Политическое завещание, или Принципы управления государством
Шрифт:
Надобно обязать всех лиц дворянского происхождения, достигших 20 лет, служить в армии [576] , объявив о том, что они никогда не будут произведены ни в какие чины и звания, не пройдя по меньшей мере трёхгодичной службы в войсках Вашего Величества.
Ещё нужно запретить всем офицерам-кавалеристам принимать в свои роты в качестве солдат лиц недворянского происхождения, которым не исполнилось 25 лет и которые не служили до этого в пехоте в течение хотя бы трёх лет.
576
В своё время этот тезис привёл в негодование Вольтера, полагавшего, что кардинал, являвшийся дворянином, не мог рекомендовать королю столь жёстких мер по отношению к дворянству, а потому, заключал Вольтер, и не мог являться автором «Политического завещания». Естественно, подобные аргументы не кажутся нам обоснованными.
Наконец, следует обеспечивать строжайшее выполнение прежних военных уставов, которые предписывают, что всякий кавалерист, покинувший своего командующего во время сражения, должен сдать оружие, лишь станет известно о его измене.
Если этот устав будет скрупулёзно соблюдаться, то я не сомневаюсь, что французская кавалерия восстановит прежнюю репутацию, а Ваше Величество, располагая пехотой и кавалерией, в которой царит надлежащая дисциплина, сможете похвастаться в любое время крепостью своего оружия и будете в состоянии в мирные годы как обеспечить безопасность своих подданных, так и навести ужас на врагов.
Остаётся лишь понять, может ли государство вынести расходы на содержание столь большой армии, наподобие той, проект создания которой я составил. Далее мы именно это и рассмотрим.
Между тем, хотя есть повод надеяться, что при помощи столь полезного и простого для соблюдения распорядка, который я предлагаю, войска впредь будут обеспечены, как того можно пожелать, или по меньшей мере будут содержаться гораздо лучше прежнего, я хотел бы тем не менее сделать шесть замечаний, весьма необходимых на случай большой войны, ибо благоразумие предписывает иметь в важных делах столько средств, чтобы в них никогда не возникало недостатка.
Во-первых, если мы хотим иметь личный состав численностью 50 тыс. человек, то набрать в армию следует 100 тыс., исходя из того, что полк, состоящий из 20 рот по 100 человек в каждой, насчитывает не более 1 тыс. [577] .
Во-вторых, надобно чаще пополнять войска свежими наборами, иначе по спискам войска будут сильны, а на самом деле очень слабы.
577
Причиной столь больших расхождений между списочным составом полков и реальным числом лиц, находящихся в строю, были как массовые дезертирства, так и крупномасштабные хищения, когда военачальники, стараясь получить в своё распоряжение как можно больше средств, предъявляли фиктивные данные о количестве солдат. На самом деле из полученных денег только часть шла на содержание армии и выплату жалованья солдатам, остальное клали себе в карман командиры разных рангов.
В-третьих, подобные подкрепления должны происходить скорее за счёт регулярного пополнения старых частей, которые нужно беречь даже в том случае, если они сильно редеют, чем за счёт создания новых полков, к каковому средству, впрочем, иногда целесообразно прибегать в определённых экстренных случаях, так как зачастую солдаты охотнее записываются к известным им офицерам.
В-четвёртых, когда войска сокращаются из-за гибели бойцов, то лучше выплатить им жалованье в том состоянии, в какое они пришли, нежели их переформировывать, потому что невозможно обойтись с ними подобным образом, не потеряв отличных офицеров и искусных в военном деле солдат.
Мне хорошо известно, что можно всех оставшихся солдат в приказном порядке развести по другим полкам. Однако на практике осуществить это совершенно невозможно, ибо привязанность солдат к своему капитану даёт им повод отбыть со службы или, по крайней мере, является предлогом, который они могут выдвинуть в оправдание своего легкомысленного поступка.
Прекрасно знаю ещё, что при переформировании полков можно было бы последовать примеру испанцев, которые не только солдат переводят в старые части, но и офицеров.
Однако же, как бы ни было легко издать такой приказ, никакой строгостью, даже самой сильной, нельзя добиться его исполнения, потому что свойственное нашей нации честолюбие и неразумие не позволяют бывшим командирам терпеть подчинённое положение, какие бы преимущества ни сулило им повиновение.
В-пятых, несмотря на то, что совершенно невозможно во время войны, которая требует чрезвычайных усилий, регулярно выплачивать содержание всем, кто был поставлен в строй, как это делается во время кампаний, не вынуждающих государство перенапрягать силы, в этом случае преодолеть затруднение помогают следующие два средства.
Первое состоит в надлежащем снабжении съестными припасами, чтобы солдаты никогда не испытывали недостатка в хлебе.
Второе заключается в предотвращении недовольства среди командиров, которые, когда их всё устраивает, станут всеми силами обеспечивать своих подчинённых в собственных интересах. И напротив, когда их в чём-то ущемляют, их жалобы и халатное отношение к делу толкают солдат к своевольству и рождают у последних мысль о дезертирстве, хотя бы сами они о том и не думали.
Между тем я не хочу упустить из виду мысль о том, что правильнее всего выдавать жалованье трижды во время похода, кроме пяти месяцев пребывания на зимних квартирах, которые должны оплачиваться обычным образом.
И нет ничего важнее для обеспечения воинов и успеха всех намерений, чем такое исправное снабжение их продовольствием, чтобы они никогда не терпели в нём нужды.
Прибавлю в качестве шестого замечания, что эта забота – одна из первейших и что рачительное ведение хозяйства и обеспечение дисциплины – основные задачи полководцев.
Армия участвует в сражениях не чаще одного раза в год, однако жизнь в ней не останавливается ни на день, причём необходимо, чтобы там соблюдался порядок, а этого нельзя добиться без всемерной бережливости и чрезвычайного попечения о соблюдении дисциплины.
В истории было гораздо больше армий, погибших от нехватки хлеба и отсутствия дисциплины, чем в результате действий войск противника, и я сам тому верный свидетель, что все замыслы, возникавшие в моё время, терпели провал лишь из-за этих изъянов.
Люди неопытные обычно полагают, что, набрав армию и обеспечив её жалованьем, могут сидеть сложа руки, тогда как на самом деле сколько бы денег войскам ни было дано, они не приносят никакой пользы и не могут предотвратить её развала, ежели военные размещаются в таком месте, где не могут устроиться с удобствами.
Не могу не заметить в связи с этим, что следует соблюдать осторожность и не слишком полагаться на слово простого интенданта, обязанного снабжать армию хлебом.
Жизнь подобных людей – слишком плохая порука от вреда, который может причинить их нерадивость, а потому доверять их обещаниям не стоит.
Заботу об обеспечении продовольствием следует возложить на людей знатных [578] , известных своей бдительностью, преданностью и способностями, поскольку именно от этого зависит существование армии, а зачастую и самого государства.
578
В июле 1635 г., после того как казнокрадство и – как следствие – плохое снабжение войск стало одной из причин развала и поражения французской армии в Нидерландах, Ришельё сам занял пост главного управляющего службы снабжения продовольствием.