.

Они опрокидывают порядок, установленный Церковью по законам разума, который требует, чтобы нижестоящие подчинялись вышестоящим. Они разрушают согласие, которое должно существовать между головой и членами, они попустительствуют всевозможным нарушениям и оставляют безнаказанными многие преступления, совершённые как привилегированными лицами, так и многочисленными своевольниками, прячущимися за их спинами.

Искоренить это зло можно двумя способами: либо совершенно отменив все льготы, либо удовольствовавшись приведением их в порядок.

Мне хорошо известно, что первый способ как более радикальный применить сложнее, но, поскольку сие не является невозможным, я всё-таки рекомендую его Вашему Величеству, зная, что Вы всегда находили удовольствие в осуществлении того, за что Ваши предшественники браться не решались.

Не считаю, впрочем, уместным использовать его применительно ко льготам, коими пользуются монахи и монастыри.

Поскольку монашеские общины разбросаны по различным епархиям, а единообразие духа, каковой должен ими руководить, требует, чтобы монахи находились под началом одного своего настоятеля, а не нескольких епископов с различным образом мыслей, я смело заявляю, что необходимо оставить им законные привилегии, коими они владеют, но было бы справедливо выяснить обоснованность оных, изучив грамоты, которым монахи порой придают более широкое толкование, нежели дозволяет разум.

Но я настаиваю, что можно отменить все прочие льготы с такой выгодой для Церкви, что одной этой побудительной причины общего характера будет достаточно, дабы отринуть в этом случае частные интересы.

Чтобы взяться за осуществление какого-либо дела, довольно знать, что оно справедливо, а уж если оно ещё и необходимо, то заняться им следует в обязательном порядке.

Поскольку до сих пор Церковь обходилась без предлагаемой мною реформы, то я не думаю, что данная реформа так уж неизбежна, но утверждаю тем не менее, что она была бы чрезвычайно полезна, так как отняла бы у епископов все доводы для оправдания упущений при отправлении своих обязанностей.

Чтобы воспользоваться первым из предлагаемых мною способов, нужно лишь, чтобы Его Святейшество отменил льготы и привилегии, о которых идёт речь, а епископам были возвращены полномочия на осуществление юрисдикции над своими капитулами и всеми прочими, кто имеет льготы, за исключением вышеупомянутых.