Чтение онлайн

Богатейший военный опыт был вновь востребован: маршал Новиков возглавил Дальнюю авиацию.

Как изменились, как далеко шагнули вперед за эти годы Военно-воздушные силы! Новая техника и ядерное оружие вызвали революцию в военном деле, требующую творческого переосмысления многих теоретических положений и практических рекомендаций. Следовательно, чтобы вновь шагать в ногу со временем, нужно работать с прежним напряжением, жертвуя сном и отдыхом.

Результаты работы сказывались: в части поступали и успешно осваивались новые бомбардировщики Ту-16, крылатые ракеты КС, интенсивно развивалась и теория дальней авиации. Но было нечто, внушавшее маршалу тревогу: при всех достоинствах Ту-16 ни дальность его полета, ни бомбовая нагрузка решению стратегических задач явно не соответствовали.

Необходим самолет более тяжелого класса, и он уже создан опытным конструкторским бюро А. Н. Туполева. К сожалению, во время испытательного полета в одной из двигательных установок возник пожар. Произошла катастрофа, стоившая жизни командиру корабля А. Д. Перелету и бортинженеру А. Ф. Чернову.

Подготовка серийного производства бомбардировщика Ту-95 была прекращена, и возобновлять ее, похоже, не собирались. Новый глава государства Н. С. Хрущев делал ставку на пока еще не существующие межконтинентальные баллистические ракеты. Следовательно, в личных интересах лучше промолчать или, как говорят, спустить дело на тормозах. Но в интересах страны молчать было нельзя, и в феврале 1955 года на совещании в присутствии Хрущева маршал Новиков заострил вопрос, указав на фактическое отсутствие в Советском Союзе стратегической авиации.

— Создаются баллистические ракеты, для которых недосягаемых целей на земле нет и не будет, — резко ответил Хрущев.

— Какими бы боевыми возможностями ракеты ни обладали, они вряд ли заменят собой авиацию. — Маршал твердо продолжал отстаивать свою точку зрения.

Его аргументы были настолько безошибочны, точны и убедительны, что ни сам Хрущев, ни поддакивающие ему горе-теоретики так и не смогли их опровергнуть. Дело сдвинулось, и в октябре 1955 года начались испытания нового серийного бомбардировщика. Самолет оказался на редкость удачным. Он пережил своих создателей и уже более полувека составляет основу стратегической авиации страны.

Время подтвердило правильность суждений маршала Новикова. Он снова одержал победу, но дорогой ценой. Хрущев не простил ни инакомыслия, ни твердости. Вскоре после совещания — не прошло и месяца — Главный маршал авиации А. А. Новиков был отстранен от должности.

Избавившись от наиболее последовательных оппонентов, Хрущев мог начинать свои эксперименты в области обороны. Военно-воздушные силы, впрочем, как и Военно-морской флот, артиллерию, бронетанковые войска ожидали нелегкие времена. Штурмовая авиация была ликвидирована полностью, а новые фронтовые бомбардировщики Ил-28 целыми сотнями давили тракторами. Бездумно уничтожался труд ряда поколений, вложенный в продукцию высоких технологий. Материальные издержки трудно поддавались учету, — ведь пройдет несколько лет, и страна будет вынуждена потратить на устранение последствий «эксперимента» огромные средства, столь необходимые для подъема жизненного уровня населения и сельского хозяйства.

Какую же боль испытывал военачальник, сознавая, что влиять на ход событий он уже не в силах? Словно что-то сломалось, что-то оборвалось в человеке, так долго переносившем огромные нервные и физические нагрузки.

Инфаркт, тяжелая операция, вслед за нею, в самом начале 1956 года, увольнение в запас с правом ношения военной формы. Снова, как 10 лет назад, имя его стало исчезать со страниц военной печати, из научных трудов и лекционных курсов о крупнейших воздушных операциях, проведенных под его руководством.

Но боевые товарищи его не забыли. Разве пристало бояться начальствующего гнева тем, кто смело вступал в неравные схватки с асами люфтваффе?

Руководители Гражданского Воздушного флота СССР составили представление, и вскоре Александр Александрович возглавил организованное в Ленинграде училище. Благодаря его знаниям, энергии и трудолюбию учебное заведение на Литейном проспекте превратилось в настоящую высшую школу, оснащенную самым современным оборудованием.

Работа увлекала: ведь гражданская авиация получала новое поколение машин, нужно было осваивать реактивные и турбовинтовые лайнеры Ту-104, Ту-114, Ил-18, Ан-10. Александр Александрович и в гражданском костюме подавал пример дисциплинированности, точности, пунктуальности. Он гордился трудом на научно-педагогическом поприще и, получив звание профессора, был рад, должно быть, не меньше, чем при вручении самой высокой воинской награды.

В течение 10 лет маршал Новиков написал около 40 научных статей, несколько книг, воспитал пять кандидатов и доктора наук. Творческие планы были обширны, вот только здоровье, подорванное тяжелыми испытаниями и чудовищной несправедливостью, напоминало о себе все чаще. И все чаще в глазах появлялась безмерная усталость. Но и в больничной палате рабочий стол маршала был завален бумагами. Он продолжал работать на благо Родины вплоть до последнего дня, 3 декабря 1976 года.

Начальник тыла советской армии вышел из-за стола, приветствуя профессора М. М. Загю, корифея интендантской службы, получившего генеральское звание еще от государя императора.

— Большое солдатское спасибо вам, Андрей Васильевич! От чистого сердца. В пояс кланяюсь, — взволнованно жал руку гость хозяину кабинета.

— За что же, товарищ генерал?

— За то истинное чудо, которое явилось мне на склоне лет моих. Я до гроба не забуду, что уже на втором году прошлой мировой войны русской армии всего не хватало, решительно всего. А теперь у нашей армии всего вдоволь. И за это от старого солдата нижайшее спасибо вам...

Восхищенное удивление ветерана с точки зрения специалиста было вполне понятным: Советская армия, эта огромная, сложная военная машина, непрерывно наносившая агрессору сокрушительные удары, действительно вдоволь снабжалась продовольствием, фуражом, горючим, обмундированием, боеприпасами, разнообразным военно-техническим имуществом — и это в условиях маневренной войны, при постоянно изменявшейся линии фронта! Количество раненых, полностью излечившихся в госпиталях и вернувшихся в строй, достигало 70% — величины, прежде неслыханной...

Административно-хозяйственное чудо казалось особенно грандиозным по сравнению с порядками, царившими во время Первой мировой войны. Главными причинами плохого снабжения тогда были, во-первых, стратегические ошибки военно-политического руководства в оценке характера будущей войны, из-за чего не озаботились заблаговременным созданием необходимых запасов материальных средств, а во-вторых — хищения и коррупция, беспощадно разъедавшие государственный аппарат. Воровали в царской армии масштабно и дерзко, с лихостью и отвагой, проистекавшими из уверенности в полной безнаказанности.

Корни у нехорошей традиции были глубокие. Недаром царь Петр I, создатель регулярных вооруженных сил, с криками «Вор! Вор!» охаживал ближайшего сподвижника, князя Меншикова, собственноручно сделанной дубиной. А спустя век царь Александр I говорил о своих сановниках: «Они украли бы мои военные линейные корабли, если бы знали, куда их спрятать...»

В Крымскую войну хищения, приняв характер поистине гомерический [17] , поражали воображение иностранцев и оказывали прямое влияние на ход боевых действий. Доходило до того, что рядом с новой крепостью на украденные при строительстве деньги можно было воздвигнуть еще одну такую же.