Чтение онлайн

Существуют ли на самом деле такие специалисты? Они должны быть среди специалистов по городскому планированию, нанимаемых городскими советами и мэриями, среди бюджетных аналитиков по вопросам управления и бюджета в администрации США, среди сотрудников французского Комитета по планированию или специалистов по налогообложению в Государственном казначействе Великобритании. Эти «профессионалы» — и многие другие, им подобные, — могут и часто действительно осуществляют необходимую функцию «голоса в защиту эффективности», а также озвучивают интересы хотя бы части отсутствующих и прямо не представленных в процессе сторон.

Как ни странно, сами они часто не осознают своей роли. Они считают себя «синоптическими» специалистами-плановиками. Они не видят, что практически они являются скрытыми участниками процесса взаимодействия модели-217.

Разработка политики и планирование в коммунистических системах

В своем идеальном мире коммунисты подавляли бы политику и другие взаимодействия в попытке истолковать социальную перестройку как синоптический процесс разработки политики и планирования18. Поскольку «правильная» политика пока не обнаружена, коммунистические идеологи видят свою задачу в аналитическом поиске правильной линии, но только не в обращении к взаимодействиям, ориентированным на решение задач. Мао, к примеру, признавал, что марксизм-ленинизм «ни в коей мере не положил конец поиску истины»19. Всегда существует какой-то правильный образ действий, если только его можно отыскать. Хотя борьба играет основную роль в представлениях Мао, это борьба между тем, что верно, и тем, что ошибочно. Это внутренняя идеологическая борьба, посредством которой люди очищаются, избавляются от ошибок досоциалистического образа мысли, а вовсе не противоборствующие взаимодействия полиархической политики20.

Как на самом деле осуществляются процессы разработки политики и планирования в коммунистических системах? Насколько выражен их синоптический характер? Насколько они близки к модели-1?

Экономическое планирование

Наиболее явно модель синоптического планирования заметна в формальном процессе планирования экономического развития. И все же мы уже видели, что взаимодействия рыночной системы играют важную роль в формировании политики в сельском хозяйстве, сбыте потребительских товаров и услуг, а также в распределении рабочей силы. В результате в данных областях процесс разработки политики партией и органами государственной власти является стратегическим, а не синоптическим. Следовательно, стремление к разработке политики синоптическим методом, строго говоря, ограничено в большинстве своем сферой принятия решений об инвестиционной деятельности и производстве.

В рамках этой ограниченной — хотя и крупнейшей — области разработки политики планирование в настоящее время считается процессом по своей сути менее синоптическим, чем его считали когда-то. Во многом, как мы видели, коммунистическое планирование в экономике состоит из компенсирующих, последовательных, инкрементных изменений производственного плана предшествующего периода21. Мы также видели, что производственные планы и распределение исходных ресурсов производства подвергаются бесконечным пересмотрам, изменениям и дополнениям во многообразии различных взаимосвязей: между предприятиями, между предприятиями и планирующими административными органами, а также между планирующими административными органами различных уровней.

Формальное планирование осуществляется с помощью таких методов, как метод материальных балансов и итеративный метод. Целью данных методов, как мы заметили, является не более чем поддержание равновесия или согласованности в экономических планах, пока они являются результатом успешного выполнения синоптических процедур. Как говорится в одном отчете Президиуму Академии наук СССР, советская система «с трудом может достичь хотя бы сбалансированного плана»22.

Коммунистические специалисты-плановики признают, что не смогли добиться успеха в осуществлении синоптического планирования. Но их постоянное стремление к этому проявилось в реформах управления, которые начались в Советском Союзе параллельно с остановленными вскоре рыночными реформами 60-х годов. Робко начав, но затем резко бросив эксперимент по осуществлению менее синоптического планирования, Советы, по всей видимости, удвоили свои усилия по достижению интеллектуального господства в экономике в целом. Планирование, объявили они, должно стать более «научным». Больше компьютеров, больше математического моделирования. Более детально проработанные планы. Большая степень централизации. Больше долговременного прогнозирования. Единственным результатом всего этого до сих пор является то, что за семь лет размер бюрократического аппарата административных органов вырос на треть23.

Разработка политики в других областях

Для разработки экономической политики в более сложных областях, чем планирование производства, так же как и для разработки политики в социальной, военной и других сферах, коммунистические страны не предприняли практически ни одной попытки синоптического планирования, несмотря на риторические заверения модели-1. К принятию решений в коммунистической политике приводит процесс политических взаимодействий, как свидетельствуют советские, кубинские и китайские партийные «чистки» в высшем руководстве. Правящая элита не является ни абсолютно стабильной, ни однородной в своих убеждениях относительно того, из чего состоит правильное решение комплексной задачи. Следовательно, она должна заменить анализ и теорию целым рядом взаимодействий, направленных на решение задач. В число этих взаимодействий входят голосование или ведение переговоров с Политбюро; переговоры между партийным, военным руководством и высокопоставленными чиновниками государственных служб; адаптация разработанной партией политики к противодействию протесту интеллигенции и следствиям этого протеста — беспорядкам и идейным конфликтам в массах24.

В масштабных проблемах неведение и неопределенность приводят коммунистические системы, как и полиархические, к бесконечным импровизациям, а не к синоптическому планированию. После Освобождения 1949 года Китай, например, намеревался уничтожить малые частные фермы и заменить их коллективными. В первые годы правления коммунистов руководство пришло к выводу, что по соображениям целесообразности частные семейные фермы нужно оставить как есть. Однако с 1953-го по 1955 год началось движение по организации крестьян в кооперативы сельскохозяйственных производителей «низшего уровня», в ходе которого землю объединяли в общий фонд и вводили единое руководство, хотя дополнительно в распоряжении каждого крестьянина оставался небольшой земельный надел. В 1956—1957 годах при очередном изменении политики крестьян стали организовывать в «развитые» кооперативы, в которых была отменена плата каждому крестьянину за его землю, отчуждаемую в общий фонд. Дополнительные земельные наделы пока оставались в частном владении крестьян. (Однако в 1955 году были закрыты свободные рынки, на которых крестьяне могли продавать продукцию, произведенную ими на своих частных земельных участках. Через год, в 1956 году, свободную торговлю опять разрешили, а частные наделы увеличили.) В 1958 году кооперативы были объединены в коммуны, свободную торговлю ограничили, а частные земельные наделы уничтожили новым законом. В коммунах ввели общественное питание и бесплатное снабжение товарами первой необходимости. К 1959 году, то есть еще через год, бесплатному довольствию и общественному питанию пришел конец. Свободная торговля и частные земельные участки были вновь введены в 1959 году. Несколько позже, в том же году, частную землю опять отобрали. А в 1960 году опять ввели.

Соответственно коммуны уменьшились в среднем до половины своего прежнего размера или даже меньше; они были лишены ранее данного им статуса главной экономической организации в сельском хозяйстве и местной промышленности. Ответственность за производство сельскохозяйственной продукции перешла опять к организациям, равным по размеру представленным ранее «развитым» кооперативам и даже еще более мелким производственным бригадам25.

Подобным же образом СССР вел эксперименты по введению рабочего контроля на производстве и упразднению денег в период «военного коммунизма»; ужаснувшись в 1921 году разрушительным последствиям, которые имел «военный коммунизм» для производства, руководство качнулось в другую сторону — к частичной реставрации «капитализма» в период «новой экономической политики», продлившейся до 1928 года. После НЭПа началась череда пятилеток в промышленности и сельском хозяйстве, просуществовавших с удивительным постоянством вплоть до смерти Сталина в 1953 году. С тех пор политика опять двигалась — в различном темпе и с изменениями в направлении движения — к незначительному увеличению использования рыночной экономики и ослаблению силового контроля, характерного для сталинского периода. В анналах США трудно найти примеры, которые побили бы этот рекорд импровизаций в такой области, как разработка политики.

Однако, по той причине, что в коммунистических странах разработка политики — процесс менее фрагментированный, чем в полиархических, можно было бы ожидать, что разрабатывающие политику органы власти пойдут дальше западных корпораций, заинтересованных в получении прибыли, или специализированных государственных агентств в полномасштабном всестороннем обследовании последствий применения предложенной ими политики. Коммунистическая идеология подобные действия поддерживает и поощряет. И тем не менее по одному из наблюдений: «Характерный советский подход к решению проблем — «штурмом»: взяться (на своей национальной, «внутренней» сцене) за одну задачу или ограниченный набор задач, которые требуется решить, и разрабатывать их упорно, в основном игнорируя побочные эффекты. До сих пор представления руководства о том, как производить изменения в обществе, основываются буквально на штурме поставленных задач, и только во вторую очередь речь заходит о рассмотрении издержек и последствий»*.

Коммунистические руководители — в полиархических системах чаще — действительно иногда пытаются осуществить чрезвычайно амбициозную политику, как в случае с коллективизацией в советском сельском хозяйстве в 30-х годах или с китайской политикой «большого скачка» (и с сопутствующим риском дезорганизации системы в обоих случаях). Однако решения в отношении подобных целей принимались ими в результате процессов планирования или разработки политики, не отличающихся от тех процессов, которые применяют политики, не использующие планирование в ходе принятия решений.

Более того, подобно устремлениям Кастро по созданию на Кубе нового человека, большинство амбициозных политических целей требуют не гигантских шагов, а определенной последовательности постепенных приспособлений в политике, как и в полиархических системах26. Для создания нового человека потребовалось сделать сотни шагов в области политики — изменить школьное обучение, рабочую дисциплину, систему выплаты зарплаты, проведение досуга и свободного времени, участие в политической деятельности и множество других факторов. Хотя в СССР сельское хозяйство было коллективизировано за несколько гигантских шагов, в Китае и на Кубе этой цели пытаются достичь путем большого количества мелких шажков.